Он осторожно бедром раздвинул ей ноги, и она раскинула их еще шире, жаждая его в себя, готовая на все. Она заметалась, когда его плоть коснулась розы и потерлась о нее. Но он не вошел в нее, как она ожидала, а отодвинулся. Потом она опять почувствовала это обжигающее прикосновение. Не в силах больше терпеть эту муку, она протянула руки, схватила член и направила его в себя, изогнувшись так, что он вошел в нее и заполнил всю без остатка. После этого она уже помнила лишь звериные стоны, и влажные тела, сливающиеся воедино, и жажду, такую долгую, такую нестерпимую и наконец удовлетворенную…
Позже, уютно укутанная в один из халатов Неда, Конни удобно свернулась клубочком на его коленях перед камином. Прислонившись головой к его плечу, она потягивала свежесваренный кофе.
Эд переплел свои и ее пальцы и спросил:
— Выйдешь за меня?
Она радостно улыбнулась.
— Да, разумеется.
— Пятое декабря кажется тебе подходящей датой? В Кантри, штат Огайо, в присутствии наших семей в полном составе?
— Это было бы замечательно. — Она взглянула не него, переполненная любовью, сонная от счастья. — Думаешь, наши семьи будут в восторге?
Он расхохотался.
— Только ты могла задать такой вопрос, Конни, любовь моя. Наши семьи пытались устроить эту свадьбу на протяжении по крайней мере последних десяти лет. Моя мама отчаялась в конце концов и заявила, что закажет венчание в церкви и Зал ветеранов для приема и что к этому времени я должен постараться и заиметь тебя в качестве невесты!
— Вот как? — Конни порозовела от удовольствия. — Ты хочешь сказать, что женишься на мне только потому, что решил остепениться? Ты действительно любишь меня?
— Конни, моя любимая дурочка, я люблю тебя страстно, безумно и навсегда. Возможно, с тех пор, как тебе исполнилось шестнадцать, и ты пришла на свидание ко мне у реки. Даже тогда у тебя был самый подходящий рот для поцелуев, который я когда-либо видел.
— Тогда какого черта ты нанял "Неограниченные услуги" для поисков жены?
— Это было не так уж глупо, поскольку привлекло наконец твое внимание ко мне. Но я не могу приписывать себе эту идею. Мама подсказала ее мне, и я решил, что мне нечего терять.
— Ты точно привлек мое внимание к себе. Я рассвирепела, когда ты так небрежно объявил, что решил жениться. Мне понадобилась почти неделя, чтобы понять, почему я так рассердилась, — я хотела тебя для себя.
— Я пытался сказать тебе, что я чувствую, но ты не желала слушать. Ты просто не готова была взять на себя супружеские обязательства, а я боялся отпугнуть тебя навсегда. Всякий раз, когда я пытался изменить основу наших отношений, ты убегала на сотню миль в противоположном направлении.
— Мне понадобилось время, чтобы сообразить, что брак с тобой не означает полной утраты моей личности. — Она вздохнула. — Знаешь, нам надо как следует подумать о том, как сочетать наши карьеры. Как бы сильно я тебя ни любила, я не откажусь от своей работы. Просто я не домоседка, Нед.
— Я и не думал об этом. — Он поднес ее руку к щеке. — Не волнуйся, Конни, мы обо всем договоримся.
Она знала, что впереди их ждут проблемы, особенно когда у них появятся дети, но она также не сомневалась, что преимущества брака с Эдвардом сделают эти проблемы разрешимыми. Она наклонилась и поцеловала его.
— Да, — проговорила она. — Мы обо всем договоримся.
Ответный поцелуй был таким энергичным, что прошло немало времени, прежде чем они восстановили способность дышать и говорить. Прошло несколько минут до того, как она пошевелилась в его объятиях.
— А что с той женщиной, на которой, как говорила твоя мать, ты собирался жениться? Я, пожалуй, ревнива. Ты так и не назвал мне ее имени.
Он нежно поцеловал ее в нос.
— Дурочка, — любяще произнес он. — Той женщиной была ты. Моя мать просто пыталась выяснить, что ты чувствуешь ко мне.
— Ты мог бы спросить меня сам.
— И обратить тебя в бегство? Ты была не готова к замужеству, Конни. Тебе понадобилось много времени, чтобы понять, что замужество не западня, а ворота в жизнь.
— Но я ведь была помолвлена с Рональдом, — возразила она.
— Потому что он был безобиден, — сказал Нед. — Я был в ужасе, что ты могла выйти за него, но в глубине души я знал, что вы двое так и не поженитесь. Рональд был добр, но тебя он совершенно не интересовал. Поэтому не было никакой опасности в твоей помолвке с ним.
— Ты и после свадьбы будешь заниматься психоанализом?
Он нежно поцеловал ее.
— Только когда нельзя будет заняться ничем лучшим.
Он выпрямился и нацедил ей чашечку кофе из кофейника, подогревавшегося в камине. Она улыбнулась ему.
— М-м-м, что за сказочный ты мужик! И наверное, знаешь, что я выхожу за тебя только из-за твоего кофе, а?
— Не забудь шоколадные конфеты. Хотя я не могу не думать, что мое искусство в постели повлияло, и немало, на то, что у тебя появились другие стимулы.
Она сделала вид, что размышляет.
— Нет, — наконец изрекла она. — Определенно это кофе.
— Лгунья. — Он забрал чашку из ее рук. Затем покрыл дразнящими поцелуями ее щеки и ямочку на ее шее, пока руки оказывали магическое воздействие на ее тело. В ответ она изогнулась дугой, требуя большего, но он лишь улыбался, мучая своим отказом целовать ее более страстно. Его губы оказались на расстоянии дыхания от ее рта.
— В этой игре не может быть победителя, Конни, — прошептал он. — Давай попробуем еще раз. Почему ты согласилась выйти за меня?
— Из-за… твоего… кофе.
Его рука скользнула по ее грудям. В его глазах искрились смех и желание.
— Почему ты выходишь за меня?
— Потому что я люблю тебя, ты, высокомерное чудовище!
— Поразительно! По той же самой причине я женюсь на тебе.
— Докажи, — прошептала она.
И он доказал.
Даже старожилы вынуждены были признать, что Кантри, штат Огайо, не видел более великолепной свадьбы, нежели венчание Корнелии. Майерс и Эдварда Кампари. Местные жители были в восторге, оттого что двое их бывших соседей влюбились друг в друга, и простили им, что они так долго шли к своему счастью.
Казавшаяся воздушной в сатиновом платье цвета слоновой кости невеста была объявлена самой красивой за последнее десятилетие, а жених, чье имя попало в заголовки всех газет страны после успешной защиты Антона Брагеля, выглядел страстно влюбленным красавцем. Подружку невесты, миссис Рудольф Дорман, посчитали староватой для ее роли, но большинство гостей признавали, что она здорово смотрелась в темно-розовом шелке, который был, как кто-то подсказал, ее собственным свадебным нарядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
