его волосы, тем самым выплескивая всю боль, которую она держала в себе все эти годы. Её лицо выражает практически безумие в этот момент, но, совладав с собой, она продолжает следовать плану. Потом она снова срывается и избивает его ногами, из её глаз катятся слёзы. Все эти импульсивные действие напоминают нам, что она всего лишь истерзанный болью человек.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
По словам режиссера Пак Чханука, одним из главных действий в фильме, характеризующих Кымджу, является сцена с групповой казнью. Как сказал сам режиссер: «Это и есть Кымджа!». Несмотря на долгие 13 лет в тюрьме, все ужасные поступки, которые она совершала для достижения цели, все жертвы… В итоге она отдает право отомстить родителям жертв учителя Пэка.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Но главное — это то, что происходит потом. В этой истории, как и во всех фильмах трилогии, главным является не свершение возмездия, а то, что ждет героев после.
Кымджа видит призрак Вонмо, а может, это и игра воображения. Но маленький мальчик превращается в мужчину. Она обращается к нему, чтобы сказать что-то, но у нее во рту появляется кляп. Вонмо показывает, что не хочет ничего слышать и просто уходит, тем самым объясняя нам, что для него ничего не изменилось.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
«В молодости Ли Кымджа совершила большую ошибку. И хотя она использовала других людей для достижения своей цели, она так и не смогла искупить свой грех и успокоить свою душу. Но… что бы не говорили, именно поэтому Кымджа мне нравилась».
— Дженни
— Больше белого
Дженни в белой ночной рубашке утешает плачущую на коленях Кымджу. И мы наконец понимаем, что закадровый голос, который мы слышали на протяжении всего фильма, — это голос Дженни!
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Кымджа достает приготовленный для Дженни торт. Торт в виде того самого тофу, белый и чистый. Как и во многих культурах, белый цвет в Корее — это символ чистоты, невинности, очищения и безгрешности. Именно поэтому его преподносят бывшим заключенным. Кымджа дает Дженни кроткое наставление: «Вe white. Live white. Like this.». Дженни с радостью пробует торт и, чтобы стать еще «белее», ловит падающие снежинки, это же делает и Кёнсик. Только Кымджа, посмотрев на небо, начинает плакать. На её волосы ложатся белые снежинки. В следующее мгновение мы видим, как она в попытке очиститься погружает свое лицо в торт и начинает, всхлипывая, поглощать его.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Операторская работа в этом фильме напоминает спираль, обвитую вокруг главной героини, которая постоянно движется вперед, но всегда оглядывается назад. Персонажи становятся приходящими, изолированными экземплярами с краткими и временными связями, которые делают изоляцию Кымджи еще более ощутимой. Это история ее личного и в конечном счете одинокого путешествия к искуплению. Концовка фильма только подтверждает двусмысленность его достижения. Последняя сцена предполагает, что Кымджа все еще находится глубоко под влиянием собственной вины. Выйдя из ада тюрьмы, фильм прослеживает ее путь в чистилище, до самых последних его кругов. Когда камера медленно отдаляется в заключительном кадре, на экране лицо Кымджи, утопающее в десерте, дочь обнимающая и утешающая её, — искупление остается незавершенным.
Эту подсказку режиссер дал нам еще в сцене, когда Кымджа смотрит на захоронение Пэка. Её месть свершилась, но что она испытывает теперь, что у неё осталось? Если мы посмотрим в её лицо, то не сможем понять. Это смех или слёзы, удовлетворение или разочарование…
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Завершить рассуждения о об этой истории и вообще о трилогии мести в целом хотелось бы словами режиссера:
«Я считаю, что месть может быть очень сладкой в процессе подготовки. Когда вы тщательно обдумываете возмездие, планируете все, готовитесь к нему со всей серьезностью. Это может быть сродни страсти философа, естествоиспытателя. Так что месть действительно кажется очень-очень сладким блюдом. Но в момент совершения возмездия вкус исчезает, и после него остается только пустота»163.
— Пак Чханук
Социальная критика на языке южнокорейского кинематографа
Филимонова Валерия
Valeria Filimonova
коореевед, магистр программы «Бизнес и политика в Азии» НИУ ВШЭ, участница научно-исследовательской группы «Медиа и политика в странах Востока»
Режиссеры в Республике Корея часто раскрывают не только привычные темы любви, работы и смысла жизни, но также освещают конкретные социальные проблемы: положение женщин в обществе, социальная незащищенность различных групп людей, коррупция, буллинг, неравенство. Стоит учесть, что не только в Корее важны эти темы — в кинематографе каждой страны через их призму представлена социальная реальность. Даже в странах с высоким уровнем цензуры авторы доносят свое послание через сложные аллюзии и метафоры, и посылы все равно воспринимаются зрителями, которые страдают от этих проблем и разделяют фрустрацию режиссера. Но стоит уточнить, что в каждой стране и в каждой культуре каким-то конкретным темам отдается предпочтение. И в Республике Корея также можно проследить популярные темы.
Что такое социальные проблемы? Социальные проблемы изначально трактовались как объективные и наблюдаемые аспекты реальности164. Однако подход «социального конструктивизма» предложил сместить фокус на социальный процесс, который приводит к восприятию явлений как социальных проблем. М. Спектор и Дж. Китсьюз предлагают определять социальные проблемы как деятельность165. Через эту призму можно рассмотреть социальные проблемы не как условие или объективную реальность, а как субъективную концепцию, которую воспринимает и создает автор. Ценности режиссера и личная позиция по многим вопросам отображаются, сознательно или нет, в кинематографе. Репрезентация символов и их конвертация в моральное сообщение связано с дискурсом. Так, например, Пон Джунхо достаточно часто показывает в своих фильмах бедных людей и бездомных. Зритель видит проблему неравенства даже в таких картинах как «Вторжение динозавра» (2006), хотя режиссер и не планировал затрагивать именно ее. Бессознательно режиссер отдаёт предпочтение определенным типажам персонажей, определенным темам и подтемам. В картинах Пон Джунхо видна яркая левая направленность, и проблемы, освещаемые чаще всего, связаны преимущественно с прогрессивной идеологией.
Такие исследователи, как Э. Херман и Н. Хомский, указывают на cпособность СМИ манипулировать общественным мнением. Механизмы манипуляции включают в себя не только очевидную пропаганду, но и более незаметные методы. Когда СМИ объясняют первопричины поведения какой-либо страны, а не просто описывают ее действия, у читателя вырабатывается более положительное чувство и понимание ситуации, а образ данной страны становится более рациональным. Это может работать в оба направления. Чем чаще какой-то вопрос затрагивается, тем чаще о нем вспоминают люди. Однако и чем больнее и актуальнее тема, тем выгоднее на ее почве снимать кино. В любом случае изучение репрезентации социальных проблем и социальной реальности в кинематографе, одном из главных источников информации и влияния на общественное мнение, важно не только для искусствоведения и культурологии, но и для социологии, политических наук и экономики. Давайте попробуем выделить основные аспекты и характерные черты социального и политического развития Республики Корея, чтобы понять какие социальные проблемы рассматриваются в кино.
Демократия в Республике Корея начала бурно развиваться с 1988 года и манифестировалась в многочисленных публичных протестах. В 2016—2017 годах возмущенные тем, как государственной властью можно так легко и безжалостно злоупотреблять в интересах немногих привилегированных, и разочарованные рецидивом коррупции в политике, сотни тысяч граждан протестовали за импичмент
