Тут же мои ноги отрываются от земли, а тело взмывает вверх. Не сразу понимаю, что Артур подхватил меня на руки, почти не фиксируя происходящее угасающим сознанием.
— Держись, Ясь. Я сейчас принесу лекарства, и станет получше. Водички? — заботливо спрашивает он, осторожно усаживая меня на диван и отстраняясь.
И мне вдруг становится так холодно. Без тепла его тела. Пытаюсь уговорить себя, что это из-за температуры озноб и потеря ориентации, но ощущение такое, будто меня только что выкинули из родного гнезда в холодный снег!
В руки толкается стакан с водой, и я хватаюсь за него как за единственный проводник с реальностью. Делаю несколько глотков, надеясь, что мне не кажется, и в мысли, действительно, возвращается ясность.
— Ты так не пугай больше! — оказывается, Артур сидит на корточках у дивана прямо передо мной.
Дверь открылась, и вошел официант, неся перед собой разнос с моим обедом. Артур тут же встал, перехватил тарелки и велел своему работнику найти Гелю и передать, чтобы шла сюда.
Затем он взял в руки тарелку с бульоном, ложку и подошел ко мне, все еще сидящей на диване.
— Только не говори, что собрался меня еще с ложечки кормить! — изо всех сил стараюсь, чтобы мой голос звучал бодро.
— А почему бы и нет? — он будто всерьез переводит оценивающий взгляд с меня на бульон, видимо, прикидывая, хватит ли мне сил поесть самой.
— Потому что нет! — отрезаю я и встаю с дивана.
Мне удалось дойти до стола, ни разу не покачнувшись! Правда, вместо того, что аккуратно, по-девичьи, присесть, я была вынуждена смириться с тем, что мое тело грузно плюхнулось на стул. Ну и ладно!
Артур вернул тарелку на стол, поставив ее передо мной, отошел на пару секунд и, вернувшись, положил рядом с ложкой круглую белую таблетку.
— Что это? — с опаской покосилась я на лекарства.
— Обычный парацетамол, — ответил мне Артур, усаживаясь напротив. — Соблюсти положенный режим и выждать час после обеда мы не успеваем, поэтому пойдем экстренным путем: ты съедаешь суп, выпиваешь чай и закусываешь это все таблеткой.
В кабинет, стукнув для приличия, входит Геля.
— Что случилось? — нахмурилась она, оглядывая нас с Артуром.
— Ангелина, ваша сестра решила составить компанию лежачим больным, — вздыхает Артур.
— Не поняла, — хмурится сестра и подходит ко мне, положив рук на лоб. — Ничего себе! — присвистнула она. — И сколько?
— Почти тридцать девять! — ябедничает он. И когда только успел градусник рассмотреть?!
— Я смотрю, вы уже приняли меры? — против воли Геля все же улыбается, наблюдая за тем, как Артур взял меня в оборот и знаками заставляет есть ложку за ложкой горячий бульон, пока они разговаривают так, будто меня здесь нет.
— Естественно, — кивает довольный босс. — Проблема лишь в том… — он поворачивается полностью к Геле. — Что с ней потом делать?
Геля деловито прищуривается, осматривает меня, потом — Артура, и в ее взгляде — я готова поклясться! — пляшут чертики!
— Артур Борисович, не будете ли вы столь любезны отвезти мою несносную сестру домой? — ее голоском можно обмазывать вместо патоки! — Мы с Алей на смене, нам не подмениться уже, — с притворным сожалением вздыхает она, — а в такси она может вырубиться после таблетки. Все же не хотелось бы ею рисковать, все же близняшка у меня одна!
Вот же… сестренка!
— Так, — собираю я всю твердость, на которую сейчас способна. — Я сама могу добраться до дома, без нянек, провожатых и прочих! — демонстративно глотаю таблетку. — Вот! Сейчас мне станет легче, и я вызову такси!..
— Знаете, Ангелина, — прерывает мой театр одного актера Артур, однако, хоть и обращается к сестре, задумчиво смотрит на меня. — Я, пожалуй, никак не могу вам отказать! Вы так редко меня о чем-то просите, что мне неудобно проигнорировать вашу просьбу, — с хитрой ухмылкой он-таки переводит взгляд на Гельку. — К тому же, за мной ведь должок! — хмыкает Артур, а мое наглое живое отражение в ответ понимающе улыбается.
Что за секреты у них? По-моему, от меня! Надо будет обязательно заняться пытками с пристрастием по отношению к этой несносной сестрице! Что за дела она крутит за моей спиной?!
*43*
Артур
Мотор тихонько урчит, пока я жду смены красного на зеленый на светофоре. Едва мы тронулись от клуба, как Яся сразу же заснула, температура стала снижаться, я понял это, когда осторожно взял ее за руку через несколько минут. По зябко сведенным плечам стало понятно, что ее знобило, включил печку немного сильнее.
Она намекнула мне, может, сама не понимая, что разницу в нашем возрасте считает приличного размера пропастью. Забавно, но я считал так же, однако, когда она произнесла это вслух, стало… как-то… пусто. Девчонка мне сильно нравилась, я никогда в жизни не чувствовал такого притяжения, как к ней. И как быть? Отступиться?..
Там, на крыльце после ее разговора с Китом, когда она с такой мукой спрашивала о несправедливости по отношению к ней, у меня внутри разгорелось целое пламя: хотелось прижать эту девочку к себе крепко-крепко и спрятать от всего мира, не просто утешить, а стать той самой стеной, которая оградит ее от всего, от людей, которые так бессовестно пользуются ее мягкостью и добротой. Но кто я такой? Какое я имею право? Я ей даже не друг! Просто босс! Всего лишь начальник!..
Впереди нас ждут совместные тренировки и работа. Даже если она не согласится на мое второе предложение, у нас есть месяц. А потом она уедет, исчезнет из моей жизни. Возможно, навсегда. А я останусь здесь. В своем болоте. Даже переживания за судьбу клуба сейчас ощущались не так остро.
— Мы приехали? — сонно спрашивает Яся, приходя в себя на полпути до дома.
— Нет пока, стоим в пробке, — смотрю на нее.
Вроде выглядит лучше, лихорадочный блеск в глазах исчез, значит, температура спала.
— Прости, я уснула.
— Это нормально, Ясь. После парацетамола меня вырубает на пару часов, — хмыкаю я.
— Это и был твой план, когда ты поил меня этой таблеткой? — ухмыляется она.
— Не совсем, — смеюсь я. — Просто он хорошо помогает мне, когда надо очень быстро встать на ноги. Я просто использовал проверенное средство.
— Ну как бы там ни было, спасибо тебе, — мягко улыбается Яся.
— Пожалуйста.
Пробка впереди немного рассеивается, и я паркуюсь около торгового центра.
— Что такое? — хмурится она.
— Подожди меня несколько минут, я сейчас, — говорю я и выхожу из машины.
На первом этаже нахожу аптеку и покупаю лекарства. Неизвестно, что у нее есть дома, а девочки придут только к утру.
Когда я возвращаюсь в машину, Яся с кем-то говорит по телефону, а потом прощается.
— Геля звонила, — говорит она. — Беспокоится, доехала ли я.
— Или за то, что ты в моей машине.
— Если б она переживала за это, то никогда бы сама не обставила все так, чтобы я тут оказалась! — хохотнула Яся. — Что за долг у тебя перед ней? — она с интересом смотрит на меня.
— Я попросил уговорить тебя приехать сюда, — просто отвечаю я, а у нее, кажется, пропадает дар речи.
Через несколько секунд раздается ее тихий голос.
— Зачем?
— Ты показалась мне единственным человеком, который справится с моей идеей, — отвечаю ей полуправдой.
— Девчонка, у которой нет никакого опыта в устроительстве шоу?! — с сомнением произносит Яся.
— Человек, который сам был изнутри, не просто видел, а сам принимал участие. Поэтому и выходит, что ты как никто понимаешь, что для этого нужно!
— Ты переоцениваешь мои силы!
— Но ведь ты уже подтвердила мои представления своими действиями. Ты так здорово все подготовила. И даже нашла танцоров!
— Этого мало!
— Это только начало, Ясь. Я верю в то, что у тебя все получится! В то, что у нас все получится! — говорю я, не до конца понимая, баттл ли я имею в виду.
Неожиданно в голосе Яси дрожат слезы.
— Мне так редко говорили подобное, — почти шепчет она. — Маме всегда было мало того, чего я добивалась. В то время как Геле прощалось многое.
