— Значит, так. Помалкивай, а то все испортишь.
— Что все?
— Мою детскую операцию.
— Предлагаю запереть всех парами на орбите и пока не залетят, не выпускать. Думаю, мне по былым заслугам выделят несколько камер.
— Отличная идея! А что за камеры на орбите?
— Для проверки совместимости экипажей.
— Керро, срочно звони и требуй три камеры! Я бы еще Энди с Георгом** заперла. Но не уверена. Все-таки Георг в возрасте.
— У тебя все в возрасте. Георг не на много меня старше. А знаешь, Градди, Георг смеялся, что у меня разом родились внук и сын. Больше всех смеялся.
— Хочешь ему отплатить той же монетой?
— Почему бы нет.
— Решено.
Заманить друзей в экзотическое место, Града использовала другое слово — пригласить, оказалось не трудно. По камерам сами разбежались, любопытно же. И свет погас кстати на пару часов, а двери заклинило. Града понимала, конечно, что пары часов маловато, поэтому занялась элементарным шантажом. Обещала выпустить из камер в обмен на расписку завести потомство в ближайшее время.
Друзья смеялись, шутили, но подписывали, не слишком придавая значения распискам. А Града-то знала, как работает самоисполняющиеся пророчества. Испугались? Пусть на минутку. Да! Включилась программа жажды жизни? Да! Сработает инстинкт размножения? Да! Поэтому она не сомневалась в успехе своей операции. А кто будет тормозить, тех подтолкнет беременность другой пары. Стадный инстинкт тоже никто не отменял.
Давно уже Града позабыла, какой она была робкой недотепой когда-то. Которую Леший звал малышом. Теперь он звал ее строго по фамилии, Римст, потому что Града ходила с прямой спиной, смотрела в глаза и говорила все, что считала нужным. Нельзя робеть, если воспитываешь парня. Да и вообще, чужое мнение это не закон и не пистолет, чтобы его бояться или следовать ему.
В приятных хлопотах пролетели осень и зима. А весной случились пять великих дней. У Керро и Грады, действительно, родилась девочка Герда. И у Георга с Энди тоже девочка. Молодые пары ожидаемо выдали мальчиков. И у Оливера с Андерсом появилась в управлении маленькая армия. Никто не обиделся на Граду и Керро за коварные действия. Потому что надо позволять жизни делать тебя счастливым. И быть благодарной за все.
Града была очень благодарна жизни за то, что однажды отважилась, приехала на орбиту и близко познакомилась с Керро. Так близко, что стала другой. Смелой и счастливой.
____________
* Андерс Талисси — сын Мимозы и Антонио из книги "Мимоза стервоза"
** Георг — отец Антонио, см. книгу "Мимоза стервоза". Энди — жена Георга.
Бонус. Последний стажер
Гора камней, больших и маленьких, это то, что нужно. Симона два часа их собирала, стаскивала в одно место на высокий берег реки. Устала даже. Но такая у нее была традиция. Летом, после успешно сданной сессии в колледже, она приходила сюда и бросала камни в воду. Процесс Симона тщательно продумала. Каждому камню давалось имя и биография. А вообще камни означали неприятности и неудачи Симоны за год. Лучшее место им на дне.
В этот раз самый большой камень был, конечно, Говардом Менни. Симона села на камень и глубоко вздохнула. Привычный порядок действий забуксовал, не получалось легко и быстро покидать свои неприятности-камни в воду и освободиться для новой жизни. Да и как от Говарда освободишься, если он истинная пара. Симона влюбилась, а внимания ей ноль. Невнимания зато — целая гора. А ведь сколько было надежд.
Не ожидала Симона, что расчувствуется как романтичная малолетка, получив письмо от Базы данных “ИСТИННЫЕ ПАРЫ”. Красивый конверт голубого цвета и надпись — Говард и Симона. Никому не показала заветное послание, ни друзьям, ни родителям. Хотела сначала сама познакомиться с тем, кто ей предназначен судьбой. Посмотреть в глаза. Они ведь сразу узнают и поймут друг друга, две половинки, которые скоро станут целым в прекрасном союзе. Симона готова была пропустить пробный брак. Пусть все будет сразу по-настоящему, без оглядки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вот же повезло, а Симона не верила, что ей найдется пара. Пока не очень-то много известно историй, когда это случалось. Разве что Мимоза и Антонио, друзья Говарда. Симона сходила в дорогой салон красоты, подстриглась и стала ждать визита своего мужчины. Такие были правила. Мужчина получает известие и приходит знакомиться. Прошел месяц, потом второй, но никто не появился, не написал, вообще никаким образом не дал о себе знать.
Это было ужасно. Позорно. Симона растерялась. Идти жаловаться или еще подождать? Может так быть, что письмо Симоне отправили по ошибке? А незнакомому Говарду письмо не прислали? Хорошо, что никому не рассказала, стала бы предметом насмешек. Симона настолько плоха и некрасива, что даже истинный не захотел на нее взглянуть. Звучало очень обидно.
Избранник мог незаметно поинтересоваться, кто ему достался, какая девушка, и решить, что они не подходят друг другу. Это звучало еще обиднее. Что отвергли сознательно. В конце концов, Симона решила не жаловаться, а проверить самостоятельно, что за невоспитанного хама ей подсунули. Выяснила, что Говард Менни большая шишка в полицейском управлении. Знаменитость. И в кино еще снимается.
Училась Симона в колледже, как раз на следователя, вернее на помощника следователя. Но ведь это не существенно и уж ей-то дадут пройти следовательскую практику у знаменитости. Симона отличница и внешность у нее самая подходящая для сыщика. Незаметная, незапоминающаяся, никаких ярких черт, зато с нестандартным мышлением. Преподаватели ее хвалили за сообразительность. Пришлось постараться, конечно, чтобы получить направление.
Немного волнуясь, Симона постучала в дверь кабинета с табличкой “Говард Менни”. В глубине души она надеялась, что Говард ее увидит и сразу узнает, все поймет, может, даже практика не понадобится. Посмотрит Симоне в глаза и улыбнется. Если они истинная пара, то ведь так должно быть. Они два магнита, которые, оказавшись, рядом, автоматически притянутся друг к другу.
— С чего вдруг ко мне? Только стажера мне не хватало, не брал их сроду, — чертыхнулся Говард и окинул критическим взглядом Симону. — Давай подпишу бумаги, какие там тебе надо, и вали себе на все четыре стороны.
— Нет! Я хочу проходить настоящую практику у вас. Нам выделяют полгода. До весны я в вашем распоряжении.
— Мне некогда с тобой возиться.
— Я не младенец, чтобы со мной возиться, а настоящий следователь. Дайте мне реальное дело!
— Чтоб мне сдохнуть, отличницу прислали, — Говард провел обеими руками по волосам, зачесывая их назад. Потом Симона узнала, что Говард так делал, когда волновался. — Вроде не грешил.
— Не надо дохнуть. Какое дело у вас провисло? Я готова.
— К чему ты готова, ненормальная?
— Раскрыть. Дело.
— Убиться веником.
Симона растерянно моргала. Ее не то, что не узнала ее истинная пара, ее выгоняли, не доверяли и насмехались. А еще прозорливого копа Говард играл в сериалах. Не видит дальше собственного носа. Отступить Симона не захотела. Практику все равно требовалось пройти. В отличие от Говарда, она влюбилась с первого взгляда. И не могла упустить шанс находиться рядом со своим истинным.
С тех пор прошел почти год, а Симона толком ничего не добилась. Осознавать это было горько. Как она старалась. Но получилось так, будто перешла дорогу Говарду. Арестовала его знакомую Граду Левони. Без нужной подписи. Потом мотивы признали существенными, а Говард все равно выгнал Симону, как комара прихлопнул. Восстановили ее на практике, когда Симона помогла раскрыть запутанное дело. Но опять ненадолго.
Кое-какие проблески внимания Симоне доставались. Рождество они случайно встретили вместе. Пару раз за вечер Говард посмотрел на нее без высокомерия. А на Новый год не взял с собой. Хотя ехал к друзьям, которых Симона уже знала. В упор не видел Говард ни стараний, ни услужливости, ни симпатии. Еще и рассуждал, как бы поскорее найти истинную пару. Как будто пара ему еще не найдена. После таких слов Симона сникала и не могла открыться, не могла показать конверт, где четко было написано, кто они друг другу.
