– Папа! – Корделия покраснела.
– Ты не согласна? – Он прищурился.
– Ну, частично, – обиделась Корделия. – Просто ваши слова прозвучали слишком расчетливо.
– Мы этого не хотели, – усмехнулся он. – В любом случае Сара недолго останется твоей компаньонкой.
– Что вы имеете в виду?
– Ничего особенного, – уклонился отец от ответа на ее вопрос. – Просто мне в голову пришла одна оригинальная мысль. Как твоя переписка с мистером Синклером? Ты много о нем узнала?
«Только то, что он ужасно занудливый».
– Человек может быть кем угодно на бумаге, папа. Нельзя судить о нем только по его письмам. – Она вздохнула. – По-видимому, пришло время познакомиться с ним лично.
– Превосходно! – В голосе отца прозвучало удивление. – Когда вся остальная семья вернется из Брайтона, мы устроим… – он наморщил лоб, – обед, пожалуй, где будут его семья и наши. Да, твоей маме это понравится. Думаю, тебе и мистеру Синклеру будет приятнее встретиться в сердечной обстановке, а не в более строгой и официальной.
– Звучит чудесно, папа. – Корделия заставила себя улыбнуться.
– Корделия, я сожалею, что дело дошло до этого, – глядя ей в глаза, сказал отец, – но не сомневаюсь – для всех это лучший вариант.
– Да, наверное. – Она рассеянно похлопывала по подлокотникам кресла. – Полагаю, это неотъемлемая составляющая взрослой жизни, верно?
– Что именно?
– Делать то, что лучше для всех. – Не отводя глаз, Корделия вздернула подбородок. – И не важно, хочется человеку этого или нет.
– Уоррен, я не знаю, что делать. – Дэниел расхаживал взад-вперед по конторе.
– Это не совсем верно, – спокойно возразил Уоррен.
– Что ты хочешь этим сказать? – Дэниел остановился и уставился на друга.
– Хочу сказать, ты прекрасно знаешь, что делать и что ты должен сделать. – Уоррен пожал плечами. – Просто тебе этого не хочется.
– Разумеется, не хочется. – Дэниел снова продолжил хождение. Так ему всегда лучше думалось, а сейчас ему необходимо как следует поразмыслить. – У меня вообще нет желания жениться – не говоря уже о том, чтобы жениться на женщине, которую не сам выбрал – только ради деловых интересов отца и обеспечения финансирования…
– Чтобы спасти наше будущее, наши репутации, все твои деньги и деньги наших инвесторов, в числе которых много людей, называемых тобой друзьями.
– Похоже, у меня нет выбора, так? – Дэниел запустил пальцы в волосы.
– Выбор всегда существует, Дэниел. У тебя есть варианты. Первый: продолжать убеждать леди Корделию, что она не хочет выходить за тебя замуж, и надеяться, что ее отец тем не менее не откажется от объединения с твоим отцом. Таким образом, свободный капитал твоего отца поможет нам, хотя к тому времени, возможно, будет слишком поздно, и мы обанкротимся и разоримся. – Уоррен насупился. – Нет, разорен буду только я один. Ты останешься сыном богатого человека, но станешь жалким неудачником и будешь вынужден обратиться к отцу за поддержкой. При твоей гордости это ужасная перспектива.
– Ты не разоришься. Мой отец подпрыгнет от радости, если представится возможность взять тебя к себе. Он высокого мнения о тебе и не думает о нас как о неудачниках.
– Я бы сказал, что он изменился. Но подозреваю, что изменения произошли в тебе.
– Думаю, в нас обоих. – Дэниел со вздохом опустился в ближайшее кресло. – Благодаря Дейзи он понял, что вел себя неправильно, вмешиваясь в мою личную жизнь. А я открыл для себя, что он поступал так из лучших побуждений. И еще – у нас больше сходства, чем различий, нам повезло, что мы есть друг у друга.
– Очевидно, твоя встреча этим утром принесла гораздо больше результатов, чем ты говорил до сих пор. – Уоррен в изумлении смотрел на Дэниела.
– Тяжело признаться даже старому другу, что ты вел себя недостойно по отношению к своему родителю.
– Особенно если это тот самый старый друг, который уже знает и без колебаний…
– Да-да, мне, несомненно, следует прислушаться.
– И выслушать мой совет в отношении твоего отца и еще много других умных слов. Но все же должен признать, в одном ты прав, – усмехнулся Уоррен. – У тебя действительно нет другого выбора, кроме как жениться на леди Корделии. Вот так. Думаю, здесь я ничем не могу помочь.
– Я рад, что ты воспринимаешь это так спокойно.
– Воспринимаю это совсем не спокойно. Все это для меня ужасно, но я хочу забыть о своих личных чувствах и смело принести тебя в жертву на алтарь святого супружества.
– Какое самопожертвование с твоей стороны!
– Я тоже так считаю. – Уоррен помолчал, глядя на друга, и добавил: – Ты же понимаешь, все могло быть намного хуже.
– Хуже, чем жениться на женщине, которую никогда не видел, только чтобы не нарушить обещание, которого не давал, и получить деньги, которых не заработал?
– Ты мог бы влюбиться. – Уоррен сделал паузу. – В мисс Палмер, я имею в виду.
Дэниел собрался возразить, но потом просто пожал плечами, как будто тревога Уоррена не имела под собой основания.
Выдвинув нижний ящик своего письменного стола, Уоррен достал бутылку, два стакана, наполнил их, поднялся, пересек комнату и протянул один Дэниелу.
– Давно ты стал держать виски в своем столе? – Дэниел перевел изумленный взгляд со стакана у себя в руке на друга.
– После того как ты этим утром пошел встретиться со своим отцом. Мне эта идея понравилась. Но ты не ответил на мой вопрос. – Придвинув стул, Уоррен пристально посмотрел на Дэниела.
– Ты не задавал вопроса.
– Тогда задам сейчас. – Он встретился взглядом с Дэниелом. – Ты влюблен в мисс Палмер?
– Нет, разумеется, нет. – Дэниел глотнул виски, практически не ощутив, как спиртное обожгло ему горло. – Это была бы величайшая глупость.
– А твои последние поступки – проявление исключительного ума?
– По-видимому, нет. Она мне нравится. Очень нравится. – Теперь, когда он произнес это вслух, Дэниел был ошеломлен, вдруг осознав, как сильно нравится ему Сара и как ему приятно находиться в ее обществе – прогуливаться с ней, беседовать с ней. Он засомневался, что когда-либо прежде по-настоящему говорил с женщиной о чем-либо, если не считать необходимости вежливой беседы на приеме или просто мимоходом. А когда он поцеловал Сару… Что ж, не исключено, она больше чем просто нравилась ему. – Чем больше времени я провожу с ней, тем больше она мне нравится.
– И в этом твоя огромная ошибка, – вставил Уоррен и наполнил стакан друга.
– Ошибка? – Дэниел взглянул на друга и неожиданно ясно понял то, от чего его все время предостерегал Уоррен. – Думаешь, я влюблюсь в нее?
– И еще хуже, – ответил Уоррен.
