- Да с радостью! Что взять?
- Хм, - я смерила взглядом Маруську, помешивающую почти готовую уху и сказала негромко. - Пару бутылок коньяка.
Нет-нет, это вовсе не из-за некрасивой внешности моей подруги, а просто чтобы немного их... подтолкнуть друг к другу, расслабить в конце концов. Маруська-то, как раз, красавица - все такая же стройная, длинноволосая, ухоженная, сегодня совсем немного накрашенная, в сарафанчике тоненьком... ночью в таком виде, конечно, замерзнет... и кто её согревает будет? Правильно, Олег и коньяк!
- Жень, спроси у Саши, вы на нашем месте лагерь разбили?
Спросить у него? Я с сомнением посмотрела на моего мужчину, сидящего в окружении детей посередине реки и завороженно гипнотизирующего свой поплавок. Будет мне! Но иначе, как Олег нас найдёт? Я набрала в лёгкие побольше воздуха и закричала:
- Саша! Мы на вашем месте лагерь разбили?
Гневный взгляд, брошенный на меня, мог бы, наверное, воспламенить дерево за моей спиной.
- Же-еня-я, ты с ума сошла?
- Мама! Рыба же! - тут же вступилась Варька.
С невинным видом я показала на телефон:
- Олег спрашивает!
Саша заметно оживился и, сматывая удочку, крикнул:
- Да, да, на нашем!
... Спустя час, рассчитав время, что называется, тютелька в тютельку, я позвала Марусю и детей купаться. Саша взялся жарить шашлык (сам того не зная, готовил закуску к коньяку, который сейчас привезет Олег!). Конечно, мне хотелось представить подругу в самом, что ни на есть, лучшем свете. И я точно знала, что лучше, чем ее новехонький купальник, красиво открывающий все очевидные достоинства, для этих целей не подходило ничего!
Мы только раздеться успели, когда на поляну вырулила большая чёрная машина Олега. Мельком взглянув на мужа, я заметила его насмешливую улыбку и приподнятую бровь. Пришлось подмигнуть ему, чтобы не расслаблялся.
Маруська, с естественным для нее интересом, обернулась на звук и вот тут-то ее глаза буквально округлились, когда из машины вылез Олег. Конечно, мне, безумно влюбленной в мужа, трудно судить, но Олег, он, очень даже ничего такой. Высокий, за собой следящий, шмотки опять же дорогие. Лицо симпатичное, особенно, когда улыбается.
Я прямо-таки впилась взглядом в него (да прости меня, Саша!), ожидая реакции на мою подругу. Он пожал руку подошедшему к машине своему другу, улыбнулся мне и только потом перевёл взгляд на замершую на берегу Маруську. И-таки да! Я была уверена, что на самом деле, в реале, как говорит Артём, увидела ту самую искру, которая прямо из глаз в глаза пролетела между ними!
... Детям было постелено в машине. И уже часам к одиннадцати, надышавшись чистым воздухом, наевшись ухи и шашлыков, они ушли спать. В десять отзвонилась Мария Васильевна. Сказала, что Маша, покапризничав, тоже улеглась, желала нам хорошего отдыха и убеждала, что теперь уж точно ребенка удастся отлучить от груди. Я с сомнением покачала головой - уже была попытка на ночь уехать, но потом под натиском бесконечного двухчасового плача первым не выдержал папа, и ночное кормление с его подачи возобновилось.
Коньяк и романтика вечера, расцвеченного бликами костра и звездами, усеявшими небо, просто толкали людей друг к другу. И я ничего не могла с собой поделать - не обращая внимания на присутствие друзей, обнимала своего мужа, отказываясь садиться рядом на скамью. Так и стояла за его спиной, прижимаясь к крутым плечам, уткнувшись лицом в затылок, пока ему не надоело уговаривать и он, обхватив за талию, ловко усадил меня к себе на колени. Впрочем, именно этого я и добивалась.
И да, наверное, наше поведение, мои поглаживания Сашиных волос, его "зависания" от невинных поцелуев за ушком, выглядели нескромно. Но рядом с нами были друзья, а с некоторых пор мы с мужем не скрывали своих чувств друг к другу. Все давно привыкли, и если поначалу подшучивали, то теперь воспринимали, как должное. Но не сегодня...
Сегодня я все это проделывала специально. И они, сидя напротив нас на скамейке, внимательно следили за моими руками... И я готова была поклясться, что именно в тот момент, когда моя левая осторожно скользнула под Сашину футболку, вздрогнул не только сам Саша, но и, как минимум, Олег. Я ненадолго отвлеклась, а когда снова повернулась к столу, увидела, как рука друга семьи уверенно поместилась на Марусином плече. Прозвучал предлог о том, что к ночи похолодало, и мы с мужем согласно закивали головами.
- Конечно-конечно, а я тоненькие пледы взяла. Правда, всего два. Нести?
Никто не отказался. Но под пледами-то... Да еще если завернуться в них вдвоем, вообще ничего не видно... Спать ушли далеко заполночь, спев все знакомые песни, допив коньяк. Последняя страшная история, рассказанная Олегом даже меня вогнала в дрожь. Поэтому в нашу палатку я неслась, как сумасшедшая. И только впустив туда же Сашу, опомнилась.
- Слушай, а эти товарищи куда делись?
- Женька, ты так неслась, что не заметила?
- Что я должна была заметить? Мы собрались спать. И все вместе пошли в палатку.
- Это мы с тобой пошли сюда. А Олег и Маша - к нему в машину.
- Правда?
- Тебе не кажется, что все как-то быстро получилось? Несерьезно как-то...
- Кто бы говорил! Вспомни нас с тобой... Да ну их... пусть дальше как-нибудь сами разбираются. Я вот целый день думала о том, что в том походе мне так и не удалось проникнуть в инструкторскую палатку. А я мечтала... И у меня было несколько очень жарких фантазий на этот счет...
Я шептала все это, а руки уже стягивали с мужа, ставшую вдруг ненужной, одежду.
- Я полностью в твоем распоряжении, сводница моя!
Конец
