Глава 12
* * *
Оливия Чантервиль
Я не могла пошевелиться и не могла ответить этому ужасному человеку. А мне так хотелось закричать от ужаса, и одновременно вцепиться в глаза этому гаду, который так жестоко меня обманул!
Нет бы, инквизитор нормально со мной поговорил, я бы может, и рассказала ему правду, но вот после такого…
После такого, мне наука на будущее, что верить никому нельзя, даже таким красавчикам, как Джон Тёрнер. Особенно таким красавчикам.
— Для начала, неизвестная леди, я должен убедиться, что вы безвредны и что вы – человек, а не существо из низшего мира, — скучающим тоном проговорил инквизитор.
От этого заявления, я впилась ненавистным взглядом в лицо мужчины.
Это я-то существо из низшего мира?
А потом испугалась.
Вдруг, моя Земля-Матушка, по меркам гада-инквизитора – это низший мир?
В уголке моего рта скопилась и потекла слюнка.
Боже! Такого унижения я ему не прощу!
Мужчина изящным движением достал из своего кармана шёлковый платок и вытер им мои губы.
Всё, инквизитор, считай – ты труп.
— Джон, неужели ты и правда думаешь, что эта девушка – тварь хаоса? — удивился Перри. — Но я не чувствую, исходящих от неё низких вибраций. Да и аура у девочки светлая.
— Ты забыл, что некоторые низшие существа имеют уникальную способность маскироваться под добрых и невинных людей, — сказал инквизитор.
Дракон задумался и в ужасе посмотрел на меня.
— Если она – тварь, то ты обязан её уничтожить, — не сказал, а буквально выплюнул белый зверь. — Вместе с ней и черепушку эту безмозглую.
Ну всё, я зла!
Страх исчез. Его место заняло дикое раздражение, гнев и ярость. Пришёл, понимаешь в мой дом и втёрся ко мне в доверие со своим чёртовым завтраком!
«Ты не представляешь, Джон Тёрнер, откуда я родом. Тебе твои твари хаоса покажутся ангелами».
— Кровь — есть душа и суть любого живого... — проговорил инквизитор. — Именно кровь мне расскажет – существо вы, или человек. Если человек, то я сниму с вас оцепенение, и мы поговорим. Но вот если существо… Тут уже обойдёмся без разговоров.
Что он собрался делать?!
Мозг рисовал картины одна страшнее другой.
Инквизитор вдруг снял со своего указательного пальца массивный перстень с плоским чёрным камнем. Он надавил на самоцвет и раздался тихий щелчок.
Я во все глаза уставилась на изменившийся перстень. Чёрный камень поменял форму: пирамидальный, с острой вершиной, поблёскивающей в тусклом свете.
Потом мужчина взял мою безвольную левую руку и поднёс к ней своё пугающее меня украшение.
— Будет немного больно, — сказал Джон Тёрнер и безжалостно полоснул остриём камня по моей ладони!
Боль была скорее неожиданной. Будь я в состоянии двигаться и говорить, я бы вскрикнула… Хотя нет, будь я в другом состоянии, ни за что не позволила бы себя царапать, резать или колоть!
Моя тёмная кровь вдруг начала впитываться в камень. Чёрный самоцвет в перстне начал вращался в оправе, словно он зажил своей жизнью, будто впитывая, точнее, всасывая капли моей крови.
Камень, вбирая в себя кровь, менял цвет на ярко алый оттенок. Он становился всё краснее и краснее.
Инквизитор и его дракон молчали, уставившись на перстень с интересом сумасшедших учёных.
Вдруг камень начал светиться и пульсировать, словно в нём забилось живое сердце.
Джон убрал своё жуткое украшение от моей руки и начал вдумчиво глядеть на него. Дракон также не отводил изумлённого взгляда от камня.
А я ощущала тепло крови стекающей по моим пальцам на деревянный пол.
Мне не нравились эти переглядывания инквизитора и дракона. И вот тут ко мне пришла здравая, но запоздалая мысль. Я всем сердцем и душой обратилась к своему замечательному и волшебному дому.
«Я тебя считаю своим – самым прекрасным и самым любимым домом. У меня столько планов было… Но как ты видишь, всё в одночасье может разрушиться. Помоги мне и Гарри. Прошу тебя, домик. Умоляю! Не позволь причинить боль ни мне, ни моему фамильяру! Не позволь им сделать так, чтобы ты снова стал заброшенным и одиноким… Инквизитор и его дракон обманули меня и воспользовались моим доверием…»
Я не могла видеть, как моя кровь, оказавшись на полу, быстро впиталась, что даже не осталось и следа.
— Вы – не сущность, — наконец изрёк инквизитор, вернувшись ко мне. — Вы – человек, правда, с довольно интересной и необычной кровью. Никогда такой не встречал.
Конечно, не встречал! Людей с четвёртой отрицательной группой крови лишь восемь процентов всего населения моего мира.
— Я был бы рад изучить вашу кровь. Но боюсь, вы теперь будете злиться на меня. Но поверьте, мои исследования будут полезны для всего мира и возможно, для борьбы с самим хаосом.
