Вечером король опять был рядом с прекрасной Шарлоттой, они танцевали вместе. На этот раз красавица улучив момент, когда их головы соприкоснулись, якобы случайно, шепнула:
- Ваше величество, я была бы счастлива вас видеть наедине сегодня. – И потупилась скромницей.
Король вспыхнул. Яркий румянец зардел на его бледных щеках. Танец закончился, и король склонился над рукой своей дамы:
- Я счастлив, мадам де Риез – послышался его прерывистый шепот – сегодня, в час после полуночи.
Густав тотчас же отошел от Шарлотты и более в течение вечера не подходил к ней, но пылкие взгляды непрерывно бросаемые королем на красавицу, выдавали его мысли. Король танцевал с королевой, с другими дамами, но был с ними рассеян и явно тяготился их обществом.
Шарлотта уклонилась от предложений других кавалеров продолжить танцы и, усевшись в кресло, погрузилась в раздумья. Она пребывала в некотором смущении. Нет, не по поводу измены мужу, или своему любовнику. Отнюдь. Это заботило меньше всего. Ее смущало другое. Шарлотте никогда не приходилось иметь дело с мужчиной-девственником, да еще моложе ее, к тому же самим королем, вдобавок. Ее красота, ее ухоженное тело, в глазах самой Шарлотты, и в глазах других мужчин, казалось не вызывали никаких сомнений, но… это была ее собственная оценка или мнение мужчин намного старше ее. Того же Карла Спарре. А сейчас ей, как бы предстояло пройти испытание, угрожавшее ее устоявшемуся женскому самолюбию. Шарлотта нервно затеребила веер.
- И почему у Густава ничего не выходит с королевой? Король от природы не обладает необходимой мужской силой? Да, нет, Карл говорил, что он слишком горяч и порывист, торопится, оттого и преследуют его неудачи с королевой. А еще… эта мнительность. Воображает себя Цезарем… - Шарлотта хмыкнула. – Придется мне стать на время его Клеопатрой.
И еще одна вещь смущала красавицу де Риез. Она привыкла получать наслаждение от мужчин, которые весьма в этом преуспели. Взять бы того же Карла. Ведь недаром они давние любовники. Сейчас ей предстояло обеспечить королю блаженство, но шансы насладиться самой были минимальны. Это заранее разочаровывало Шарлотту.
- Ладно, - красавица тряхнула головкой, - будь, что будет.
- Шарлотта? – де Риез услышала голос Спарре и подняла глаза. Барон стоял перед ней.
- Как наши успехи? – Карл улыбался.
- В час ночи король придет ко мне. – Шарлотта с треском сложила веер.
- Прекрасно! Чем так взволнована моя красавица? – не переставая улыбаться, но настороженно спросил Спарре.
- Ох, Карл! – вздохнула де Риез, распахнула веер и нервно стала обмахиваться. – Я переживаю, и правда, волнуюсь.
- Богиня, - барон склонился к ней, - все будет прекрасно. Король уже потерял от тебя голову. Посмотри, какие взгляды он на тебя бросает.
- Карл! – капризно произнесла Шарлотта – Я хочу, чтоб ты был неподалеку.
Если меня постигнет неудача, хочу, чтоб ты меня утешил.
- Я буду рядом. – Спарре даже растерялся. – Если хочешь, я спрячусь в твоей туалетной комнате. Надеюсь, король не заглянет туда?
- Хочу! – Шарлотта резко сложила веер и даже стукнула легко по руке барона. – Да, ты будешь рядом. Это тебе наказание. От меня. Будешь сидеть там и мучаться. В ревности. А, кстати, - она даже выпрямилась в кресле и пристально посмотрела в глаза Карлу, – ты меня ревнуешь? Или тебе все равно?
- Шарлотта, - Спарре был искренен, - конечно, ревную. Еще как! Но, я же все тебе объяснил, насколько мне тяжело будет. И твое наказание для меня заслуженное. – Барон склонил голову. Ему действительно было неприятно, но цель уже захватила его полностью, так что средства оправдывали ее.
- Вот так, Карл. Будешь мучаться. – Постановила очаровательная де Риез, - а теперь иди. Я хочу побыть в одиночестве. Жду тебя к себе через полчаса после полуночи. Иди. – Повторила настойчиво.
В кружевной прозрачной рубашке Шарлотта сидела перед большим зеркалом и медленно расчесывала длинные льняные волосы, внимательно всматриваясь в свое отражение. Тонкая ткань почти не скрывала обнаженное тело, но де Риез показалось этого недостаточным, и легким движением плеч она освободила себя от последнего одеяния.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Кажется все идеально. Кожа чистая, правда, лицо и плечи немного портят веснушки. Как некстати они появляются каждой весной. Немного припудрить. – Думала про себя Шарлота придирчиво изучая каждый дюйм своего тела. – Грудь хороша, – она потрогала рукой, - и упруга. Живот плоский, как у девочки.
В дверь тихонько постучали. Шарлотта вздрогнула, быстро прикрылась и обернулась, произнеся томно:
- Войдите. Но это был Карл Спарре. Он спешил:
- Дорогая, король уже направился к тебе. Я еле успел опередить его.
- Ему так не терпится. – Усмехнулась красавица. – Ладно, Карл, прячься в гардеробе. Да сиди там тихо, а то… а то наш мальчик-король совсем растеряется.
- Шарлотта, - Спарре укоризненно посмотрел на любовницу.
- Давай-давай, - де Риез указала на дверь, за которой хранились все ее платья. Раздался стук.
- Король! – беззвучно раскрыл рот Спарре и тут же исчез.
- Да-да, войдите. - Бесстрастно произнесла красавица и приподнялась навстречу Густаву. Король стремительно вошел в спальню и остановился пораженный открывшимся ему видом. Бледный и взволнованный, он, казалось, стал в миг еще белее, как тонкое полотно, едва прикрывавшее тело Шарлотты. Его глаза широко раскрылись, испарина выступила на лбу, было видно, как дрожат его губы. Он что-то силился сказать, но звук застревал в горле.
- Н-да, - подумала про себя Шарлотта, не подавая и виду. – Надо быстро что-то делать, а то наш король рухнет, право, в обморок.
- Ваше величество, - она быстро приблизилась к Густаву и, взяв его за обе руки, потянула за собой прямо к широкой кровати, под роскошным бархатным пологом. Король не сопротивлялся, продолжая смотреть на Шарлотту широко распахнутыми глазами. Его пальцы показались ей ледяными сосульками, хотя в спальне было почти что жарко.
- Ваше величество, - повторила Шарлотта шепотом, прижавшись к Густаву, и чувствуя, как его одеревеневшее тело сотрясает дрожь. – Не бойтесь ничего. Я ваш друг.
Она обнимала короля, и медленно гладила его по спине. Дрожь затихала. Шарлотта чувствовала, что тело короля становиться мягче и податливее. Осторожно и медленно, дюйм за дюймом, она развернула Густава спиной к кровати и не прекращая поглаживать, принялась постепенно освобождать его от одежды. Когда король остался совсем обнаженным, Шарлотта отступила назад на один шаг и легким движением уронила на пол свою рубашку. Тонкая ткань, струясь, опустилась волнами к ее ногам. Теперь они стояли оба нагими друг перед другом. Взгляд короля заскользил по ее телу, и Густав издал непонятный гортанный звук, похожий на стон.
Шарлотта смотрела прямо в лицо королю и лишь на мгновение опустила глаза вниз:
- Ого! А наш Густав совсем и неплох, как говорили. – Мелькнула мысль. – Но нельзя терять время.
Красавица порывисто шагнула вперед, прижалась к королю, и заставила его лечь ничком на кровать.
Спарре сидел в темной комнате среди развешанных платьев и задыхался от ревности. Он слышал, как король издал какой-то звук, потом все стихло, затем послышался приглушенный голос Шарлотты, что-то говорившей королю. Чуть позже она начала стонать. Барона охватило бешенство. Здесь, в полной темноте, он ясно представлял себе все происходящее за тонкой перегородкой. Он обхватил голову руками, прикрыл уши, чтоб не слышать стоны своей любовницы, которую он сам подсунул Густаву. Но не смотря на все его усилия до него вдруг донесся звериный рык короля. Спарре от неожиданности вскочил на ноги и хотел было ворваться в спальню. Лишь нечеловеческим усилием, заскрежетав зубами, он заставил себя снова опуститься на пол, забив рот рукавом камзола, и обмотав голову подвернувшимся под руку платьем Шарлотты.
- Карл, - услышал он голос своей любовницы, - ну где ты, Карл?
