в этот момент дверь открылась. Вошедшего я увидела в зеркале. Замок щелкнул, а я резко развернулась к Дарену, прижавшись к раковине и схватившись за неё руками.
– Это женский туалет! Мужской левее.
– Я знаю, – кивнул Дарен и приблизился ко мне, пробежавшись взглядом по моему лицу. – Нам нужно поговорить.
– Если вы собираетесь вернуться к тому разговору, порочащему мою честь, то нам не о чем разговаривать. Ваше самомнение – ваша личная проблема.
– Язва, – неожиданно хмыкнул дракон, и я потеряла дар речи, пребывая в крайней степени изумления. Да как он?..
– Драконище, – “ответила” я и сложила руки на груди. – Даже жалко принцессу, которая выйдет замуж за такого невыносимо самоуверенного дракона, который ночью путает другую девушку со своей истинной.
– С чего ты взяла, что я тебя с кем-то спутал?
– Ты называл меня “Миари”.
Дарен улыбнулся – вызывающе, с хитринкой и, резко подавшись вперед, подсадил меня на раковину. Я взвизгнула и схватила его за плечи, чтобы удержать равновесие. Напомнило нашу первую встречу и подоконник, с которого я сбежала подальше от этого драконища.
– Как же меня к тебе тянет, но как сложно бороться со своим драконом, – прошептал принц и шумно втянул воздух. – Твой запах по-прежнему кружит мне голову, путает мысли, мешает дышать.
– Ты тоже мешаешь мне дышать, – рыкнула я и попыталась его оттолкнуть, – причем я не говорю о твоем огне, который буквально сжигает вокруг воздух, я имею в виду здесь и сейчас! Ты мешаешь мне дышать, отодвинься. У тебя есть принцесса, в конце концов! Вот её и обнимай и обжимай в ванных комнатах, а меня – отпусти! Не имеешь права…
Договорить я не успела. Меня поцеловали. Страстно и горячо. И дурацкая магия, которая так легко откинула амирадского принца, на эту конкретную венценосную особу совершенно не реагировала! Предательница!
А Дарен продолжал целовать, исступленно, так томно, что от его поцелуев и близости начинала кружиться голова. И с каждой секундой желание прекратить это таяло…
В дверь постучали. На меня словно ушат холодной воды вылили – я резко отрезвела, особенно услышав голос жениха:
– Жаннет, с тобой все в порядке? Если ты расстраиваешься из-за присутствия Дарена и Маринет, то мы можем уйти.
Мы с Дареном переглянулись. Я все еще сидела на раковине, обнимала дракона за плечи, а он придерживал меня за талию, прижав к себе настолько близко, что это было в крайней степени неприлично. И мы оба тяжело дышали.
– Ты невыносим, – прошипела я. – Уходи сейчас же! И больше не приближайся ко мне!
Кое-как оттолкнув его, я направилась к выходу. К счастью, когда я открывала дверь, Дарена за моей спиной не было. В коридоре меня ждал обеспокоенный Антуан. Если уж мы пришли сюда и я вытерпела весь этот ужасный день, то стоит хотя бы насладиться рыбкой, поэтому я вернулась в королевский альков.
Морепродукты здесь и правда были восхитительными! Я даже почти не обращала внимания на принцессу, которая все время строила глазки Дарену, нарочито наигранно смеялась и трогала его… она его трогала! Постоянно. Прикасалась к его ладоням, запястью, поправляла волосы… мне хотелось её придушить. Неужели я настолько сильно ревную? Но почему он с ней, когда еще несколько минут назад так страстно целовал меня? Ничего не понимаю!
Она ведь его истинная! Драконы преданы своим истинным – это настолько известный факт, что даже ребенок его знает. Драконы умирают без своих истинных, сходят с ума или становятся дикими – именно так дикие, к слову, и появились, когда первые, древние разумные драконы теряли человеческий облик, если из вторая половинка погибала или вовсе никогда не находилась. Так почему Дарен целовал меня? Неужели мой дядя был прав и вероятность сыграла с нами злую шутку, подбросив Дарену в один и тот же отрезок времени, в одном и том же месте двух истинных?
Я истинная Дарена… даже звучит смешно!
Не знаю, как я выдержала этот обед, наверняка только благодаря наивкуснейшей еде, но когда мы с Антуаном первыми покинули “Райфиш”, я была искренне рада.
– Прогуляемся? – спросил принц, указав на набережную.
Я поежилась от внезапно поднявшегося ветра и поправила на шее шарфик. В Раполе часто дули ветра и порой они бывали настолько сильны, что по улицам проносился магический вестник, призывая всех сидеть по домам.
– Не уверена…
Антуан угадал мои мысли и поставил вокруг нас тепловой купол, не только согревающий, но и защищающий от сильных порывов. Теперь достойных причин для отказа у меня не было, поэтому пришлось соглашаться.
Насладиться прогулкой не получилось: в каждом прохожем я высматривала Дарена, везде чудился он. Я боялась или желала его встретить? Кто бы разложил по полочкам мои чувства и эмоции, объяснил, что со мной, почему я испытываю такие перепады настроения, отчего так горько и одновременно прекрасно томительно?
Набережная Раполя была протяженной и широкой, а в этой престижной части города еще и совершенно безопасной, подальше от порта и пьяных матросов. Я всегда любила морские пейзажи, но сегодня даже они не радовали. Я постоянно вспоминала прикосновения принцессы к Дарену и ужасно, дико ревновала.
– Я же вижу, что ты обижена, – в итоге произнес Антуан, неправильно поняв причину моего дурного настроения.
Хотя я солгу, если скажу, что забыла о выходке Антуана. Я все еще собиралась снять браслет любыми способами, просить помощи дяди, задействовать все его связи, только чтобы добиться расторжения этой помолвки. Кронпринц развернул меня к себе за плечи и шумно выдохнул.
– Обижайся сколько угодно, но в итоге ты будешь моей, хочешь ты этого или нет. Я люблю тебя, люблю настолько сильно, что любовь к тебе сжигает меня. Ты вырвала у меня сердце, – принц схватил меня за руку и положил на свою грудь, – и продолжаешь сжимать его, причиняя мне ни с чем не сравнимую боль. Я пытался добиться тебя, пытался получить твое согласие, но я устал ждать. Устал ждать момента, когда ты соблаговолишь обратить на меня свое внимание. Ты не принцесса, не герцогиня и даже не графиня, чтобы я, наследник Амирада, бегал за тобой! Я не обязан просить твоего разрешения, чтобы жениться на тебе! – Антуан вновь схватил меня за плечи и тряхнул, будто желал, чтобы я проснулась ото сна-сказки. – Ты станешь моей женой. И будешь стонать от удовольствия со мной. Я докажу тебе, что только я твоя судьба…
Антуан резко притянул меня к себе, желая поцеловать. Все мое естество восстало против этого, я почувствовала, как по телу побежали огоньки, прожигая мое сознание, и Антуана вновь прошиб заряд – он дернулся, как от
