Он выждал, пристально глядя на нее, как будто ожидал ответа на свой вопрос, но когда девушка отстранилась, повернувшись к нему спиной, Кайзер мгновенно охладел.
— Мне очень жаль, но я не знаю. — сказала она, отнимая руку от губ и поворачиваясь к мужчине.
Кайзер бесстрастно пожал плечами:
— На сегодня хватит. Фэлон все ёще ждет тебя, а мне нужно привести себя впорядок после дороги и немного отдохнуть.
Мужчина вышел из кабинета раньше, чем это сделала Калия.
Оставшись в растерянных чувствах, девушка подошла к столу, где стоял коньяк и бокал, из которого буквально минуту назад выпил алкоголь её муж.
"Ха-ха! Муж! Какой вздор! Дура!" — едва сдерживая расстройство подумала она, дрожащими пальцами наливая ароматный и такой манящий напиток, обещавший подарить облегчение её душевных мук.
Стакан за стаканом, она пила до тех пор, пока не закончилась бутылка. Перед глазами стояла непроглядная пелена и постепенно, голова начала становиться легкой, почти невесомой.
Сев на кожаное кресло, стоявшее за рабочим столом герцога, Калия печально посмотрела на свое обручальное кольцо и подумала, что было бы лучше, если бы герцог никогда не проявлял к ней никакой нежности. Ей бы хотелось, чтобы он придавал их браку большее значение, не считая его только приказом короля. Но как можно относиться ко всему происходящему, учитывая их "партнерские" отношения?
Девушка невольно поникла и прикрыв ладонями лицо, спрятала покатившиеся по щекам горячие слезы. Понимание того, что она не имела для него никакого значения и он так же легко мог заменить ее на другую женщину, разбило сердце, а опьяневший мозг не желал вмешиваться в дела сердечные и анализировать все слишком подробно.
Потеряв всякое самообладание, рыдая и смеясь, словно сумасшедшая, она встала на ноги. Перед глазами все плыло, а к горлу подкатывала тошнота. Девушка воскликнула, ударив рукой по тяжелой поверхности стола, затем смела все что там лежало. Чернила, стопки документов, фарфоровые статуэтки, все это в один миг оказалось лежащим на полу.
— Чертов Арон. Проклятый Кинкейд! Ненавижу! Как же я все это ненавижу. — бормотала она себе под нос, направляясь к шкафу с выпивкой.
К счастью, герцог не хранил свои коллекционные вина и прочий алкоголь под замком. Она достала самую потертую и старую бутыль красного вина, которому явно было несколько десятков лет. По всей видимости, именно этот напиток был жемчужной его коллекцией. Не без злорадной усмешки, она попыталась вытянуть пробку руками, но когда этого сделать не удалось, девушка вернулась к краю стола и ударила горлышком об его край. Успешно "откупорив" вино, она триумфально подняла с пола бокал, затем налив туда вина, начала медленно его потягивать.
— Ну… что тут у нас? — протяжно выдохнула герцогиня, когда ей наскучило сидеть на месте.
Девушка подошла к шкафу с книгами и выцепила взглядом корешок, с названием очень известного классического произведения.
— Цветок сердца? Хах… Никогда бы не подумала, что он любитель подобной чуши о любви и верности. — девушка приложилась к бокалу и сделала два больших глотка вина, затем продолжила бормотать себе что-то под нос, взяв курс на выход.
Оказавшись в коридоре, Калия пошатываясь направилась туда, куда её несли неустойчивые ноги. При этом она каждый раз умудрялась спотыкаться, наступая на подол своего платья.
***
Утром девушка едва смогла открыть глаза. Состояние было крайне отвратное и стоило прийти в состояние пробуждения, как она тут же свесилась с кровати постанывая от головной боли и тошноты.
Лора заботливо поднесла ночной горшок, в который герцогиню благополучно вывернуло наизнанку.
— Ваше Светлость, подождите немного. Я принесла вам лекарства. Сейчас же их подам. — обеспокоенная камеристка поспешила к столику и набрав из кувшина холодной воды, принесла стакан с порошком для желудка.
Следом девушка так же подала влажное полотенце, чтобы Калия могла обтереть руки и лицо.
— Ради Бога, Лора… скажи мне, что случилось?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А вы ничего не помните?
— Помню только, как выпила пару бокалов коньяка в кабинете герцога и…
— И?
— И все… Я была в крайне расстроенных чувствах, чтобы запомнить что-то ещё. — пробормотала Калия выпив все необходимое и приложив полотенце ко лбу.
Лора неловко помялась. Калия подозревая неладное обвела взглядом комнату и заметила стоящую у двери лопату, к которой было прикреплено немало земли. Там же, лежало её испачканное грязью голубое платье, которое герцогиня носила накануне.
— Что это?
— Эм… Лопата, миледи. — унося ночной горшок протянула служанка.
— Ради Бога, Лора. Я вижу, что это лопата, но откуда она взялась?
— Полагаю, это вы её вчера сюда принесли. — раздался голос герцога, только что вошедшего в комнату.
— Я? Как это? Я никогда не держала в руках лопату. — садясь на кровати и пытаясь привести себя в порядок, несмотря на отвратное самочувствие пробормотала девушка.
Герцог прошел в комнату и подойдя к туалетному столику, опустился на изящный стул, после чего сарктично добавил:
— Правда? Должен признаться, вчера, когда вы посреди ночи решили выкопать в саду десять кустов роз, вы орудовали ею так вертуозно, что даже садовник пришел в замешательство.
— Я? Копала? — начиная заливаться краской стыда и чувствуя себя ещё более отвратно прошептала девушка.
Ей было настолько стыдно и неловко выслушивать все это, что Калия не находила сил поднять глаза на рассказчика.
Меж тем, Кайзер дьявольски ухмыляясь, с ещё большим рвением продолжил свое занимательное повествование.
— Представляете, какого было мое удивления, когда ко мне в комнату явился мистер Вэлмс, взволнованно доложивший о том, что герцогиня и молодой господин в саду выкапывают кусты, выкрав из будки садовника лопату? Я естественно не поверил, решив убедиться во всем собственными глазами направился прямо туда. И знаете, был крайне горд тем, насколько вы, оказывается, сильная и независимая женщина.
— Д-да? — пропищала Калия, вскипая и едва сдерживая истерику.
— Конечно! И мало того, когда я попытался вас остановить, первый раз в жизни схлопотал удар лопатой по бедру. Никогда бы не подумал, что этот садовый инструмент столь опасен и болезненен.
— Я вас ударила?
— Да. При этом кричали, что выкопаете столько кустов, чтобы их хватило на то, чтобы высадить их на моем каменном сердце. О! Вы сказали, что на скалах цветы растут очень тяжело, а на моем сердце и подавно нужно высадить много. Чтобы пророс хотя бы один цветок сердца, иначе я никогда не стану человечнее. В общем, мне едва удалось отговорить такую решительную леди от этой глупой затеи. Но вы отказались выпускать из рук лопату. Пришлось нести вас на руках вместе с ней.
— Прошу! Хватит! — воскликнула она прикрыв лицо руками.
— А! Ещё мой кабинет разгромлен, бутылка вина ценой в целое состояние выпита вместе с ужасно крепким коньяком, а Фэлон, помогавший вам вчера с выкапыванием несчастных кустов, теперь подумывает заняться садоводством.
— Эээ… Это очень хорошее занятие. Не всегда же сидеть в классной комнате и заниматься одними книгами… — попыталась она сгладить неловкость, сдерживая в себе желание запустить в этого нетактичного человека чем-то тяжелым.
— Такими темпами я тоже к нему присоединюсь. Ибо вчера действительно был в ужасе от вашей решимости. Ну что ж, отдыхайте.
Мужчина поднялся на ноги и ушел, закрыв за собой дверь. А Калия бросила подушку в дверь, после чего упала на кровать, держась за лоб.
***
После этого случая Калия всячески избегала встреч с Его Светлостью. Было неимоверно стыдно, словить на себе очередной дьявольски насмешливый взгляд этого невыносимого человека, далеко не по джентельменски напоминавший о стыдливой ночи неудачливой пьянчужки.
За дни прошедшие после официального деюбта в высшем обществе, Калию приглашали на чаепития, балы, прогулки и прочие приемы, которые устраивали благородные дамы.
