— Ты не должен смотреть на меня, конечно. Твое дело — наблюдать за выходом из магазина. Все это обычное прикрытие.
— Обычное прикрытие, — эхом повторил Хью.
Однако его невероятные глаза все еще были устремлены на Меггс, и от этого у нее внутри все задрожало, как рождественский пудинг. Когда он наклонил голову и взглянул на нее, его губы оказались в нескольких дюймах от ее губ, и все, что ей надо было сделать, — это приподняться на цыпочки и прикоснуться к ним нежным поцелуем. Вдруг это поможет избавиться от смутной тревоги, уже давно ее не покидающей?
— Он купил букет цветов и вышел из магазина. Пошли.
Хью развернул Меггс за плечи, они вышли из прохода между домами и направились через площадь на север, а потом по странно изогнутым улицам к Хейс-Корт и, наконец, на Краун-стрит. Здесь на окраинах Сент-Джайлса стояли обшарпанные многоквартирные дома-ночлежки, а улочки стали убогими и запущенными. Меггс почувствовала, что начинает ощущать себя неотъемлемой частью этого окружения. В таких местах не было необходимости прятать глаза, скрывать характер или изображать походку скромной служанки. Скромности и сдержанности в Сент-Джайлсе нет места. Здесь Меггс воинственно вздергивала подбородок и бросала вызов людям, которые отваживались заглянуть ей в глаза.
Капитан тоже почувствовал разницу. Он не отставал, хотя идти ему было явно трудно. Меггс целиком сконцентрировалась на том, чтобы не потерять из виду Филлипса, — профессионал всегда остается профессионалом.
— Интересно, — задумчиво поинтересовалась она, — что такой человек, как твой член парламента, делает в этой части города? Гуляет? Здесь? Старикашка вроде него взял бы экипаж. Разве что он делает что-то незаконное или направляется туда, где никто не должен его видеть. Возможно, у него есть непристойные привычки…
В этом районе был опиумный притон или два, несколько борделей и много проституток, работающих самостоятельно. Даже такой человек, как Филлипс, мог почувствовать искушение.
— Возможно.
Шагавший впереди Филлипс остановился не перекрестке. Воспользовавшись паузой, Меггс вытащила шаль из-под плаща и набросила ее на плечи поверх одежды.
— Любая маскировка не бывает лишней. Пусть небольшой штрих, однако новый. Тяжелее запомнить, — пояснила она свои действия.
Воспользовавшись советом, Хью стянул с головы шляпу и убрал ее в карман.
— Теперь и я другой.
— Мы уже в Сент-Пэнкрас. Он прошел три церковных прихода, — сказала Меггс, кутаясь в плащ. — Почему бы нам не пощипать его сейчас? Это спасло бы тебя от столь долгой прогулки.
Хью не мог допустить, чтобы она считала его слабаком.
— Сначала я должен узнать, куда он направляется. Если же мы очистим его карманы сейчас, он может повернуть обратно.
Улыбка Меггс стала шире.
— Ты начинаешь думать, как я.
Хью чувствовал непреодолимое желание поцеловать ее, впиться губами в ее нахальный сексуальный рот.
— Не волнуйся. До Хэмпстеда он не дойдет.
И действительно, Филлипс свернул с Перси-стрит и остановился у маленькой двери дома номер четыре на Литтл-Шарлотт-стрит, где его встретила восторженным поцелуем женщина вполовину моложе его. Хью вжался в стену здания и привлек Меггс к себе.
— Вот это да. — Она оглянулась по сторонам. — Ни за что бы не подумала, что подобный тип может жить здесь.
Неужели она может быть такой наивной? Она? Бред!
— Он здесь не живет. По крайней мере долго. Не сомневаюсь, что это дом его любовницы.
— Любовница? У такого старикашки? При всем честном народе? Средь бела дня? — На ее лице последовательно сменилось три оттенка красного цвета. — И он идет сюда, как будто имеет полное право, покупает букет и высоко держит голову?
Хью откровенно удивился столь явному осуждению.
— Если это тебя утешит, его жена давно умерла. Так что он никому не изменяет. Для мужчины его положения вполне приемлемо содержать любовницу.
— Может, так полагается у вас, аристократов, — заключила Меггс. — Но если бы мистер Таппер когда-нибудь решился на такое, — она ткнула пальцем в сторону двери, за которой исчез престарелый член парламента, — думаю, миссис Таппер уложила бы его в постель чугунной сковородкой.
Образ оказался настолько ярким, что Хью рассмеялся и прижал ее спиной к своей груди.
— Не сомневаюсь. Но могу тебя заверить, мистер Таппер никогда не пойдет на это.
Меггс на мгновение напряглась, но Хью не шевелился, и она постепенно расслабилась.
— Полагаю, это не очень плохо, если у мужчины умерла жена. Но я не понимаю, зачем парню любовница, если у него есть молодая и красивая жена.
— Мужчины хотят от любовницы другого, не того, что им может дать жена.
— Например?
Пресвятые угодники! Как они могли затеять подобный разговор? Или это неуклюжая попытка флирта с ее стороны? Если да, она в этом еще более неопытна, чем он.
— Видишь ли, жены — леди.
— Ну и что?
— Леди не делают… некоторые вещи.
— Ох. — Она ненадолго задумалась. Хью бы дорого отдал за то, чтобы узнать, какая каша сейчас варится в ее мозгу. — Значит, ты тоже заведешь любовницу, когда у тебя будет жена?
Ответить на этот вопрос было легко.
— Я не собираюсь жениться. Военному моряку не следует иметь жену. Это обречет ни в чем не повинную женщину или на жизнь, полную трудностей, или на одиночество.
— Тогда у тебя будет любовница? А сейчас она у тебя есть?
Хью не мог с уверенностью сказать, какие именно чувства прозвучали в ее голосе.
— Зачем тебе знать?
— Незачем. Просто так спрашиваю. Это не мое дело. — Она еще раз посмотрела на дом, в который вошел Филлипс, и замолчала.
Хью наклонился вперед и прижал Меггс к себе чуть-чуть сильнее.
— Меггс! — сказал он, желая дать ей понять, что обращается именно к ней, а не просто мыслит вслух. И не флиртует. — У меня нет любовницы. Но ты должна знать, что все это не только принуждение и насилие. Это может быть очень приятно. Это должно быть очень приятно.
Она на какое-то время застыла, переваривая услышанное, и, как всегда проявляя осторожность, сочла необходимым переспросить:
— Правда?
— Чистая. Это очень хорошо, когда два человека, не замышляющие ничего плохого, вместе и ни один не делает того, что не нравится другому. Тебе нравится, когда я обнимаю тебя? Нравится, когда я касаюсь тебя вот так? — И он осторожно провел кончиком пальца по ее холодной щеке.
Меггс едва заметно кивнула.
— Помни это, Меггс, и знай: если ты захочешь, чтобы это произошло, когда это случится между нами, будет очень, очень приятно.
