Итак, вот три шага: сознательность, свидетельствование, осознанность. Мы же существуем на самом низшем уровне – на уровне бессознательной деятельности. Состоянием нашего ума является бессознательная деятельность.
С помощью сознательности мы можем достичь свидетельствования, с помощью свидетельствования мы можем достичь осознанности, а с помощью осознанности мы можем достичь «не-достижения». Через осознанность мы приходим ко всему тому, что уже достигнуто. Дальше осознанности ничего нет: осознанность – это конец.
Осознанность – конец духовного прогресса, а неосознанность – его начало. Неосознанность означает состояние материального существования. Так что неосознанность и бессознательность – это не одно и то же. Неосознанность означает материю. Материя не бессознательна, она неосознанна. Существование животных – бессознательное существование, а существование человека – это умственное явление, на девяносто девять процентов бессознательное и на один процент сознательное. Этот один процент сознательности означает, что вы на один процент сознаете свою бессознательность. Но если вы начнете сознавать свою сознательность, тогда один процент сознательности станет возрастать, а девяносто девять процентов бессознательности будут уменьшаться.
Если вы станете на сто процентов сознательным, вы станете свидетелем, сакши. И если вы станете сакши, вы подойдете к той точке, из которой возможен прыжок в осознанность. А в осознанности свидетель исчезает, и остается только свидетельствование: делающий исчезает, субъективность исчезает, эгоцентрическое сознание исчезает. Сознательность остается, но без эго. Остается окружность без центра.
Эта окружность без центра и есть осознанность. Сознательность без центра, без какого-либо источника, без какой-либо движущей силы, без источника, из которого она исходит, – «сознательность без источника» – вот что такое осознанность.
Таким образом, мы переходим от неосознанного состояния, которым является материя, практити, к осознанности. Или можете назвать ее божественным, или как-то еще. Между материей и божественным различие всегда в сознательности.
Глава 15. Сатори и самадхи
Первый вопрос:
В чем различие между переживанием сатори – проблеском просветления в традиции дзен – и состоянием самадхи, космического сознания?
Самадхи начинается как промежуток, провал, но этот промежуток никогда не кончается. Промежуток всегда начинается и кончается, у него есть границы – начало и конец, но самадхи начинается как промежуток, а затем длится вечно. Этому нет конца. Таким образом, если опыт приходит как промежуток и потом не кончается, это самадхи, но если промежуток завершенный – если у него есть начало и конец – тогда это сатори, и это совсем другое. Если вы получаете только проблеск, если возникает провал, а затем он опять заполняется, если это стоит в одном ряду с другими явлениями, а сам ряд заполнен – вы только заглянули в запередельное и вернулись, прыгнули туда и вернулись. Если что-то случается и потом снова утрачивается, тогда это сатори. Это проблеск, проблеск самадхи, но еще не самадхи.
В Индии у нас нет слова, соответствующего сатори, поэтому иногда, если промежуток большой, можно перепутать сатори с самадхи. Но это не самадхи, это только проблеск. Вы достигли космического и заглянули в него, и потом все опять исчезло. Конечно, вы уже не будете прежним – теперь вы больше никогда не будете прежним. Что-то вошло в вас, что-то добавилось к вам – вы уже не сможете быть прежним. И все же то, что вас изменило, покинуло вас. Оно осталось только в памяти, как воспоминание. Это был только проблеск.
Самадхи означает начало познания, которому нет конца.
Если вы можете вспомнить опыт – если вы можете сказать: «Я познал момент», – тогда это только проблеск, потому что, когда случается самадхи, вас уже нет, чтобы это помнить. Тогда вы не можете сказать: «Я познал», потому что с началом познания знающий исчезает. Знающий остается только в случае проблеска.
Знающий может сохранить этот проблеск как воспоминание – он может заботливо хранить его в памяти, стремиться к нему, желать его, попытаться снова его пережить – но он все еще есть. Тот, кто получил проблеск, тот, кто увидел, по-прежнему существует. Проблеск стал воспоминанием, и теперь это воспоминание будет преследовать его и постоянно требовать, чтобы опыт вернулся.
Но когда случается самадхи, вас уже нет, чтобы это помнить. Самадхи никогда не остается в памяти, потому что того, кто был, больше нет. Как говорят в дзен, «старого человека больше нет, появился новый…», и два этих человека никогда не встречаются друг с другом, поэтому никаких воспоминаний быть не может. Прежний человек исчез, появился новый, и они не встретились, потому что новый человек может прийти только тогда, когда старого не будет. Тогда это не воспоминание, тогда это не преследует вас, и вы не стремитесь к этому, и нет никакого желания. Вы в полном согласии с тем, что есть, вам нечего желать.
Это не значит, что вы избавились от желаний, – нет! Это просто отсутствие желаний в том смысле, что того, кто мог бы желать, больше нет. Это не состояние без желаний – желания отсутствуют просто потому, что нет того, кто мог бы желать. Тогда нет никаких стремлений, и нет будущего, потому что будущее создается нашими стремлениями, желаниями. Будущее – это проекция наших желаний.
Если нет желаний, то нет и будущего. А если нет будущего, тогда не нужно и прошлое, потому что прошлое всегда только фон для наших устремлений в будущее.
Если будущего нет, если вы знаете, что в этот самый момент вы умрете, тогда помнить о прошлом нет никакой необходимости. Тогда нет необходимости даже помнить свое имя, потому что имя имеет значение лишь в том случае, если есть будущее, – тогда оно может понадобиться. Но если будущего нет, вы просто сжигаете все мосты прошлого. Они не нужны, прошлое стало совершенно бесполезно. Прошлое имеет смысл только в отношении будущего или для будущего.
Когда случается самадхи, будущее перестает существовать. Его больше нет, есть только настоящий момент. Это единственное время, которое существует, – нет даже прошлого. Прошлое исчезло, будущее тоже: одномоментное существование стало всем существованием. Вы находитесь в нем, но не как отдельная сущность, отличная от него. Теперь вы не можете быть отличны от него, потому что вы отделяетесь от всего существования только из-за вашего прошлого и будущего. Прошлое и будущее, кристаллизованные вокруг вас, являются единственной преградой, отделяющей вас от настоящего момента, который непосредственно происходит. Итак, когда случается самадхи, прошлого и будущего больше нет. Тогда вы не то чтобы находитесь в настоящем – вы и есть настоящее, вы становитесь настоящим.
Самадхи – это не проблеск, самадхи – это смерть. А сатори только проблеск, это не смерть. И сатори может случиться в самых разных ситуациях. Эстетическое переживание может стать источником сатори, музыка может стать источником сатори, любовь может стать источником сатори. Сатори может случиться в любое мгновение глубоких переживаний, когда прошлое становится бессмысленным – в любой момент, когда вы полностью в настоящем, – в момент любви, или музыки, или поэтического вдохновения, или эстетического переживания, когда прошлое не вмешивается, когда нет никаких желаний насчет будущего. Но это только проблеск. Такой проблеск важен, потому что благодаря сатори вы впервые можете почувствовать возможность самадхи. Переживая сатори, вы впервые ощущаете вкус, особый аромат самадхи.
Так что сатори полезно.
Но все полезное может также стать и препятствием, если вы будете цепляться за него и думать, что кроме него ничего нет.
Сатори приносит блаженство, которое может вас обмануть, – оно само по себе приносит определенное блаженство. Поскольку самадхи вам еще не известно, сатори является для вас высшим переживанием, и вы начинаете держаться за него. Но если вы будете держаться, вы можете превратить то, что было полезным, дружественным, что оказало вам помощь, в нечто враждебное, в препятствие, в помеху. Поэтому нужно осознавать возможную опасность сатори. И если вы ее осознаете, тогда опыт сатори будет полезен.
Мгновенный проблеск дает то, что недоступно никаким другим средствам. Никто не сможет вам этого объяснить, никакие слова, никакие объяснения не дадут вам ни малейшего намека на это. Сатори важно, но только как проблеск, как озарение, когда вы на одно мгновение заглядываете в реальность, в пропасть. Вы не успеваете даже понять, не успеваете осознать это мгновение, как оно уже закончилось. Это как щелчок фотокамеры – щелк, и все исчезло. И тогда возникает желание, тогда вы готовы пожертвовать всем ради этого мгновения. Но не желайте его, не стремитесь к нему, пусть оно останется в вашей памяти. Не делайте из него проблему – просто забудьте о нем. Если вы сможете забыть свое переживание и не цепляться за него, тогда такие мгновения будут приходить к вам снова и снова, проблески будут случаться все чаще и чаще.
