испытывал за эти семь лет.
– Боже мой, Володь, у меня мурашки по коже, – Светлана стала обмахивать себя, и крошечный кусочек теста чуть не попал Владимиру в глаз. – Как всё оказывается сложно и, похоже, всё-таки серьёзно. Давай им поможем?
– Света, да как ты себе это представляешь? – спросил Владимир, потирая глаз. – А ещё знаешь, он сказал, что эта девушка призналась, что любит его…
– Что?.. – Светлана посмотрела в сторону комнаты дочери. – Наша девочка… Какое же у неё храброе сердце…
– Я сам до сих пор не могу поверить, что Тата отважилась на такое.
– Что ты ему посоветовал?
– Сказал, что он может рассчитывать на меня. И пожелал, чтобы эта ситуация поскорее разрешилась.
– И всё?
– А что можно ещё сказать? Я тоже не знаю, что ему посоветовать, – Владимир сложил руки, откинувшись на спинку стула.
– Ну ладно. Я знаю, что ты не договариваешь, но не буду лезть. Этих ваших мужских разговоров мне не понять. Самое обидное, что мы правда ничем им не поможем. Только можем наблюдать издалека и поддерживать.
– Всё зависит от того смогут ли они поставить собственные интересы на первое место.
– Я не хочу, чтобы наша Тата всю жизнь прожила с разбитым сердцем, – на надрыве произнесла его жена и зашмыгала носом.
– Но решать-то ей. Она уже взрослая, Свет, и мы должны уважать её решение. Я чувствую сейчас свою вину. Мы на самом деле воспитали её… она через чур много думает о других. Она так тебе ничего не говорила про Артёма?
– Нет. Но она стала больше улыбаться. Только задумчивая такая. Всё ждёт ответа от твоего отца.
– Господи, ещё и эта поездка дурацкая. Короче говоря, Свет, так оставить мы это не можем. – Владимир встал, ударив ладонями по столу; из-за муки поднялись клубки белой пыльцы. – Ты берёшь под контроль Тату, а я Артёма. Будем действовать осторожно. Никакого давления, но и внимательность наивысшая. Как появится новая информация – сразу обмениваемся. Тебе всё понятно?
Светлана смотрела на него диким взглядом, а потом потрясённым голосом проговорила:
– Володь, ничего себе… Ты меня удивил. Но я с тобой полностью согласна.
***
Тата продолжала искать работу. Но несмотря на настойчивость, у неё по-прежнему ничего не получалось.
«Извините, но у нас вакантны только места учителя музыки и физкультуры».
«К сожалению, мы только вчера приняли на эту должность человека…»
«Наше учреждение предусматривает наличие более высокого трудового опыта…»
«У нас нет вакантных мест».
«Если бы вы пришли к нам на прошлой неделе, то мы бы точно…»
«Мы просим прощения, но…»
Тата сходила от этого с ума.
Однажды они с мамой смотрели в гостиной концерт по телевизору. И когда началась рекламная пауза, Тата заикнулась, что устроится официанткой в кафе через дорогу.
– Зачем тебе это надо? – удивилась мама, засовывая руку в тарелку с домашними чипсами, похожую на маленький аквариум. – Ты обязательно найдёшь работу по специальности. Я же знаю, как ты любишь свою профессию.
– Но это будет временная работа…
– Знаю я эти временные работы. Ты будешь точно так же говорить, а потом раз, и оказывается, ты там работаешь уже десять лет. Если ты переживаешь, что давно не приносишь в дом денег, то это не катастрофа. Твой отец хорошо зарабатывает и мне удаётся подработать время от времени.
– Вы все чем-то заняты! А я – не у дел! – Тата со вздохом несколько раз прокрутила в руках пульт от телевизора.
– Но ты же собираешься к своему деду?
– Да, но он мне не отвечает.
– Прошло не так много времени. Со дня на день должен прийти ответ. Так что бросай все эти свои поиски! Сейчас они тебя только расстраивают. Кроме того, сейчас лето. Что ты будешь делать в школе?
– Я могу поработать в летнем пришкольном лагере.
– Если тебя туда возьмут. Ты отлично знаешь, что такие места распределяют заранее и желающих на них полно и без новеньких.
– Но ведь было бы хорошо, если бы я уже сейчас знала, что в сентябре у меня будет работа.
– Тата, я не стану тебя уговаривать, – выдохнула мама, похрустывая домашними чипсами. – Делай, как посчитаешь нужным. А сейчас… знаешь, я что-то давно не видела, чтобы ты рисовала. Займись-ка этим.
– Хорошо. Но как только закончится концерт, – и Тата снова уставилась в экран, попытавшись раствориться в музыке и хоть немного дать голове отдохнуть от мучивших её вопросов.
Когда концерт кончился, Тата отправилась к себе в комнату посмотреть, есть ли у неё краски и бумага. За ней как на ниточке побежала Лана. Тата взяла её на руки и стала копаться в ящиках своего стола. Она обнаружила, что материалов для одного рисунка ей хватит, и решила нарисовать свою белоснежную красотку.
Тата стала очищать стол от косметики и безделушек и одновременно с этим думала насчёт того искать ей сейчас работу или нет. Наверное, мама была права. Если она собралась к деду, то напрягать себя попытками трудоустройства было не к чему. Сейчас было самое начало июля. У дедушки она максимум пробудет до конца лета, а потом снова ударится в поиски работы. Всех денег не заработать, а ей так хотелось погулять по берегу реки, понежиться в лучах тёплого солнца, побегать по зелёным лугам и привести все свои мысли в порядок.
Тата посадила Лану на стол, но через пару минут ей пришлось признать очевидное: нарисовать Лану она сможет только по памяти. Её любимица стала играть с косметикой, и Тате то и дело приходилось останавливать её и бросать рисование.
Лана стала для Таты глотком свежего воздуха. Как же приятно было поиграть с этим пушистым комочком. А ещё Тата обожала поглаживать Лану, пока та засыпала у неё на руках.
С ней стало веселее не только Тате, но и маме и даже папе. Однажды Тата собственными глазами видела, как Владимир играл с ней на коленях, а сам смотрел телевизор.
Когда Тата наблюдала за своей любимицей, то сразу вспоминала Артёма. После их последней встречи ей стало легче, но вопрос между ними всё равно не был решён.
На днях Тата разговаривала с Полиной по телефону и рассказала о том, как Артём пришёл поздравить её с днем рождения. Её подруга была шокирована тем, о чём они с Артёмом договорились подумать. А потом когда Полина немного успокоилась, она сказала, что если у них всё действительно так серьёзно, то трудности в этом случае – нормальное явление. За что-то стоящее борьба всегда соответствующая.
С их последней встречи прошло
