Прошлая ночь… Опять на волоске от гибели. Если бы не второй взрыв в лаборатории, в результате которого на третьем этаже выбило окна и дождь из стекла осыпал стоянку, создав таким образом полный кавардак, такой необходимый ей и Майклу, они бы не смогли добраться до машины и умчаться…
Она потрясла головой. Одна мысль о возможном исходе затеи пугала ее.
Выйдя из автомобиля, потянувшись и вдохнув бодрящий морской воздух, Кэтрин разглядела в тумане, как одни люди устало тащатся к туалетам, по виду напоминающим бомбоубежища, другие сидят за лесными столиками. У «виннебаго» прогревался двигатель, поэтому Кэтрин вернула одеяла их хозяевам, искренне поблагодарив семью. Без одеял они бы с отцом Гарибальди замерзли.
Майкл.
Она осмотрелась, решив, что он, должно быть, находится в туалете.
Ночью Кэтрин проснулась от его стонов во сне. Она легонько потрясла его, и ночной кошмар отступил. Кэтрин принялась разглядывать его черты в призрачном свете лесной стоянки, вспоминая его объятия, в то время как она рыдала на его плече до тех пор, пока не поняла, что ее сердце вот-вот разорвется от горя.
И хотя казалось, что неприятный сон прошел, на красивом лице отца Гарибальди все же остался его отпечаток – какой-то внутренний конфликт находил отражение в его чертах. Она подумала о том, что, хотя Майкл и был миролюбивым человеком, в полном мире он все же не жил – последователь Иисуса, повсюду носящий с собой орудие боевого искусства.
Для того чтобы воспользоваться душем в туалете, в автомат требовалось опустить монету, при этом душ мог расщедриться только на холодную воду. Кэтрин кинула в автомат все четвертаки, что у нее были, и встала под ледяную воду. Затем она вытерлась бумажными полотенцами и переоделась в единственный комплект чистой одежды.
Вернувшись на стоянку, она увидела, что туман полностью рассеялся, солнце освещает высокие секвойи, и семьи собирают вещи, готовясь к отъезду.
Она увидела Майкла, стоящего у их машины. На нем были джинсы и толстовка с надписью «Университет Лойолы». Он проверял давление в шинах и одновременно беседовал с человеком в дешевом, помятом костюме. Они разговаривали очень тихо и над чем-то смеялись.
Приблизившись, Кэтрин услышала слова незнакомца.
– Если вы хотели ехать на юг, даже и не думайте. Прибрежное шоссе забито. Яппи всей толпой едут в Биг Сур, как будто считают, что там собираются приземлиться марсиане! Я из Редвуда, но работаю и на севере, и на юге штата. Надеюсь добраться до дома к Рождеству. – Он ухмыльнулся, посмотрев на Кэтрин. – Так, значит, твои домашние на каникулах?
Она слабо улыбнулась ему и тихо сказала Майклу:
– Можно с вами поговорить?
Они отошли от машины. Кэтрин не сводила взгляда с незнакомца.
– О чем вы с ним разговаривали? Майкл пожал плечами:
– Ни о чем. – Его глаза изучали ее лицо. – Как у вас дела, держитесь?
– Я в порядке, – ответила она медленно, наблюдая за тем, как незнакомец моет лобовое стекло своего пыльного белого «понтиака». Затем мужчина кинул бумажное полотенце в мусорный контейнер, как будто то была баскетбольная корзина. Кэтрин посмотрела на Майкла.
– Как ваша рука?
Он немного согнул руку.
– Все еще ноет.
– Отец Гарибальди, этот человек вовсе не тот, за кого себя выдает.
– То есть?
– Мне не нравится, как он смотрит мимо нас.
– Вы думаете, он из полиции?
Она отрицательно покачала головой.
– Он не полицейский. Заметьте, как он тянет время. Будто выжидает, чтобы все разъехались, и потом возьмется за нас. Настоящий полицейский сунул бы нам под нос свой значок и тут же задержал бы нас, и ему было бы все равно, есть вокруг свидетели или нет.
– А вы уверены, что это не навязчивая идея?
– Он сказал, что он местный, но по номерам его машины видно, что автомобиль взят напрокат. Я разглядела время на его часах: они показывают на три часа вперед.
Брови отца Гарибальди поднялись.
– Восточное время?
– Называйте это, как хотите, но он не местный.
– Понимаю, – произнес Майкл. Он окинул взглядом стоянку. Осталось лишь два автомобиля; остальные уже продолжили свой путь. – Я предлагаю потихоньку двигать, пока еще есть свидетели.
Но, когда они направились назад к машине, из туалета вышли приятели незнакомца.
– О-о! – сказал Майкл. – Да он не один.
– Давайте разобьем их, поставим в тупик. Вы побежите к машине, а я отступлю к женскому туалету. Оттуда с противоположной стороны есть еще один выход. Вы подъедете туда и заберете меня.
Майкл забрался в машину, а Кэтрин поспешила к туалету, присоединившись к женщине с двумя детьми. Товарищ незнакомца ринулся за ней, но остановился, когда она скрылась за дверью.
К тому моменту, когда Кэтрин добралась до второго выхода из туалета, Майкл завел «мустанг». Машина преследователей также загудела, и в нее запрыгнул один из мужчин.
Майкл приближался, Кэтрин приготовилась схватиться за ручку пассажирской двери, но, вместо того чтобы снизить скорость, он разогнал машину.
– Эй! – Она упала на бетонный блок стены и, не веря своим глазам, стала смотреть, как преследуемый «понтиаком» Майкл въехал на шоссе. В машине находилось все: ее сумочка, ноутбук, свитки.
Стол представлял собой муляж три метра шириной, два с половиной метра высотой. С нажатием кнопки поверхность из органического стекла начинала освещаться снизу, в результате чего появлялась электронная карта, на которой в масштабе всего мира отображалось местонахождение каждого консультанта Титуса в данный момент. Нажатие на другую кнопку увеличивало карту маленькой африканской страны, где сотрудники фирмы «Консультанты по безопасности» занимались «тушением пожара». Еще одно легкое прикосновение к гладкой поверхности стола – и, словно грибы, вырастали крошечные человечки азиатской внешности, которые символизировали очаги восстания. По карте также легко можно было проследить траекторию перевозки наркотиков и движения нелегального оружия. И в каждом месте красным светом горел флажок, указывающий на присутствие агента компании «Консультанты по безопасности».
Большинство наемников Титуса были выходцами из военной среды, но многие из его штата в прошлом являлись оперативными сотрудниками ЦРУ и ФБР, людьми, любившими свою профессию, но пожелавшими большей оплаты за свой труд. У Титуса была щедрая рука, и его агенты выполняли работу чисто и быстро, не задавая лишних вопросов.
Карта, которую в данный момент разглядывал Титус, сидя в своем офисе на двадцатом этаже спиной к тонущему в потоках дождя Сиэтлу, напоминала пейзаж планеты. Государственные границы горели оранжевым, города-точки светились синим, дороги – зеленым, а особые объекты, такие как места дислокации ракет и различных сверхсекретных правительственных установок, горели солнечно-желтым цветом – неоновая панорама парила в черном жидкокристаллическом пространстве под полупрозрачной крышкой стола.
