Вариант оставить пиратов в покое Сергей отбросил сразу. Это путь рабов, но не потомков цивилизации, достигшей почти божественного уровня. А для борьбы потребуется немало помощников. И лучше всего начать с друзей. В их согласии Сергей практически не сомневался.
Забрать их на базу Сергей собирался на планетарном боте. Несколько таких аппаратов он обнаружил законсервированными в одном из ангаров. Расконсервация и проверка всех узлов одного из них показали полную работоспособность оборудования и неплохой остаточный ресурс двигателей.
Разученные базы по пилотированию позволяли ему выйти в космос на челноке. Поднятый уровень базы позволял. И на тренажерах Сергей уже неоднократно отработал все этапы пилотируемого полета и чувствовал себя за штурвалом достаточно уверенно. Но перед этим требовалось запустить в полном объеме медицинский комплекс. Без установки симбионта ребятам здесь было делать нечего. С ролью туристов и простых исполнителей они не смирятся, а для управления любыми техническими средствами уже требовался симбионт и разученные базы.
Теоретически это не было проблемой. Несколько симбионтов наверняка еще остались у Сократа, и он, скорее всего, не откажется ими поделиться. Но это путь тупиковый. Требовалась возможность производства неограниченного количества симбионтов, а желательно и имплантов. Сергей, недолго думая, задал этот вопрос Селене, которая теперь с ликвидацией энергодефицита после замены стрежней, находилась в постоянной связи с Сократом.
И тут выяснилось, что он до сих пор не понимает природу симбионтов.
Оказалось его нельзя просто произвести на каком-либо оборудовании. Технологический процесс лишь небольшая часть общего. Каждый симбионт являлся биологическим образованием, которое выращивалось с помощью клеток самого будущего реципиента. Брались клетки крови и стволовые из спинного мозга. Далее они помещались в особую колбу с питательной средой, подвергавшейся постоянному воздействию волн особого крайне сложного спектра. Генераторы этих волн являлись секретом Сеятелей. Их разборка и исследование даже не предполагались. По инструкции их вообще запрещалось доставать из оборудования по производству симбионтов, чтобы не нарушать тонкой калибровки. Все, что про генераторы можно было сказать без этого, что основная несущая частота этих волн была запредельной. На последнем этапе в клетки сформированной биомассы добавлялись программные закладки в виде молекул КСК, о котором Сергей уже был наслышан. Через некоторое время из колбы доставался готовый к установке симбионт, уже полностью настроенный на конкретного человека.
В некоторых случаях допускалась установка симбионтов, выращенных из клеток других доноров. Так, например, Сергею Сократ, не имея времени на выращивание нового симбионта из-за его критического состояния, установил один из немногих симбионтов, созданных еще Сеятелями. Но таковых у него оставалось всего несколько штук, и он не собирался ими разбрасываться. По крайней мере, на просьбу Сергея отреагировал крайне негативно. Для выращивания симбионтов подходил отнюдь не каждый человек. И не каждому можно было их устанавливать без вреда для здоровья. Минимальное соответствие генетическому коду Сеятелей для безопасной операции должно было составлять не менее 90-та процентов. Срок выращивания симбионта до готовности к установке варьировался от восьми до двенадцати дней в зависимости, как пошутила Селена, качества клеток донора, определяемого по количеству дефектных генов.
Кстати, донором мог выступать лишь человек с соответствием генома эталону от 96 %.
Самое интересное, что примерно по такой же технологии создавались и биоры. За основу брался биологический материал человека-донора, только процесс роста нейронной сети осуществлялся не во временной колбе, а в постоянном, предназначенном для будущего биора, хранилище, и занимал гораздо более длительное время. После завершения процесса это хранилище устанавливалось в центральную часть электронного тела биора и соединялось с его начинкой посредством множества контактов выведенных на стенки хранилища. С внутренней стенки к этим же контактам цеплялись нейроны выращенного биомозга. Таким образом, все электронные компоненты биора становились для его мозга периферией, облегчавшей функционирование и обеспечивающей связь с любым электронным оборудованием. Также в электронной оболочке содержались генераторы поля, поддерживающие биомозг биора в активном состоянии. В случае отключения биора от внешних источников энергии и истощении встроенного внутреннего аккумулятора биомозг постепенно засыпал, прекращая любую активность. Однако, за счет особого гелевого биораствора, полностью изолированного от внешней среды, в котором он находился, мозг оставался потенциально активным неограниченное время. При новом подключении к источнику энергии он просыпался и готов был функционировать. К сожалению, во время его «сна» полностью обнулялась его личность или, проще говоря, программное обеспечение, а потому после любого подключения биор был стерилен, как новорожденный младенец. Что отнюдь не мешало его загрузке. Ну и, разумеется, программирование биора было намного сложнее, чем симбионтов. В основе лежали те же молекулы КСК, только в большом разнообразии и связанные между собой в сложную сетевую структуру.
Что же касается имплантов, то они были гораздо проще, хотя производились на основе схожих технологий. Они также выращивались из нервных клеток человека-донора, но представляли собой однородный нервный узел, специализированный в процессе выращивания под определенные типы задач. То есть состоял из определенного типа нервных клеток.
Как только реактор с новыми стержнями был протестирован и запущен на полную мощность, основные силы были брошены на расконсервацию и приведение в рабочее состояние медицинского комплекса. По информации Селены он позволял проводить медицинские операции и восстановление биологических организмов любой сложности. Для этого требовалось лишь наличие живого мозга. Тело пациента в таком случае с любой степенью повреждения на основе информации, зашитой в его ДНК, восстанавливалось полностью. Для этого медицинский комплекс располагал огромным ресурсом. Сотня ковчегов-реаниматоров. Для лечения больных с нефатальными болезнями и проблемами имелась еще тысяча медицинских капсул. Они же могли использоваться для установки симбионтов и имплантов, а также оздоровления и омолаживания биологических тел. В медицинском комплексе находилось и оборудование для производства симбионтов, имплантов и биоров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
