Читаем без скачивания Путешественник во времени - Генри Ченселлор

— Вы имеете в виду… людей? — спросил Том, не желая этому верить.

— Боюсь, да. Четыреста тринадцать мужчин, женщин и детей, если быть точным.

Мальчик во все глаза глядел на великолепного зверя, распростертого на земле. Ему было почти жаль тигрицу, несмотря на все причиненные ею страдания и ужас. Но искорка сомнения все еще теплилась на задворках его сознания. Что там рассказывал дядюшка Джос про тигра и ночной лагерь? Неужели какая-то древняя, основанная на суевериях легенда о шайтане повторялась так часто, что ее стали принимать за правду? Возможно, и так. По крайней мере, ему хотелось в это верить. Прямо перед ним лежала мертвая тигрица. Вот что случилось на самом деле, а значит, он ошибался. И это к лучшему. Огромный тигр-людоед Чампавандры убил свою последнюю жертву. Разве нет?

Глава 16

ДЬЯВОЛ ПРИХОДИТ НОЧЬЮ

— Замрите, — велел Август. — Три, два, один…

Мина, сэр Генри, он сам и Пулани застыли, скорбно глядя в камеру, у их ног лежала огромная тигрица. Широко улыбались только индийские ребятишки и Том, стоявший с краю группы рядом с рулевым.

Щ-щелк!

Раздались бурные аплодисменты, и местные жители толпой бросились поздравлять охотников. Весть о том, что тигр убит, быстро разнеслась по округе; на галечном берегу рядом с лагерем уже сохло немало долбленых лодок, и постоянно прибывали новые. Всем хотелось собственными глазами увидеть огромного зверя, державшего их в страхе три долгих года. Сэра Генри тут же окружили древнего вида старейшины, говорящие все одновременно.

— Чего они хотят? — спросила Мина.

— Тигрицу. Каждый хочет получить ее кусочек, чтобы он приносил удачу.

— Какой кусочек?

— Любой, — усмехнулся охотник. — Шайтан — штука особенная. Повесь на шею маленький кусочек кости, и духи джунглей тебя не тронут.

С этими словами сэр Генри сел и жестом предложил окружающим к нему присоединиться. Он подробно объяснил, что хочет оставить себе шкуру, а с остальным они могут поступать по своему усмотрению. Дальше по берегу Том и Август замеряли тушу тигрицы.

— Какую позу вы собираетесь ей придать? — поинтересовался мальчик, когда они завершили работу.

Август не сразу услышал его. Он рассеянно смотрел на сэра Генри, терпеливо выслушивающего туземцев, и Мину рядом с ним. И не мог скрыть разочарования.

— Прости, Том, о чем ты спросил?

— О тигрице. Какую позу вы собираетесь ей придать?

— Ах да.

Таксидермист вновь воззрился на лежащую в пыли тигрицу.

— Стоя там, в зарослях, я ждал, что она вот-вот прыгнет. Она прижалась к земле, напряглась, изготовилась, и меня… буквально сковало ужасом. Я не мог шевельнуться. Чувствовал себя мышью, дрожащей перед кошкой.

Том прекрасно знал, о чем он говорит. Он тоже дрожал перед этой тигрицей, словно мышь, но не мог в этом признаться.

— Полагаю, мне действительно не дано убивать животных, — криво усмехнувшись, пробормотал себе под нос Август. — Забавно, правда?

Глубоко задумавшись, он поглаживал зверя по спине.

— Но возможно, — продолжил он, — возможно, есть и другой путь.

— Что вы имеете в виду?

Август смотрел на тигрицу с выражением странной решимости, а Том понятия не имел, о чем он говорит.

— Еще одну… возможность, — туманно ответил таксидермист.

И тут по долине разнесся протяжный басовитый гудок, а следом — крики. Том встал и увидел, как из-за утеса выплывает небольшая флотилия лодок, украшенных цветами и флагами. Посреди, решительно пыхтя, шел крохотный колесный пароход. Когда они приблизились, мальчик услышал жестяные звуки граммофона. Оборванные туземцы оживленно загомонили, показывая пальцами на сидящего на палубе невысокого толстячка в зеленой чалме.

— Кто это? — шепотом спросил Том.

— Понятия не имею, — ответил не менее заинтригованный Август, — но он выглядит важной персоной.

— Махараджа Чампавандры, сагиб, — пояснил Пулани, поспешно отряхивая от пыли грязную рубаху. — Махараджа прибыл лично убедиться в том, что шайтан мертв.

Пароходик ткнулся носом в берег, трое слуг спрыгнули в воду, перекинули на галечный берег деревянные сходни и накрыли их красным ковром. Сделали они это так быстро, что буквально через минуту махараджа встал, нетерпеливо постукивая по палубе тростью. Он оказался действительно низеньким, но очень серьезным, с длинными моржовыми усами. Одет он был в странноватый, тесно сидящий костюм в синюю и белую полоску, брюки были заправлены в высокие коричневые сапоги для верховой езды. С некоторой торжественностью он сошел на берег, где небольшая толпа местных крестьян склонила перед ним головы.

— Где он? — спросил махараджа.

Никто не осмелился ответить вслух, но туземцы расступились, пропуская его к вытянувшейся в пыли огромной тигрице. Махараджа явно был изумлен. Прошествовав сквозь толпу, он остановился и добрую минуту рассматривал зверя в полном молчании. Потом изумление вдруг уступило место ярости, и, высоко занеся бамбуковую трость над головой, он обрушил ее на брюхо тигрицы.

Хлоп! Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Он все колотил и колотил ее, и слезы катились по его щекам. Затем, столь же внезапно, он остановился и, достав из кармана белый носовой платок, аккуратно промокнул им глаза.

— Это за мою дорогую Парвати, — произнес махараджа срывающимся голосом. — И за всех, кого ты сожрал.

Взяв себя в руки, он повернулся к оборванной толпе на берегу.

— Где человек, убивший зверя?

— Здесь, ваше высочество, — откликнулся сэр Генри, все это время стоявший поодаль, наблюдая за происходящим.

Он вышел вперед, и махараджа протянул ему для рукопожатия пухлую ладонь.

— Сэр Генри Скаттерхорн, к вашим услугам, — представился охотник, низко кланяясь ярко одетому толстячку.

— Сэр Генри Скаттерхорн, разумеется. Я много читал о вас и вашем музее в газетах. Говорят, это нечто исключительное.

Скаттерхорн-старший учтиво поклонился.

— Вы, без сомнения, хотите увезти тигрицу с собой, чтобы пополнить коллекцию.

— Если это возможно, ваше высочество. Только с вашего позволения.

— Буду только рад. Не желаю видеть эту мерзкую тварь до скончания дней.

— Благодарю вас.

— Скажите, а этот бесстрашный мальчик, о котором пишут в газетах, тоже с вами?

— Именно так, сэр. Том!

Взгляды всех присутствующих обратились к мальчику, и у него перехватило дыхание. Он робко пробрался сквозь толпу туземцев и встал рядом с сэром Генри.

— Поездка на крыше поезда, схватка с бандитами, спасение от крокодилов, а? История, достойная самого Филеаса Фогга![24] — Маленький махараджа смерил его любопытным взглядом с головы до ног. — Итак, молодой человек, вы определенно проделали долгий путь ради тигриной охоты. Надеюсь, она того стоила.

— О да, сэр, то есть ваше королевское высочество, сэр. Действительно стоила.

— Прекрасно, прекрасно, — улыбнулся махараджа. — Какая жалость, что все вы не прибыли сюда чуточку раньше. И тогда бы, возможно, моя крошка Парвати… — Он осекся и чуть всхлипнул. — Не обращайте внимания. Что сделано, то сделано, и никому этого не изменить. — Он громко высморкался и крикнул: — Бирен!

— Сагиб!

Свирепого вида бородач с винтовкой подбежал к махарадже и низко поклонился.

— Отдай сэру Генри то, ради чего он, без сомнения, и приехал.

Бирен достал из-под плаща небольшой бархатный мешочек, перетянутый шнурком. Махараджа нетерпеливым жестом велел ему передать награду охотнику.

— Откройте, — приказал он.

Сэр Генри осторожно выудил из мешочка нечто похожее на крупное яйцо. Странно тусклое и темно-синее, оно словно светилось изнутри. По толпе прокатилась волна взволнованного шепота.

— До прошлой недели это был крупнейший сапфир в мире, — с некоторым смущением сообщил махараджа. — Но, увы, какой-то железнодорожный магнат в Америке недавно нашел больший камень. Примите мои искренние извинения.

Сэр Генри вежливо улыбнулся этой шутке.

— Теперь камень ваш, поступайте с ним, как вам заблагорассудится, — продолжил индус. — Хотя должен вас предупредить, некоторые мои люди считают, что такая награда приносит несчастье. Вы, конечно же, слышали разговоры о шайтане?

— Слышал, сэр.

— Не обращайте на них внимания, — предложил махараджа, подходя ближе. — Старые индийские суеверия. Этот тигр — всего лишь тигр, а сапфир — просто сапфир, ничего больше. Увезите его домой и наслаждайтесь. Подарите его девушке, к примеру. Я вижу вон там одну очень хорошенькую. — Махараджа восхищенно посмотрел на Мину. — Но не верьте россказням этих детей джунглей, — добавил он, понизив голос до шепота. — Они по-прежнему дики и бескультурны. Я хотел подарить им машины и электричество — современный мир, а им все равно. Их интересуют лишь шайтаны и проклятия, и это в наше время, вообразите себе.