Одновременно с этим войска 64-й армии, не успев прочно обосноваться на среднем обводе, вынуждены были отбивать новый удар сильной группировки противника на участке Нариман, Ракотино. Немцам удалось прорвать еще не организованную оборону армии и занять к исходу 1 сентября Басаргино, что вновь создавало угрозу тылам 62-й и 64-й армий. Поэтому обе армии по приказу командования фронта вынуждены были отойти на внутренний обвод сталинградских позиций.
С этого момента германское командование сосредоточило основные силы своих войск против 62-й армии, оборонявшей непосредственные подступы к городу. Возникла угроза захвата Сталинграда.
12 сентября оборона Сталинграда была возложена на 62-ю армию.
Таблица 11. Количество артиллерии в 62-й армии в период борьбы за город
Как и при обороне Одессы и Севастополя, оборона Сталинграда делилась на секторы. Сектор охватывал территорию обороны города в несколько кварталов. Каждый сектор делился, кроме того, на участки, в которые входило несколько улиц (две-три). Сектор обороняли войска, находившиеся под единым командованием (также и участки сектора). При этом управление артиллерией сектора возглавлялось обычно командующим артиллерией одной из стрелковых дивизий, командир которой являлся комендантом данного сектора, а управление артиллерией участка – командующим артиллерией дивизии (бригады) или командиром артиллерийской группы поддержки того или иного стрелкового полка. Дивизионную артиллерию стрелковым подразделениям не придавали. Дивизионы артиллерийского полка стрелковой дивизии обращались на сформирование групп поддержки пехоты в каждом стрелковом полку дивизии. В группы поддержки пехоты нередко включались дополнительно и полковые батареи 120-мм минометов. До 14 сентября в 62-й армии действовала армейская группа артиллерии дальнего действия (АДД) в составе четырех пушечных, одного гаубичного и четырех гвардейских минометных полков полевой реактивной артиллерии. Командиром группы являлся командующий артиллерией армии. Для удобства управления группа делилась на две подгруппы: северную (командир подгруппы – командующий артиллерией армии) в составе 266, 1103-го и 1-го дивизионов 457-го пушечного артполка, 47-го и 89-го гвардейских минометных полков полевой реактивной артиллерии и южную (командир подгруппы – заместитель командующего артиллерией армии) в составе 1105-го пушечного, 85-го гвардейского гаубичного, 83-го и 91-го гвардейских минометных полков полевой реактивной артиллерии.
Решением Военного совета Юго-Восточного фронта от 14 сентября 1942 г. была создана фронтовая артиллерийская группа. Для ее формирования были использованы пушечные, гаубичные и минометные полки РВГК, приданные ранее 62-й и 64-й армиям. Фронтовая артиллерийская группа была разделена на четыре подгруппы: северную для поддержки 62-й армии (266, 457, 1103-й и 1105-й артиллерийские полки, 3-й дивизион 85-го гвардейского гаубичного артиллерийского полка и 125-й минометный полк – всего 86 орудий и минометов); южную для поддержки 64-й армии, а в необходимых случаях и для поддержки 62-й армии (1111, 1104, 1159-й пушечные артполки и 140-й минометный полк – всего 64 орудия и миномета); Волжской военной флотилии (16 орудий); зенитной артиллерии (84 85-мм пушки).
Всего во фронтовой группе имелось: 76-мм пушек – 6; 120-мм минометов – 72, 122-мм пушек и гаубиц – 33 и 152-мм гаубицпушек – 45 (150 орудий и минометов).
Командиром фронтовой группы был назначен заместитель командующего артиллерией фронта генерал-майор артиллерии Дмитриев, который имел телефонную и радиосвязь с командирами подгрупп, а также с командующими артиллерией 62-й и 64-й армий. Командиры северной и южной подгрупп (командиры 266-го и 1111-го пушечных артполков) были связаны с командующими артиллерией армий, которые они поддерживали.
Чтобы вывести наши орудия среднего калибра из зон действия огня вражеских минометов, танков и пехотных орудий, а также избежать потери матчасти при дальнейшем отступлении, огневые позиции частей фронтовой артиллерийской группы находились на левом берегу Волги, а большая часть наблюдательных пунктов батарей, дивизионов, полков и подгрупп была размещена на правом берегу. Соответственно основным видом связи в управлении огнем группы являлось радио.
С прибытием в первой половине октября в состав Юго-Восточного фронта еще нескольких тяжелых пушечных и гаубичных полков командование фронта выделило артиллерийские средства для сформирования и возобновления деятельности армейских артиллерийских групп дальнего действия 62-й и 64-й армий.
В состав фронтовой группы с 12 октября входили: 70-й гвардейский пушечный, 1083-й и 123-й пушечные артиллерийские полки, 5-й гаубичный артполк большой мощности, всего 66 орудий. Деление ее на подгруппы с этого времени не производилось, использовалась она преимущественно в полосе обороны 62-й армии.
Артиллерия Волжской военной флотилии была придана 64-й армии и использовалась в составе ее армейской артиллерийской группы. Подгруппа зенитной артиллерии с этого времени стала выполнять свои прямые задачи, составляя фронтовую зенитную группу.
Армейская группа 62-й армии вновь была сформирована из возвращенных армии 1103, 1105, 457-го и 266-го пушечных артполков. Кроме того, в состав этой группы дополнительно были включены гвардейские минометные полки полевой реактивной артиллерии, имевшиеся в 62-й армии. До этого (с 14 сентября по 11 октября) гвардейские минометные полки были объединены в армейскую группу гвардейских минометных частей полевой реактивной артиллерии.
К системе артиллерийского огня при обороне Сталинграда предъявлялись такие же требования, как и при обороне в полевых условиях. Однако различные элементы этой системы принимали в обороне города иное значение, чем в обычных условиях. Например, в городе много крупных каменных зданий, которые использовались для организации опорных пунктов и для исходного положения во время контратак. Такое расположение каменных зданий в городе вынуждало оборонявшихся привлекать для поражения изготовившегося к атаке противника более мощные орудия, чем в обычных условиях. Атакующие группы пехоты и танков противника, опираясь на отдельные крупные каменные здания, не представляли собой, как в поле, сплошной линии, занимающей довольно широкий фронт. В таких случаях для отражения атак неподвижный заградительный огонь обычно заменяли сосредоточенным огнем. Изменялся порядок выбора участков и метод организации подвижного заградительного огня против танков, поскольку атаки танков проходили главным образом вдоль улиц и небольшими группами.
Атаковавшие части противника действовали небольшими штурмовыми группами или отрядами, силой от пехотной роты до батальона с танками, самоходными (штурмовыми) орудиями, полевыми легкими орудиями и минометными подразделениями. Поэтому оказалось выгодно вести не только сосредоточенный огонь по отдельным целям батареями или небольшим участкам целей – дивизионами, но и по районам целей, для поражения которых привлекалось несколько дивизионов и даже полков. Такое массирование огня применялось в тех случаях, когда атаки нескольких штурмовых групп совпадали по времени и месту, то есть бой происходил на территории нескольких кварталов. В таких условиях не только был необходим массированный огонь для отражения атак противника, но с увеличением плотности такого огня резко возрастала его роль, и нередко одним массированным огнем артиллерии срывалась очередная атака противника.
Так, например, немцы силой до двух пехотных полков неоднократно предпринимали атаки из района завода «Баррикады». Во время одной из таких атак по участку завода (размером 600 м по фронту и 400 м в глубину – 24 га) произвели 10-минутный огневой налет 250 орудиями и минометами и тремя полками реактивных минометов (около 70 установок). Для надежности подавления противника огневой налет был повторен. Такое массирование огня дало высокий эффект – немецким полкам были нанесены большие потери и сорвано их наступление.
Германский офицер – участник боев – писал: «Из еще не захваченной части „Красного Октября“ один „сталинский орган“ [установки М-13. – А.Ш.] постоянно давал залпы по немецким позициям и опорным пунктам. Его было просто не засечь, хотя он вел огонь постоянно с одного и того же направления. Вскоре оказалось, что русские смонтировали установку залпового огня на лифте, заряжали ее в подвале, для залпа поднимали лебедкой наверх, а затем снова спускали в подземелье. Попытка вывести из строя эту реактивную установку, предпринятая передовым наблюдателем 83-го артиллерийского полка, находившегося на наблюдательном пункте, хорошо защищенном броневыми листами, на верхнем этаже здания, примыкавшего к этому месту, не удалась из-за слишком долгого полета наших снарядов. Хотя на орудиях был выставлен соответствующий прицел и огонь орудий вызывался в момент, когда «сталинский орган» открывал огонь, у русских оставалось достаточно времени, чтобы снова своевременно принять реактивную установку в подвал»[73].
