Сара молча смотрела на него. Потом она сказала:
– Нет, вы останетесь в живых. Класть голову на плаху придется мне.
Возможность провала их замысла переполняла ее ужасом.
5
С первой же секунды, едва впустив гостью в дверь, Сара прониклась к ней симпатией, однако ей было трудно не задаться вопросом, что нашел в ней Дэн. Она была со вкусом одета, ее было приятно слушать. Вела она себя скромно и тихо. Ее нельзя было назвать простушкой, но Сара сразу поймала себя на мысли, что она выглядит какой-то потерянной. Возможно, объяснением этому был неудачный брак, но ведь он остался в прошлом, теперь у нее был Дэн, изъявивший желание на ней жениться. Бросалась в глаза ее робость. У Сары ушло совсем немного времени, чтобы подобрать для нее сравнение: она походила на мышку. Сара была довольна собой – уроки Дэвида не прошли напрасно.
Гостью звали Ева Маунт. Сара называла ее «миссис Маунт». Она предложила ей чаю с печеньем и попыталась завязать разговор, но он шел со скрипом.
– Вы уверены, что это удобно? – спросила Ева уже в третий раз.
Сара заверила ее, что никаких неудобств лично она в ситуации не усматривает.
– Мой муж объяснил вам, что следует избегать его матери? – спросила она, компенсируя участливым тоном пугающий смысл вопроса.
– Да, объяснил, – ответила миссис Маунт высоким голосом.
Она обходилась по большей части односложными ответами. Всего один раз она сошла с протоптанной дорожки из одних «да» и «нет» и спросила сама:
– Дэн рассказал вам обо мне?
На это уже Сара ответила кратким «да», а потом, спохватившись, добавила:
– Дэн – прелесть.
На этом разговор временно прервался. Покосившись на часы, Сара сказала:
– Половина третьего. Скорее всего, она уже ушла. Пойду взгляну.
Мэри Хетерингтон дома не оказалось. В спальне дежурил Джон; при появлении Сары он бросил на нее взгляд.
– Все готово?
Она кивнула, но не ему, а Дэну – постаревшему, исхудавшему. Тот улыбнулся ей в ответ и сказал:
– Настоящие конспираторы! Если все это выплывет наружу, случится конец света.
– Я иду за ней.
Когда Сара развернулась, чтобы уйти, Джон сказал Дэну:
– Я потихоньку улизну. Побуду часок дома и вернусь.
Дэн слабо улыбнулся.
– Спасибо за все. Если, не дай Бог, снова разразится война, быть тебе генералом.
– Скорее бы эта война, что ли! Война – это как раз то, чего нам не хватает… – бубнил Джон, спускаясь следом за Сарой.
Ей очень хотелось назвать его слова глупостью, но она, как всегда, воздержалась от ответа на провокационные замечания Джона. Она не хотела давать ему повода к ней прицепиться. Он походил на опасного пса, чей сон лучше не тревожить.
Они оказались вдвоем в гостиной. Проходя мимо, она бросила на него опасливый взгляд, поскольку от него исходил сильнейший импульс внушения. Между ними было расстояние меньше длины вытянутой руки. Они долго смотрели друг на друга. Наконец Джон тихо спросил:
– Ты больше на меня не злишься, Сара?
– Не злюсь, – ответила она ему в тон.
– Хорошо, – отрезал он, развернулся и пропустил ее впереди себя в кладовую, чтобы открыть для нее дверь. – Предупреди ее, чтобы она на всякий случай не задерживалась дольше получаса. – Уже закрывая дверь, он вполголоса присовокупил с печальным и горьким смешком: – Чего только не сделаешь ради любви!
Они вместе прошли двор и расстались на задней аллее, ни разу больше не обменявшись взглядами. Сара тем не менее дрожала. Он всегда повергал ее в дрожь.
Почти на цыпочках она вывела женщину из своего дома и проводила к дому Мэри Хетерингтон. Мысленно она никогда не называла свекровь мамой, хотя в глаза обращалась к ней именно так. Для нее свекровь была «она» или «мать Дэвида».
Когда Сара открыла дверь, весь дом словно напрягся, как бывает при взломе.
– Дайте мне ваше пальто и шляпу, – поспешно сказала она Еве. – Наденете на обратном пути, на улице холодно.
Но Ева возразила:
– Если не возражаете, я останусь одетой.
Не сказав больше ничего, Сара повела ее наверх. Легонько постучавшись в дверь Дэна, она вошла, улыбнулась, пропустила гостью и тотчас вышла опять.
В гостиной подняла глаза на часы и почувствовала, как учащенно бьется у нее сердце. От одной мысли о том, что произойдет, если сейчас возвратится она, ей делалось дурно. Сара вздрогнула. Почему она так боится свекрови? Джон прав: никого не надо бояться. Она взрослая и сильная, ей по плечу справиться с добрым десятком Мэри Хетерингтон. И все же…
Сара опять покосилась на часы. Прошло всего пять минут. Как ей хотелось, чтобы кто-нибудь пришел! Она тут же одернула себя: осторожнее, высказывай свои пожелания четче, иначе в дверях появится мать Дэвида собственной персоной. Нет, лучше пускай вернется Джон. В его присутствии ей не будет так страшно. То есть она все равно будет бояться, но уже его, а это страх совсем другого сорта.
Она налила в чашку чай и собрала для Дэна поднос. Потом сняла со стола клеенку, застелила стол одной из лучших кружевных скатертей и накрыла его на две персоны.
Судя по часам, Ева пробыла у Дэна двадцать минут. Сара уже сожалела, что дала ей полчаса, а не вдвое меньше.
У двери стояли две пары грязных туфель. Она вычистила туфли. Двадцать семь минут! Сара воздела глаза к потолку, и как бы в ответ на ее взволнованный призыв в спальне раздались шаги. Послышался скрип отворяемой двери. Сара шагнула к двери гостиной.
Внезапно во входной двери провернулся замок, и из груди Сары вырвался затравленный крик и одновременно мольба:
– Боже всемогущий!
Ева стояла на последней ступеньке, когда ее увидела Мэри Хетерингтон. Так и не захлопнув входной двери, она медленно выступила вперед и замерла, переводя взгляд с Евы на раскрасневшуюся Сару.
– Кто вы такая? Что вы здесь делаете?
Ева уже открыла было рот, чтобы ответить, но так ничего и не сказала, а только опасливо покосилась на Сару. Мэри Хетерингтон посмотрела поверх ее головы на лестницу. Голос ее прозвучал так низко, словно это говорил мужчина:
– Как вы смеете?! Убирайтесь вон!
– Я не сделала ничего дурного. Я…
– Вон отсюда!
Мэри отскочила к двери, распахнула ее настежь и театральным жестом показала на дверной проем.
Маленькая женщина, еще больше напоминавшая теперь мышку, трясущуюся и жалкую, убито посмотрела на Сару и проследовала в предложенном ей направлении, в последнее мгновение перейдя на бег. Наблюдая за тем, как униженно она спускается по ступенькам, Сара поняла, почему Дэн прикипел к ней душой: трудно было сыскать в целом свете двух столь непохожих персонажей, как Ева и его сестра. Воспитанный под строгим надзором Мэри, он все-таки вывернулся и стал самостоятельным мужчиной, однако образ Мэри повлиял на его выбор женщины.
