ворвался голос Александра.
«Закрой глаза и подними щиты. Не слушай и не смотри, пока я не разрешу. Сейчас!»
Я зажмурилась и быстро подняла щиты, какие только смогла. Было страшно, очень. Я дрожала, из глаз текли злые слёзы. Раздался грохот, словно рухнула стена, и я вздрогнула, а следом на покои упала тишина. Его нарушило тихое рычание, от которого по спине побежали мурашки, а следом всё смешалось. Гвалт, крики, ровный голос Романа, который я слышала, словно сквозь вату.
Я закричала, когда мне на лицо брызнуло что-то тёплое, и тело, до того прижимавшее меня к кровати, придавило меня окончательно, но тут же эта тяжесть исчезла. Руки, удерживавшие меня, в какой-то миг пропали.
Я сжала простыни и мысленно, насколько позволяли поднятые щиты, тянулась к Александру, но в ответ не было отклика. Я словно натыкалась на красную стену, полную беспросветной ярости, и это пугало не меньше. Рядом раздался судорожный вздох, и моё лицо очень осторожно протёрли мягкой тканью, от чего я вздрогнула и попыталась отвернуться. Сил вырваться, отползти, отодвинуться не осталось.
– Я здесь, душа моя, я рядом. Не бойся, они тебя больше не обидят. Не открывай глаза, хорошо? Я сейчас унесу тебя, о тебе позаботятся, – родной голос дрожал и хрипел, а я, по-прежнему не открывая глаз, протянула трясущиеся руки навстречу Александру, прошептав его имя.
– Слава богам, пришёл в себя, – еле слышно донёсся до меня голос Романа. В покоях снова стояла тишина, но я не хотела думать о её причинах.
Знакомые сильные руки бережно подняли меня, и я, всхлипнув, уткнулась куда-то в плечо Его Величеству. Глаз я не открывала.
Меня несли по коридорам, шаги Александра и следовавшего за нами воина отдавались гулким стуком, пока мы не вышли в жилое крыло, где пол был застлан ковром. Оханье и короткий вскрик прислуги заставили меня вздрогнуть, но, по счастью, больше никто навстречу не попался.
Стук сердца под щекой успокаивал, и я понемногу перестала всхлипывать, доверившись бережно обнимавшим меня рукам. Звук открывшейся двери, ворчание Мари и голос окликнувшей её служанки. Неясный возглас Оли, Александр что-то сказал и понёс меня дальше, чтобы через минуту бережно усадить на скамью.
– О тебе позаботятся, душа моя. Обещай, что не откроешь глаза и не будешь слушать их мысли, пока тебе не помогут переодеться и не отведут в спальню.
– А ты? – я до дрожи боялась, что Александр сейчас уйдёт, и я останусь наедине со своими мыслями и с пережитым кошмаром.
Я вцепилась непослушными пальцами в ткань его камзола. Александр ничего не ответил. Провёл по моим волосам, коротко поцеловал меня в лоб, осторожно отцепил мои пальчики и вышел. Сразу же раздался голос Сани и Оли. Вероятно, девушек предупредили, так как Саня только судорожно вздохнула и тут же начала весело щебетать, отвлекая и успокаивая.
Девушки помогли снять одежду и расплести волосы, в четыре руки вымыли и одели меня и осторожно проводили в спальню, где я, наконец, смогла открыть глаза. Меня уложили на подушки, укутали в одеяло, поставили передо мной успокаивающий сбор, любимые вафли и земляничное варенье. Есть не хотелось, но горячий сладкий напиток с мёдом я всё же заставила себя выпить. Вероятно, в него что-то подмешали, так как навалилась бесконечная усталость, и я провалилась в сон.
Сквозь дрёму я чувствовала присутствие Александра, он прослушивал мой разум, но, как я ни пыталась, я не смогла проснуться. Осторожное прикосновение к волосам, вздох, полный сожаления, и я осталась одна. А через минуту кто-то неслышно проскользнул в комнату, но у меня не было сил больше сопротивляться сну, только по дружелюбному настрою я догадалась, что это могла быть Саня.
Утром, стоило открыть глаза, как я увидела дежурившую у моей постели леди Лялю и новый букет в вазе на тумбе. Фрейлина отложила книгу и поднялась.
– Леди, как спалось? Ничего не тревожит? Желаете что-нибудь? Вас просили выпить этот сбор, когда проснётесь, – Ляля протянула мне отвар, и я, заглянув в её мысли, послушно выпила. Личный лекарь Александра не посоветовал бы плохого.
– Спасибо, леди Валерия. Будьте любезны, попросите приготовить ванну, и, пожалуй, лёгкий завтрак.
– Конечно, леди, как пожелаете. Паштет, сыр и вафли? – уточнила фрейлина с улыбкой.
Я кивнула, уверенная, что, как и всегда, выбор блюд не ограничится озвученным. Было ощущение, будто я не ела целую неделю, а в мыслях царила странная лёгкость. Вчерашний кошмар вспоминался с трудом, словно смутный, почти забытый сон.
Опять Александр поставил мне блоки. Не помнить, не воспринимать, не бояться, конечно, удобно, и я ему за это благодарна. Держать весь этот кошмар в голове… Вот только блоки могут упасть в самый неподходящий момент, и тогда все укрытые от меня события навалятся разом, и с ними справиться будет намного сложнее.
Благоразумно решив, что подумаю об этом позже, я пригласила своих фрейлин на прогулку. Свежий воздух, несомненно, пойдёт на пользу, а от кабинета и прочих забот меня освободили.
Благодаря блокам, пережитое приглушилось, расплылось, перестало быть значимым, и я смогла заниматься обычными делами. Неудобство доставляли только стражи, вновь неотступно следовавшие за мной, но я понимала их необходимость. Теперь их выбор Александр не доверял Роману и лично проверял всех, кто сопровождал меня. К моему удивлению, все стражники, с которыми я виделась на тренировках, высказали желание присматривать за мной. Они не могли простить товарищу предательства.
Я ожидала, что Александр позовёт меня или сам навестит, раз наша встреча в его кабинете отменилась, но от него не было никаких новостей и указаний. Осторожно поспрашивав своих фрейлин, я узнала, что при дворе ни о каких скандалах не говорят.
Только вот несколько лордов не явились на назначенные им свидания, но мало ли что могло послужить причиной. На прогулке я слышала, как некая дама уверяла окружающих, что лорды не иначе как упились до неприличия, ибо вчера она сама видела их уходящими со светского раута вместе.
Тем неожиданней стало появление после обеда человека Александра с просьбой через час зайти в большой кабинет. Недоумевая, к чему может быть такое странное приглашение, я заглянула в приёмную перед кабинетом Александра и выяснила, что в той зале обычно проходят советы лордов. Мне пришлось срочно переодеваться, так как воздушное платье, что я надела в надежде на встречу с Его Величеством, не подходило ко встрече с лордами. Я ведь не хочу, чтобы они посчитали меня легкомысленной особой!
Поэтому я выбрала платье в меру скромного фасона из дорогой ткани, строгого зелёного цвета,
