— Ты обещаешь? — прошептал Джонки, смотря на нее снизу глазами, полными слез.
У Лизы тоже слезы навернулись на глаза.
— Обещаю, — сказала она, обнимая их и точно зная, что никогда не нарушит этого обещания. Даже если из-за этого ей придется потерять человека, который лежал сейчас без сознания на кровати. Человека, которому принадлежало ее сердце.
Мик поправлялся гораздо медленнее, чем она хотела бы.
Несколько часов он лежал, как мертвый. Потом начал дрожать и бредить. Все было точно так же, как и во время приступа лихорадки.
Прошло уже двадцать минут, а он все продолжал что-то неясно бормотать. Лиза стала постепенно терять самообладание.
— Зачем вы дали ему опий? — сердито спросила она, выгоняя братьев из комнаты. — Неужели вы не знаете, насколько это опасно?
Мальчики молчали, и Лиза, немного смягчившись, сказала:
— Принесите мне холодной воды, потом возьмите свои вещи и отправляйтесь в сарай. Я не хочу, чтобы вы мешали ему, пока он не поправится.
— Хорошо, Лиза… Хорошо, — хором сказали они и поспешили выполнить ее поручение.
Она села рядом с Миком. Лиза не знала, как ему помочь. Единственное, что она могла делать — это укутывать его одеялами, когда он дрожал, и сбрасывать их на пол, когда он становился слишком горячим.
Лиза сидела, в отчаянии заломив руки, и смотрела на него. И тут она осознала, что ведет себя, как те женщины, которые готовы упасть в обморок при виде собачьей драки на улице. Лиза выругала себя. Нет, она не из их числа. Ей пришлось вести суровую жизнь. И она должна остаться верной себе.
Почувствовав себя немного бодрее и увереннее, она закрыла глаза, заставляя себя думать. Надо что-то придумать. Она должна вспомнить то, чему ее учила Салли.
Салли.
О, как же она раньше не догадалась. Лиза побежала на чердак, где личные вещи Салли были аккуратно уложены в несколько сундуков. Она сняла две маленькие металлические коробочки с огромного деревянного сундука и открыла крышку, затем достала медицинские книги Салли, а также кожаную сумку с лекарствами, в которой уже сегодня покопались мальчишки, и быстро вернулась в комнату. Пододвинув кресло поближе к лампе, Лиза начала просматривать книги.
Открыв книгу, на которой было написано «Введение в медицину», она нашла ее язык слишком сложным для себя, и, поскольку переплет и страницы выглядели как новые, решила, что Салли не очень часто использовала ее. Понимая, что время очень дорого, она разложила все книги на полу в ряд и выбрала из них самую потрепанную. Это была маленькая книга в мягкой обложке и с тонкими листами, покрытыми мелким шрифтом. Не став даже читать название, Лиза открыла книгу и начала ее листать.
К счастью, это было руководство по уходу за больными. Простым языком объяснялось, как надо ухаживать за человеком, который заболел. Автор перечислял симптомы самых распространенных заболеваний и потом давал рекомендации, как справиться с ними в домашних условиях.
Вздохнув немного спокойнее от того, что она нашла такую хорошую книгу, Лиза немедленно открыла раздел под названием «Опийная настойка» и начала изучать инструкции по борьбе с передозировкой.
Книга действительно была очень ценная. Автор говорил о том, что сначала нужно положить в постель горячие камни, чтобы согреть больного, а потом помыть его, чтобы снова понизить его температуру.
— Помыть? — Лиза произнесла эти слова вслух, и собственный голос испугал ее.
Углубившись в книгу, она еще раз медленно прочитала это место, как будто там была какая-то ошибка. «Больного нужно помыть, одеть во фланелевое белье и уложить в постель…» Фланелевое белье?
Девушка взглянула на огромного мужчину, лежащего в кровати. «Тебе придется смириться с тем, что я для тебя найду. Фланели такого размера у нас нет, а вот что-нибудь шерстяное я отыщу. Тем более, что шерсть похожа на фланель».
Немного полистав книгу, Лиза нашла инструкцию, которая была озаглавлена «Мытье инвалидов», и прочла: «Больной должен находиться на кровати. Снимите с него всю одежду. Используйте простыню в качестве ширмы, которая скроет больного от посторонних глаз. Расстелите другую простыню на правой стороне матраца, положив больного на левую. Переверните его на живот на натянутой простыне. Мойте его раствором из одной части мыла, двух частей уксуса, трех частей слабого настоя ромашки и десяти частей горячей воды. Начинайте мытье с ног, постепенно переходя на туловище и обращая особое внимание на плечи и ягодицы. Накройте больного простыней и снова переверните его на спину. Мойте переднюю часть его тела, делая небольшие круговые поглаживания и обращая особое внимание на гениталии, где…»
От одного этого слова лицо Лизы вспыхнуло, и она бросила книгу на стол. Она непроизвольно посмотрела на кровать, на мужчину, лежащего на ней, на простыню, прикрывающую его… гениталии. У нее задрожали колени, и эта дрожь стала охватывать все ее тело.
О, боже! Лизе стало жарко от того, что она представила. Она закрыла глаза, чувствуя охватившее ее волнение. Боже правый! Неужели это возможно, что даже после всего, что было между ними, она может испытывать смущение, смешанное с вожделением?
Отгоняя от себя неуместные сейчас желания, она попыталась подумать о том, что ей предстоит сделать. Она должна последовательно выполнить инструкцию и думать о Мике при этом только как о больном.
Зайдя на кухню, Лиза подошла к баку, стоящему на плите, и заглянула в него. К счастью, он оказался полным. Она перелила воду из бака в ведро, добавила мыло, уксус, настой ромашки и, взяв ведро, поспешно вернулась в комнату.
Ее пациент по-прежнему лежал, раскинувшись на кровати, вполголоса бормоча что-то непонятное.
— Если бы ты сейчас очнулся, — сказала Лиза, — то ничего бы этого не понадобилось.
Мик не отвечал. Она и не ожидала, что он что-нибудь скажет. Просто она хотела подбодрить себя. Но когда Лиза сняла с него простыню, она поняла, что узда, в которой она пыталась держать свои чувства, ослабевает, и выбежала из дома.
Через час Лиза вошла в комнату, потирая ноющую поясницу. Никогда она не могла бы подумать, что мытье взрослого мужчины окажется таким изматывающим занятием. Нет, она потратила не очень много энергии. Самым сложным оказалось сохранить спокойствие, когда она промывала каждый мускул Мика и считала его шрамы. Несмотря на тяжелую жизнь, которую ему пришлось вести, а может быть, как раз благодаря ей, он был очень красивым мужчиной. Конечно, нормальное питание пошло бы Мику только на пользу. И тогда уже нельзя было бы отрицать, что у него почти идеальная фигура.
Лиза стояла в дверях и смотрела на него, скользя взглядом по изгибам одеяла, под которым угадывались его ноги, живот, грудь. Она не была уверена, но ей казалось, что теперь он выглядит немного получше.
