номер мужчины, с которым я провела ночь.
— Он не мужчина! — поджав дрожащие губы, прошептала я. — Мы друзья! Он учится в моей школе, мам. Почему ты не слышишь меня? Я же твоя дочь!
— Оксанкина дочь тоже так говорила, а что по итогу? Нет, милая. Я сама обожглась в юности, тебе подобной участи никогда не пожелаю, — вот и весь ответ. Про «обожглась» я и сама знала, так мать говорила о своих неудавшихся отношениях с нашим отцом. Они поженились из-за ее беременности, чтобы сохранить “лицо”, чтобы дети не остались без отца, да и ответственности за содеянное никто не отменял. Вот только по итогу мама развелась с папой, а он бесследно пропал, явно радуясь, что скинул кабалу с плеч.
— Завтра я провожу тебя в школу, — перед тем как уйти из моей комнаты, сообщила мама.
— Вы чего тут? — Вадим совершенно неожиданно появился на пороге комнаты, озадаченно переводя взгляд с плачущей меня на мать. — Что случилось?
— А ты где был? — она резко поменяла ориентиры и переключилась на брата. Схватила его за локоть и силой вытащила в коридор. Они ругались. Громко. Кидаясь, грубыми фразами друг в друга. Вадим опять устроил развлечения в школе, ввязался в плохую компанию. В иной раз я бы выскочила и заступилась за брата, но сейчас мне было так плохо, не передать словами. Я чувствовала себя человеком, к чьим ногам привязали балласт и скинули на дно океана. Я тонула… нет… меня медленно топили. Близкие. Сперва Лилька, теперь мать. Кто будет следующим?! И как с этим справиться, я честно не понимала…
Глава 32
Ночью я так разозлилась на Лильку, что вытащила наши совместные детские фотки и порезала их. Хотела удалить ее из друзей в соцсетях, но мама отключила интернет, а телефон не посчитала нужным мне вернуть. Отвратительно.
Утро понедельника тоже не обрадовало. Родительница сдержала обещание: решила проводить меня в школу. Идти с ней я, ясное дело, не собиралась. Но сил спорить не было, поэтому сославшись на больное горло, я попросила отлежаться дома. Мама скосила на меня недовольный взгляд, правда возмущаться не стала и, к моему удивлению, согласилась без разговоров. Да и сама весь день провела в четырех стенах.
Впервые за долгое время она готовила обед и ужин, убиралась, и в целом вела себя как полагается хозяйке. Вечером к нам приехал Юрий, он привез пышный букет роз и пакет с продуктами. Мама с улыбкой на губах полезла к нему обниматься, позабыв о нас с Вадимом, мы как раз сидели за столом. Брат скривился, я же отвернулась. Видимость семьи начинала раздражать.
Мы вчетвером поужинали, хотя у меня аппетита совсем не было. Курица гриль показалась пресной, помидоры безвкусными, а макароны будто с горчинкой.
— Какой чудесный вечер, — сказал Юрий, запивая апельсиновым соком ужин. Он выглядел довольным, как большой хомяк, который утрамбовал в свои щеки много еды. Я в очередной раз задумалась, чем маму привлекают эти мужчины…
— Кстати, — мама повернулась ко мне и вдруг внимательно посмотрела. — Я записала тебя к своему врачу на среду. Съездим после уроков.
— Ты серьёзно? — у меня от услышанного аж вилка из рук выпала. Мне все казалось, мать просто запугивала насчёт гинеколога. Как можно в здравом уме тащить своего ребенка на подобное обследование? Это же она меня растила, вкладывала определенные понятия, а теперь выходит что? Я будто чужачка… Во рту образовался слизкий ком, который я не смогла проглотить.
— Ты заболела? — спросил Вадим, отложив приборы на стол.
— Я никуда не пойду! — запротестовала, поражаясь маме.
— Это не обсуждается, — категорично заявила родительница. И когда я думала, что хуже уже быть не может, мой телефон вдруг стал звонить. Оказалось, мама его носила с собой в фартуке, непонятно зачем. Она вытащила трубку и совсем по-хозяйски приняла вызов.
— Мам, — прошипела я, не сводя с неё грозного взгляда.
На том конце, видимо, кто-то ответил, и тут моя дорогая маман устроила разнос.
— Ах, это вы, уважаемый! — воскликнула она, подскочив со стула, будто её ужалила тысяча пчёл. — Нет, это не Ангелина! Это ее мама. А вас как зовут?
Я затаила дыхание, не представляя, кто мог мне звонить и чем закончится этот параноидальный разговор.
— Ах, Ярослав! — кивнула сама себе мама. Она подошла к окну, сжав в пальцах занавеску, в то время пока у меня сердце лихорадочно билось о ребра.
Яр! Серьёзно?! Громов мне звонит? И откуда у него мой номер? Арт дал? А главное, зачем он звонит? Тысяча и один вопрос закрутились по спирали в голове. Я поймала себя на мысли, что давно так не переживала, что обо мне подумает парень. Тем более мама явно планировала устроить концерт по заявкам.
— Как вам не стыдно, Ярослав! — прикрикнула она. — А если моя дочь забеременеет? Вы возьмёте на себя ответственность?
Не передать словами, насколько мне стало неудобно за маму перед Яром. Я подскочила со стула и кинулась забирать у неё телефон, ощущая, как полыхают щеки.
— Мама, прекрати!
— Иди в свою комнату! — строго сказала она, впервые наш диалог строился в таком тоне.
— Отдай! Хватит нести чушь! — я извивалась змеей возле неё, а мама то и дело крутилась в разные стороны, пытаясь не дать мне забрать мобильный.
— Юр, уведи её! — наконец сказала она.
И благородный Юрий поднялся со стула, подобно царю из древней Руси, толстыми ручищами потянулся ко мне, желая выполнить поручение мамы. Однако Вадим не позволил ему, он тот час подскочил ко мне, закрыв собой.
— Только троньте Лину! — крикнул в сердцах брат. И я поняла, что зреет конфликт, притом такой, после которого будет тяжело оправиться. Имело смысл сдаться, вряд ли ситуация измениться в лучшую сторону, если сейчас мы все переругаемся. Тем более у мамы с Вадимом итак отношения складываются отвратительно.
— Твоя сестра непонятно с кем ночевала, а ты ее защищаешь? — продолжала мама, а я смотрела на трубку, где до сих пор горел вызов.
Яр все слышит… Какой позор! Мне хотелось провалиться под землю.
— А ты с кем ночуешь? Вот с этим, который тут собирается играть роль папочки? — Вадим, кажется, вошел в раж. Он кидался ругательствами, упрекая при этом родительницу во всем, в том числе и в неудачном браке с отцом. Папа за все время после развода так ни разу и не позвонил. Я слышала, у него появилась новая женщина.
Глаза мои покрылись пеленой, подобно туману, что оседает на землю. Внутри каждый орган болел от
