Цепочку следов за спиной заметало снегом. Волк рыскал по белому полю, то замирая, уткнувшись в снег, то в кажущейся беспорядочности нюхая воздух. Снег сыпался плотной пеленой, в разрывах которой иногда мелькали серые тени: силуэты деревьев, плащи магов тайной полиции.
Всё чаще и чаще то один, то другой поднимал взгляд на небо и хмурился, и бормотал что-то себе под нос, сжимая и разжимая замёрзшие пальцы. Молчал кристалл связи - Орлана оставила его болтаться у пояса и больше не надеялась на чудо.
Она вспоминала молитвы.
- Вселенский Разум...
- Нужно возвращаться, идёт снежная буря. Слева от неё возник мужчина - отороченный коричневым мехом плащ, хмурый взгляд из-под густых бровей - один из сыновей Ледвига.
Орлана взглянула на небо: тёмные тучи заволокли его от края до края. Никому не удалось пережить бы метель в чистом поле. Она дёрнулась, оглянулась по сторонам: бесполезно. Бесполезно продолжать поиски в такой снегопад, когда не видно даже пальцев на вытянутой руке.
- Нам придётся рискнуть.
Мир дрогнул перед её глазами, или Аластар и правда покачал головой - он не мог согласиться на такой отчаянный поступок. Но и запретить ей он тоже не мог. Орлана закрыла глаза.
Она сама удивилась, как ровно и легко всплыли в памяти нужные фразы, как будто это не она пыталась вымучить их из себя, стоя под палящим солнцем и всей кожей ощущая презрительный взгляд Ордена. Теперь всё пришло само собой.
Небо взвыло в ответ на первые слова новым порывом ветра, земля вздрогнула - или это от слабости качнулась Орлана. Она сжала пальцы, так что руки задрожали. Воздух не шёл в грудь, замирая на полпути, как будто делаясь тяжёлым и влажным. Последние слова она произносила, почти задыхаясь, и почувствовала, как в снова раскрытые ладони бьётся в истерике снег.
Вдох вышел похожим на стон. Ледяной воздух обжёг горло, и перед открытыми глазами всё ещё стояла пелена, но вспышку золотистого света у самого предела зрения она всё же нашла.
- Там, резко бросил Аластар, Орлана не видела, куда он указал остальным.
Отчаянно ныли виски. Пытаясь не думать о том, что будет, если заклинание не сработало, она шагнула вперёд и едва не упала, провалившись в снег почти по колени. Пока выбиралась, вышло так, что на равнине они с Аластаром остались одни, и дальше пошли медленнее всех. Верхняя застёжка мантии раскрылась, и снег теперь таял на шее Орланы, стекая каплями холодной воды вниз, под платье, холодный ветер лизал ключицы, но она почти не ощущала этого.
Впереди, на самом пределе видимости, за снежной пеленой, маячили тёмные изваяния. Вспышка золотистого цвета давно растворилась в снегу, но Орлане казалось - или это была игра воображения, - что на снежном ковре всё ещё лежат крошечные золотые искорки.
Рядом с Аластаром возникла серая тень.
- Мы нашли его.
Орлана вздрогнула. Призывно, совсем как собака, тявкнул в отдалении белый волк. Забыв о боли и усталости, она бросилась вперёд.
Тёмные изваяния оказались останками разрушенного дома. Разрушенного уже давно: в обмёрзшей каменной кладке едва угадывались очертания стен. В центре бывшей комнаты к небу вели ступени чудом уцелевшей винтовой лестницы.
Всё, что Орлана слышала теперь, - только шорох снега, в этом шорохе потонул весь мир. С подветренной стороны стен снега было куда меньше, и там его лапами рыл белый волк.
- Всё же закончится хорошо? - Она, сама не вполне соображая, что говорит и делает, вцепилась в руку Аластара.
Он шагнул ближе, взял её за плечо, загораживая собой от ветра. Орлана, не отрываясь, смотрела туда, где свежевыпавший снег легко расчищали, обнажая поверхность когда-то выложенного камнями пола. Её трясло так, что стучали зубы.
- Да. Там вход в подвал, люк как будто уже открывали. Голос Аластара как плотными бинтами пеленал её страх. Орлане, в общем-то, было всё равно, что он будет говорить, лишь бы не молчал, снова позволяя ей захлебнуться в шорохе снега.
Разошедшейся ветер трепал мантию Орланы, как стяг на самой высокой башне замка, он сбросил капюшон с её головы, кинул в волосы горсть снега, но она почти не замечала холода. Крышку подвала, наконец, смогли поднять. Один из подчинённых Аластара стал спускаться вниз.
На горизонте, развалившись по всей равнине, поднималась пурга. Смешала небо с землёй, и цвет остался только один - серый. Тоскливо взвыл белый волк.
Первым из подвала выбрался Риан, живой и здоровый, правда, весь измазанный в пыли. Ослепнув на мгновение от дневного света, он покрутил головой и смущённо поправил висящий на поясе меч.
Орлана не смогла поверить в возвращение сына, пока не обхватила его за плечи, пока не прижалась щекой к растрёпанным волосам, пахнущим дикой зимой - не ветром с Сантарина. Он что-то бормотал о прощении, а Орлана уже думала только про обратную дорогу: скорее бы вернуться.
...Она чувствовала, что теряет силы с каждым шагом, как будто ниточка заклинания зацепилась за руины и теперь тянется, распутывая её, как клубок. Буря гудела за спиной, рвала с плеч плащи, дышала ледяным ветром в шею. У Орланы не хватало сил на разговоры, Риан тоже молчал. Снег проваливался под ногами.
Метель шла за ними по пятам. Только оказавшись в имении, снова в комнате с невысоким потолком и приветливым оранжевым огнём в камине, Орлана рискнула обернуться: за окнами выла непогода, и стало совсем темно. На мгновение в груди вырос страх за то, что пару вздохов назад они были там. Вырос и тут же потух.
Граф, кажется, остался доволен. Кажется, он даже предлагал им задержаться на ужин и отдохнуть, но Орлана почти не слушала его. Больше всего ей сейчас хотелось вернуться в замок и хоть на час остаться одной - закрыть глаза и ни о чём не думать.
- Спасибо, но нам лучше уйти.
Портал поставили прямо в центре приютившей их комнаты.
***
Последнюю часть пути Эйрин считала шаги и торчащие из земли корни деревьев, о которые спотыкалась. Идрис ушёл далеко вперёд. Догонять не хотелось - её ноги и без того отчаянно ныли.
Заповедные места, как их и учили в школе, оказались густым старым лесом, бродить по которому непосвящённый мог сколько угодно, но Идрис разглядел в траве заметную ему одному тропинку и жутко обрадовался.
- Скоро будем дома, заверил он.
Дом, какой бы он там ни был, во всяком случае, представлялся Эйрин куда более удобным местом, чем расстеленный посреди поля плащ, поэтому она терпела - из самых последних сил.
Воображаемая тропинка пошла вверх, и, взобравшись на холм, Эйрин увидела, как сверкает в солнечном свете спокойная гладь воды. Идрис благоговейно вздохнул за её спиной - и как он там оказался, ей думать не хотелось. Не в первый раз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
