на меня лезли, как не хотели меня выпускать. Хорошо хоть Анна Степановна встретилась в зале регистрации. Как я понял, за невозможностью отправляться с нами на боевые миссии, она вернулась к службе в медчасти.
Анна для отчётности провела мне беглый осмотр, а затем, убедившись, что я в полном порядке, выписала меня.
— Очень рада, что вы вернулись живыми с задания, — глядя на Анну, я который раз ловил себя на мысли что докторский халат ей идёт куда лучше, чем военная форма.
— Ещё бы мы целыми вернулись, — усмехнулся я. — Целых два человека угодили в медчасть.
— Тем не менее, вы справились намного лучше остальных отрядов, — серьёзно посмотрела на меня Анна. Мне показалось, что после этих слов у неё сразу же испортилось настроение. — Вы единственные вернулись без жертв.
Я вдруг вспомнил, что вчера, кроме нас, на миссии отправились ещё восемь отрядов. И, судя по заявлению Анны, среди них есть потери.
Из медчасти я первым делом направился в казарму, чтобы привести себя в порядок и переодеться в свежую одежду. Затем зашёл в кабинет КИОС. Мне нужно было разжиться новым визором. Так как боевую версию сжёг мне рыцарь во время миссии, а гражданского почему-то не оказалось в моей личной тумбочке.
— Мы уже работаем над защитой от электромагнитных импульсов, — рассказывал мне Леонид Павлович, пока подбирал для меня новый визор.
К моему удивлению кабинет КИОС претерпел серьёзную трансформацию. Теперь он больше походил на футуристичную лабораторию, а не захламлённый гараж. Здесь всё было заставлено множеством различных устройств, из которых я узнавал только компьютеры. Назначение остальных я определить не смог.
— Привет, Максим, — подоспела ко мне Наталья. Та самая девушка, которая занимается программированием операционной системы для наших визоров. — Жень, не ищи Максиму очки. Это я забрала его визор.
— Наталья, — укоризненным взглядом посмотрел на девушку Леонид Павлович. — Вы зачем берёте чужие вещи? Так…
— Надо было, — отмахнулась она от коллеги, не став ничего объяснять.
Затем Наталья схватила меня за руку и потянула к своему столу, где я и увидел свой визор.
— Так зачем он тебе понадобился? — поинтересовался я.
— По приказу Кудрина я внесла кое-какие изменения, — виновато улыбнулась девушка.
Затем она запнулась, не решаясь сказать, что именно она сделала с моим визором.
— И какие? — стараясь быть, как можно более убедительным, спросил я.
— Твой гражданский визор теперь может работать и за пределами аномальной зоны, — ответила Наталья.
— Ещё что? — задал я дополнительный вопрос, чувствуя неполноту её ответа.
— Прости, Максим, но я не могу сказать, — пряча лицо, произнесла она. — Был приказ…
— Ясно, — не стал я слушать её оправдания. И так было понятно, что это Кудрин опять взялся за свои ФСБшные, так сказать, «хитрости», о которых нам, простым смертным, лучше не знать.
В какой-то момент у меня даже возникла мысль попросить Наталью выдать мне другой визор. Но я быстро отказался от этой идеи. Ведь немудрено, что Кудрин не просто так приказал внести эти изменения. Значит, нужно, чтобы он убедился в том, что этот визор был выдан тому, кому надо.
Ну, а когда начальник убедиться, что визор у меня, буду думать, что мне со всем этим делать.
— Раз уж выбора у меня нет, возьму изменённый визор, — улыбнулся я, делая вид, что не придал значения словам Натальи о приказе Кудрина. — Хорошего дня.
Как только я покинул кабинет КИОС, я сразу же полез в меню визора, чтобы просмотреть сводку о прошедших миссиях проекта «Вторжения». Мне хотелось поскорее выяснить, почему Анна так изменилась, когда упомянула про жертвы среди других отрядов.
И увиденное заставило меня напрячься. Как бы это не звучало, а потери среди бойцов личного состава были не самым страшным, что случилось прошлой ночью.
Глава 17
Последствия
Головной офис проекта «Вторжение».
Точное место неизвестно.
15 июня 2024 года.
Московское время — 05:35.
Аномальное время — 09:33.
Экстренное совещание началось несколько минут. На нём присутствовали десятки офицеров, аналитиков и экспертов в самых разных сферах. Основной темой было обсуждение последствий перемещения аномальных зон.
— Константин Юрьевич, как мы могли такое допустить? — министр обороны, как ему и положено, сидел во главе конференц-стола и внимательно смотрел на экран. Выражение его лица чётко отражало, что он не хотел верить тому, что видел. — Почему мы не смогли отговорить индийцев от этого безумия?
— Справедливости ради, стоит отметить, что не доказана связь ядерного взрыва и движения зон, — спокойно ответил Кожин. Он сидел на противоположной стороне стола и тоже изучал взглядом выведенное проектором изображение.
На экране в этот момент была показана интерактивная карта Земли, на которой были помечены все места, где зарегистрировали движение аномальных зон. Как выяснилось, подобное случилось не только на территории России, но и в других странах.
— Три города… — тяжело вздохнув, произнёс министр обороны. — За одну ночь мы потеряли три города. Десятки тысяч людей вот так, — он громко щёлкнул пальцами, — стали заражёнными. Не иммунными — заражёнными. И это только в нашей стране.
— Тем не менее, шесть городов мы отстояли, — голос Кожина был хмурым и уставшим. Впрочем, он таким был уже несколько дней к ряду. — Включая город-миллионник.
— То, что тролль в доспехах не добрался до Казани, замечательно, — кивнул министр обороны. — Но у нас появилось три горячих точки, которые по уровню опасности вскоре могут сравниться с Рязань-ЭКСПО. Нужно срочно отправлять туда боевые отряды на зачистку, пока местные дикие не стали слишком сильны.
— Этим вопросом уже занимается подполковник Кудрин, — уточнил один из присутствующих за столом генералов. — В целом, у нас достаточно подготовленных солдат для ликвидации
