Читаем без скачивания Olivier - Merlin

Ответственным за решение этой задачи был, в отличие от первого техпроекта, назначен именно староста, как человек грамотный и возможно могущей вспомнить из прочитанных книг подходящие случаю рецепты и технологические приемы. Староста поднапрягся, но из всего прочитанного вспомнил лишь одну строку текста, описывающую принудительное охлаждение теплого объекта. Строка была из какого-то испанского романа, и говорилась в ней о «струях ночного эфира, остужающего какой-то там жар» героя повествования. Эфир староста как-то видел в городской аптеке, правда какой — ночной или дневной — полной ясности не имел. Аптекарь, допрошеный примчавшимся в Смоленск старостой, уточнить класс эфира не смог, но подтвердил, что будучи пролитым на руку, сильно ее охлаждает — причем более сильно при усиленном дутье на смоченное эфиром место. Староста немедля скупил весь запас эфира в аптеке, но так как запас был весьма невелик, озаботил аптекаря скорейшей доставкой дополнительных объемов в поместье Бабынина, за вполне достойную плату.

Первые эксперименты с эфиром доказали его охлаждающие свойства. Но безвозвратные потери охладителя в процессе опытов заставили старосту задуматься о создании устройства для утилизации испарившегося хладагента. Пораскинув мозгами, староста пришел к выводу о некотором родстве паров эфира с парами обычной браги, конденсирующейся в трубе винокуренного агрегата. Поскольку подходящий агрегат с производительностью, удовлетворяющей личные потребности, у старосты имелся, а возможности в ближайшее время воспользоваться результатами его работы у старосты не предвиделось, образованный мужик счел за лучшее временно использовать имеющуюся личную оснастку в общественно полезных целях. Поскольку целью первого эксперимента являлось изучение возможности возвращения улетучивающегося продукта для дальнейшего использования, выходную трубу агрегата староста направил обратно в испарительный котел. Даже не котел — в силу малых объемов исследуемого вещества в качестве резервуара староста взял плоскую металлическую солдатскую флягу, заботливо реквизированную у кого-то из проходящих через сельские окрестности захватчиков. А, поскольку дуть на эфир внутри фляги находящийся снаружи ее староста не мог, для испарения вещества староста использовал метод нагревания.

К счастью для всего человечества, староста не рискнул выставлять на всеобщее обозрение дефицитный (да и противозаконный по тому времени) медный змевик и эксперимент проводил в своей избе. А опасаясь на возможные непредвиденные последствия, нагревать флягу стал не в печи, а просто в комнате, используя недефицитную и привычную в эксплуатации лучину. Результат эксперимента поразил даже обладающего избытком знаний старосту: при подогревании фляги на выходящем куске трубки вдруг образовался иней! Летом! Естественно, староста не стал скрывать результаты своего эксперимента от молодого исследователя замороженого молока — поскольку был твердо уверен в том, что француз не позарится на медный змеевик. По результатам повторно проведенных уже совместно с главой кухонного ведомства экспериментов был подготовлен окончательный проект сливкоохладительного агрегата. Вместо требующей регулярной замены лучины была установлена долгогорящая лампада, охлаждаемая часть фляги была отделена от нагреваемой прокладкой из плохо проводящей тепло пробки, змеевик же для лучшего охлаждения был приделан к медному же листу. Подвернувшийся лист был круглым (так как был недоделаным в прошлом году медным тазом) и змеевик для соответствия форме был свернут в спираль. Поскольку француз был хоть и шеф, но поваром, староста хоть и весьма начитаным, но мужиком-пахарем, а привлечение кузнеца к изготовлению изделия оказалось невозможным из-за занятости последнего в проекте «мясорубка», прикрепление змеевика к недоделанному тазу было осуществлено с использованием простого кожаного ремня, крест-накрест обвязанного вокруг технологической сборки. Староста, конспирации ради, изделие змеевиком называть не позволил, а на вопрос, как же следует его именовать, ответил, на основании своих познаний в греческой геометрии и взирая на пересекающиеся на медном круге кожаные фигуры, что мол раз четыре радиуса изображены, так и назовем «радиатором».

Проведенные в дальнейшем незначительные усовершенствования, как то: упрятывание изделия от охочих до медных змеевиков мужичков в подходящий по размеру шкаф и дополнительная изоляция холодильного отсека пробкой, а далее и закрытие легкопачкающейся пробки железными (эмалированными для нержавления) листами лишь несколько улучшили эргономику изделия. Окончательный вариант изобретатели, опять-таки конспирации ради, назвали словосочетанием «холодильный шкаф» — и современное человечество обязано за это эпохальное изобретение непонятной строке из забытого испанского романа и госмонополии на крепкие спиртные напитки, заставившие все эксперименты с эфиром проводить втайне от народа. Думается, что такая госмонополия и сегодня способна привести к новым эпохальным открытиям, почему все прогрессивное человечество должно ее всячески приветствовать. Однако тогда, а именно 3 июня 1814 года, перед человечеством предстал первый в мире работающий абсорбционный холодильник.

Некоторые исказители истории и западнофилы приписывают изобретение холодильников каким-то мифическим иностранцам. Но даже само название столь привычного белого шкафа в любой кухне мира просто вопиет о его российском происхождении! В самом деле, используемый в первой модели эфир был способен лишь сильно охлаждать продукт. И лишь впоследствии, когда инженеры додумались заменить эфир аммиаком, стало возможно и замораживание содержимого. На русском языке агрегат именуется именно «холодильник», в языках же иностранных имя белому шкафу — «freezer», или, по русски — «морозильник». Ясно же, что зарубежный аналог русского холодильника появился значительно позднее отечественного.

Вернемся однако в Бабынино. Давешний аптекарь, вдохновляемый обещанной платой, весьма оперативно добыл изрядный запас эфира и уже пятого июня утром доставил в деревню две полные четверти ценной жидкости. Получив дополнительный объем хладагента, Франсуа-Рожер прилек закончившего мясорубку кузнеца к изготовлению еще одного, более производительного и мощного холодильного шкафа. Поскольку трудно представить себе русского кузнеца, не имеющего изрядного запаса медной трубы, второй агрегат был завершен вечером того же дня. А так как выяснилось, что мощности лампады для нового холодильника уже не хватает, кузнец предложил использовать в качестве горючего менее ароматное, но более эффективное нефтяное масло, которое, хотя и использовалось обычно для травли вшей, горело без копоти, было недорого и доступно в нужных объемах в той же аптеке. Вместо же мелкой стеклянной лампады он быстро изготовил из жестяной кружки подходяшую для нового шкафа более мощную горелку с фитилем аж в пять линий шириной.

На этом процесс технического переоснащения кухни был завершен и оставшиеся до свадебного пира пять дней были посвещены собственно кулинарному творчеству.

18. Кухня народов мира

С получением необходимой технологической оснастки молодой кулинар приступил к ее интенсивному использованию с целью изготовления парадоксальных продуктов. Отметив, что вареное мясо перемалывается легче, нежели мясо сырое, он изготовил изрядный объем нежно-розовой мясной массы. Однако сама по себе масса визуально не производила впечатления именно цельного мясного блюда, и кулинар приступил к формированию ее цельного визуального образа. Эксперимент показал, что в ранее опробованном «котлетном» виде перемолотое вареное мясо существенно уступает по параметрам самосклеиваемости котлетам из мяса сырого, и возникла необходимость в применении иного подхода к созданию целостного продукта. Вдобавок, оказалось, что в холодном виде продукт так же не соответствует ожиданиям, предъявляемым именно к мясным болюдам, в при попытке разогревания в кипятке мясо попросту расползается.

Присутсвующий при экспериментах один их пейзан, закупленный Бабыниным-младшим где-то под Астраханью, кстати поделился наблюдением, что кровь животных — она мол тоже отнюдь не кусками в жилах течет, но местные калмыки в тех краях заливают ее в промытые кишки баранов, где она сгущается и через некоторое время, после копчения, вполне даже режется ножом. Понятно, что в отсутствие гематогена кровяная «колбаса» (так называлось это блюдо у калмыков) была неплохим подспорьем для поддержания уровня гемоглобина у едоков, однако в применении к решению текущих проблем большее значение приобретала оболочка, а не противная русскому менталитету начинка.

У русских же селян очищенные кишки забиваемых животных использовались чаще в качестве довольно прочных ремней или для иных хозяйственных нужд, но, что было главным в данной ситуации, не выбрасывались. Более того, тонкие оболочки кишок широко использовались в качестве балалаечных (ну и скрипичных тоже) струн, пользующихся все возрастающим спросом на мировых рынках, а потому технология разделки кишок была отработана до мелочей.