добыть? Только попробуй поперек вякнуть, тебя вон та злыдня мигом на ленточки порежет. А каракатица обратно соберет. Но он в этом деле салага, может и напутать. Так что будешь потом до конца жизни с членом вместо носа шататься и яйцами на ветру трясти.
Нарисованная картина пришлась по душе Бешеной, и та злобно зыркнула на пленника, пару раз черканув друг об друга ножами, высекая искры.
Ученый икнул и покрылся мурашками, несмотря на жару.
На самом деле, сейчас должен был вступить Радремон и следом за кнутом показать пряник. Посулить молочные реки, кисельные берега, знойных красоток и горы стальных монет, такие большие, что осыпаются под собственным весом.
Но у маркиза не осталось никакого желания возиться с хлюпиком, возомнившим себя партизаном на допросе, поэтому вместо пряника он показал еще один кнут. Мощный, плетеный, унизанный крючьями, да еще и подожженный в придачу.
— Слушай сюда. — устало вздохнул фор Корстед. — Как тебя? Дейкстир? Так вот, Дейкстир, вариантов у тебя два. Или ты говоришь мне где и когда откроется следующий портал на Дуинитон, мы туда отправляемся, а ты счастливый возвращается к сытой жизни в особняке; или ты все равно говоришь мне где портал, но при этом медленно гниешь заживо, а назад топаешь в виде безмозглого зомби. Выбирай.
— Но господин Мадостис сказал…
— Мадос может поцеловать меня в зад и попросить добавки. — грубо оборвал его Радремон. — Я чихать хотел на Свинтеров, короля, армию, вашего четырежды мертвого бога, конец света и любое другое препятствие, которое встанет у меня на пути. Я своего добьюсь, и остановить меня не сможет никто. И ничто. Последний раз предлагаю — выбирай.
Маркиз даже не смотрел в сторону ученого, но тот побледнел пуще прежнего и судорожно сглотнул вязкую слюну. Холодный, спокойный, безжалостный тон черноволосого человека с легкой не по годам проседью почему-то напугал его куда больше красочных угроз дварфа и хищного оскала окровавленной эльфийки.
Будто вовсе не человек ехал рядом с ним на вороном коне, а кто-то другой. Жуткий и ненастоящий. Как призрак из страшной сказки. Вот только сказка закончится. Причем непременно хорошим концом. А жизнь продолжается. И что будет в ней дальше, решать не рассказчику, а таким вот монстрам, способным взять на копье родной дом главы крупного рода, убить несколько его членов и уйти с гордо поднятой головой, отделавшись лишь синяками и ссадинами.
А на что способна темная магия Дейкстир видел своими глазами. А чего не видел, живо представил в воображении. И результат пугал его до дрожи в коленях.
— Где-то не очень далеко от города под названием Элмор. — пустив петуха и с трудом вернув контроль над голосом, выдал ученый. — Радиус километров двадцать. Пока что! — спешно добавил он, понимая какую большую область очертил. — Точнее вычислю, как только смогу.
— Время? — сухо бросил Радремон.
— Недели через три. — опасливо сообщил Дейкстир, не зная какую реакцию вызовет подобный ответ. — Плюс-минус пара дней. Точнее скажу…
— Я понял. — перебил его маркиз. — Три недели… Не густо. И опять возле Элмора.
Он задумчиво потер подбородок, ощутил под пальцами засохшую кровь и отряхнул руки. Найти бы какой ручей помыться. Но с такой жарой…
— Опять? — удивленно переспросил Налланномом, голосом выделив это слово.
— Что значит опять? — неожиданно оживился ученый. — Ты знаешь, где был прошлый портал? Ты там был? Ты видел? Ты…
Фор Корстед прервал его властным жестом и протянул руку Бешеной.
— Карту. — сказал он.
— Ту самую? — уточнила Бешеная
— Нет. Другую. Времени не много, но должны успеть.
— Снова… — простонал иллит, осознав к чему все идет.
— Вам нужны третьи ранги. — напомнил Радремон, водя пальцем по схеме. — Забыли? Без них никакого Дуинитона.
— Ну и ладно. — пожал плечами Банарв, бережно обрезая с бороды опаленные кончики волос. — Хоть кротовухи нормальной бухнем.
— Тебе лишь бы нажраться, пустоголовый.
— Что сказала? Да я тебя…
Глава 31
Путь до Элмора отряд, без всяких сомнений, мог проделать куда быстрее, чем торговый караван Оснюда И’Шака. Ехали они верхом, а единственную повозку тащили сразу две пары молодых здоровых лошадей, позволяя покрывать в день значительные расстояния.
К тому же с ними не было детей, стариков и прочих личностей, требующих периодического отдыха и долгих привалов. Разве что Дейкстир не справлялся с нагрузкой и, в конец обнаглев, начинал ныть о стреляющей пояснице, стертом копчике и других пикантных последствиях верховой езды.
На его бубнеж не обращали внимания.
И только сердобольный Налланномом время от времени помогал ему Продвинутым возложением рук. Тогда ученый вздрагивал, будто от удара молнией, в его глазах поселялся задорный блеск, а сам он с удвоенным усердием возвращался к вычислениям.
В общем в Элмор они могли бы вернуться значительно раньше срока, если бы не необходимость посетить по дороге несколько данжей. А те, к сожалению, располагались отнюдь не самым удобным образом, заставляя не только петлять по лесным тропам, но и торопиться, чтобы вообще не опоздать.
Торчать на Ахалдасе дольше необходимого Радремон не собирался.
Алхимическая шкатулка трудилась без продыху, заваливая маркиза зельями и микстурами различной степени полезности. От заставляющего чихать порошка до противоядий широкого спектра. Таким образом навык алхимии довольно скоро уперся в потолок, и фор Корстеду пришлось приобрести следующий том знаний.
Тот обошелся в целых четыреста трофейных монет, но зато подарил статус продвинутого алхимика и возможность трансмутировать жидкие эссенции огня из одной в другую, меняя их сущность. Пользу от подобной способности сложно переоценить. Правда для нее требовались измельченные в пыль самородные осколки гелиотропа, но их у спаты оставалось еще больше половины бочонка.
Собственно по этой же причине от алхимии сильно отстал навык травничества. Ведь Радремон не тратил время на ползание по кустам кверху задом, а просто брал все необходимое из фургона. Так же поступали и его спутники, с первого дня пути приступившие к тренировкам третьего ранга.
Но запасов все равно хватало с лихвой.
Кроме маркиза, небоевой навык непрестанно совершенствовал и Банарв, проводя большую часть свободного времени у походной наковальни. Он не только клепал особо прочные наконечники стрел для Ксинс, но так
