Вздохнув, девушка встала с кровати, на которой лежала последний час, бездумно рассматривая потолок. Из коридора послышался какой-то шум, а потом, громкие ругательства мужчины. Это было не очень хорошо. Очевидно, Валентин, опять, пришел злым, иначе не матерился бы так, понимала Лина. Но, выхода особого не было. Прятаться, все равно, не имело смысла.
Обреченно набрав в легкие воздуха, девушка вышла в коридор. И замерла в ужасе, увидев, что Валик наклонился над ее сумкой, которую, судя по всему, столкнул на пол, не заметив, а в его руках, был желтый листок, который мужчина читал…
Он услышал ее шаги. Валик поднял голову, окидывая Лину таким взглядом, что у девушки перехватило дыхание. Никогда она еще не видела такого бешенства в его синих глазах. Невольно, Лина попятилась назад, понимая, что не сможет ничего противопоставить ему. Даже объяснить не сможет. Не поймет Валик, отчего она поступила так. Устроилась на работу, ничего не сказав.
Мужчина быстро подошел к ней, бросая злополучную справку и, пресекая попытку к бегству, ухватил за плечо, больно дергая на себя.
— Ты врала мне, малыш? — Почти прошипел он, заставляя смотреть прямо в глаза. Захватывая распущенный волосы свободной рукой и с силой сжимая пальцы. Причиняя новую боль.
Ей не было смысла оправдываться. Она, действительно, скрывала от Валика правду. Девушка кивнула, закусывая губу, от новой боли, вызванной этим движением.
Пальцы мужчины, держащие ее плечо, с такой силой впились в тело девушки, что Лина негромко ойкнула, ощущая, как наворачиваются на глаза слезы.
— Зачем? — Все так же, тихо, проговорил он. — Зачем?! — Почти закричал Валик, когда она не ответила.
— Я хотела попробовать хоть что-то сделать сама. — Прошептала девушка, непослушными, от накатывающего страха, губами.
— Твою мать! — Выругался Валентин, почти тряся ее. — Тебе не надо что-то делать самой! Поняла?! Все сделаю я! Ты, просто, должна слушаться. Неужели, это так сложно?!
Лина видела, что Валик почти готов ударить ее. Мужчина отпустил ее плечо, и девушка зажмурилась, видя его поднятую руку. Ей было так же страшно, как и ночами, когда он терял контроль над собой. Она, как и тогда, ничем не могла защитить себя. Не было ей, что противопоставить силе.
Валентин замер, видя ее ужас и, стиснул зубы, матерясь. А потом, резко оттолкнул Лину, понимая, что не сдержится, если сейчас же не отпустит ее.
Только, не рассчитал силы, и сам, пугаясь, видя, как потерявшая равновесие девушка отлетает на шкаф прихожей, с силой ударяясь об угол.
— О, Господи! — Валентин подскочил к ней, обхватывая руками, не давая упасть, только, было уже поздно. Девушка сжалась, то ли от боли, то ли боясь новой агрессии с его стороны. И Валик ощутил, что сам начинает ужасаться себя, видя следы собственной ярости на ее лице.
— Прости, малыш. — Прошептал он, едва в силах произнести это, от привкуса горечи во рту. — Я не хотел. Правда, не хотел. — Мужчина попытался приподнять ее лицо, посмотреть в глаза Лины, но она только сильнее сутулилась, трясясь в беззвучных рыданиях. — Твою мать, а! — Выругался Валентин, даже не представляя, что теперь будет. И, решив дать ей немного времени прийти в себя, поднялся. — Подожди минуту, — пробормотал он, вновь протягивая к ее волосам руку, желая погладить, успокоить, но замирая на середине пути, сжимая пальцы. — Я принесу лед.
И Валик быстро пошел на кухню.
Лина не понимала, что стоит делать. В ее мозгу билось одно, дикое, подпитываемое страхом, желание. "Бежать!" Ей надо было уйти отсюда. Немедленно.
Не обращая внимания на боль и жжение в плече, игнорируя пульсацию в скуле, и ссаднение в губе, Лина, трясущимися пальцами стянула кольцо и бросила его на тумбочку, о которую только что ударилась. Прислушиваясь к каждому звуку, доносящемуся с кухни, она осторожно подбирала вещи с пола, стараясь не задеть отложенной кольцо. Лина не могла вынести его давление на пальце. Казалось, что оно перекрывало ей доступ кислорода, пугая вероятным будущим с Валентином. Сейчас, девушка не могла думать об этом. Ей надо было уйти, убежать, спрятаться, пропадая для всего мира. Реальность, в который раз, оттолкнула ее, показывая, насколько девушка не приспособлена к этой жизни.
И Лина не хотела сейчас понимать это.
Подхватив свою сумку, и справку, получение которой было так важно для нее, а обошлось столь дорого, Лина тихо вышла в, так и не закрытую Валентином, дверь…
*******
Лина так и сидела на полу, не решаясь нажать на кнопку вызова, погруженная в воспоминания, когда телефон завибрировал в ее ладони, заставляя вздрагивать. Дисплей светился все тем же именем. Закусив губу, девушка нажала на прием.
— Да? — Хрипло и почти неслышно от напряжения, произнесла она.
На том конце связи было тихо. Наверное, Валик уже не надеялся дозвониться до нее, просто, автоматически продолжал набирать номер.
— Лина. — Девушка слышала растерянность и страдание в его голосе. Там, на заднем фоне раздался резкий звук, и она поняла, что Валентин все еще ездил, только сейчас, где-то останавливаясь. — Ты в порядке, малыш?
— Я жива. — В конце концов, именно это она собиралась сообщить ему.
Лина слышала, как сзади подошел Дима, присаживаясь рядом и неодобрительно глядя на нее. Она могла бы согласиться, что говорить с Валиком, не лучшая идея, но…, не могла просто так заставлять носиться мужчину по городу с уверенностью, что он довел ее до самоубийства. Не могла, и не хотела.
Валентин резко и прерывисто вздохнул.
— Прости меня, малыш. Прости. Я…, я обещаю, что такого больше не будет. Клянусь, Лина. — Она вполне могла себе представить, как там, где-то в городе, его руки с силой сжимают руль, а в глазах стоит самоосуждение и раскаяние, но…, она не верила ему, уже не верила. Он всегда так говорил, не так ли? Но это не мешало ему, вновь и вновь, подавляет ее своей силой. И у Лины больше не было резервов, чтобы переступать через это. — Скажи, где ты, я заберу тебя, малыш.
— Нет, Валик. Я не верю тебе. — Опустошенно сказала девушка, закрывая уставшие глаза. — Я верю, что ты не хотел, но я так больше не могу. Я не могу все время бояться, пойми.
Лина почти ощутила, как он сжал зубы, опуская голову на руль.
Она так хорошо знала этого мужчину, что могла представить себе каждый его жест, каждое движение. Почти понимала мысли… и потому, не верила, зная, что не сможет он себя сдерживать. А она не могла больше терпеть. Не было у нее сил, не после того, как она узнала, что может быть по-другому.
— Малыш, я обещаю, что это не повторится. — Голос Валика был напряженным. — Я клянусь. Возвращайся, Лина.
