но если ты не хочешь… — начала Ханна.
— Не, я не против.
— Отлично. — Кивнув, она мягко положила ему руку на плечо. — Пошли, мы тебя туда отвезем. ***
Художник все-таки согласился выйти на работу, несмотря на выходной день. Через полчаса он уже был в отделе со своим лэптопом и, пока включал его, болтал с Питером. Тот отвечал на его вопросы поначалу нерешительно, а потом освоился — его тон становился все более уверенным. Художник принялся делать несколько набросков лиц на экране, соответствующих подробному описанию Питера. Ханна наблюдала за процессом, надеясь, что память бездомного бедолаги настолько хороша, как тот уверял.
Припомнив его слова, что кто-то украл его одеяло и что он безостановочно бродил по округе, потому что замерз, она вышла из отдела и поехала в местный «Уолмарт», до которого было минут десять езды. Надолго задержалась в отделе постельных принадлежностей, разрываемая между несколькими имеющимися в продаже вариантами.
При покупке постельного белья для своих личных надобностей ее в основном заботили рисунок и расцветка. Попытки приобрести одеяло для человека, который ночует на улице, оказалось совсем другой историей. Ей нужно было что-то, не привлекающее внимания, — что не сделало бы его мишенью для всякого сброда. Но при этом ей требовалась вещь, которую было бы трудно порвать и которая не выглядела бы ужасно, когда к ней начнет неизбежно приставать грязь.
Наконец Ханна нашла серо-коричневое одеяло, отвечающее, по ее мнению, всем перечисленным требованиям. Купила его и как можно быстрей вернулась в отдел.
Там оставался один лишь Митчелл — художник и Питер уже ушли. Митчелл держал в руке готовый рисунок — лицо мужчины средних лет с редеющими волосами, тонкими губами и мощным подбородком. Детектив уже начал сравнивать его с набором полицейских снимков, сделанных при задержаниях. Он сказал Ханне, что Питер ушел буквально за пять минут до ее возвращения.
Выбежав на улицу и забравшись в машину, она сделала несколько кругов по близлежащим улицам. Солнце садилось, ввергая улицы в очередную холодную ночь. Питер Белл как сквозь землю провалился.
Глава 17
В понедельник с утра Ханна начала оформлять белую доску по делу в кабинете оперативников. Дабы избежать засорения дела предвзятыми мнениями, она решила посвятить ее исключительно расследованию убийства Глена Хейни. Воздержалась от любых упоминаний об Эбигейл, помимо ветки в «Реддите», в которой участвовал Глен. Первым делом Ханна нарисовала временную шкалу, начав ее за три дня до убийства, так что смогла указать на ней время и дату его первого поста на упомянутом подфоруме. Также добавила туда его последний пост в интернете, его отъезд из дома родителей в субботу, двадцать первого числа; убийство, совершенное между восемью часами утра и двумя часами дня в тот же день; обнаружение тела на Сайприс-стрит в ночь на следующий день…
Открыла полученное от Вайолет сообщение по электронной почте, содержащее фото с места обнаружения трупа, и отправила некоторые из них на печать. А потом отыскала рисунок человека, которого описал Питер Белл. Найти полное соответствие с каким-то из архивных полицейских снимков им так и не удалось. Копии рисунка раздали всем патрульным, пока что безрезультатно. Ханна аккуратно прикрепила его к доске скотчем. Потом сделала себе чашку кофе в награду за хорошее начало.
Она стояла над принтером с чашкой в руке, когда в комнату вошел Митчелл.
— Доброе утро! — поприветствовал ее он. При этих его словах в сердце у нее что-то дрогнуло. Возненавидев себя за это, Ханна приняла твердое решение позвонить Клинту и прямо этим вечером пригласить его на свидание.
— Привет, — бросила она в ответ, полностью сосредоточившись на принтере. Эта штуковина работала невыносимо медленно.
— Заполняешь доску?
Ханна кивнула.
Ей надо было ощутить чувство продвижения, которое приходило с каждым новым предметом, появляющимся на доске. Так она хоть куда-то продвигалась. А именно к тому моменту, когда все можно будет наконец снять.
— Говорила уже с Мэттом и Энни? — спросил Митчелл.
Ханна бросила взгляд на часы.
— Пока нет. Как раз собираюсь.
— Могу позвонить им, если хочешь.
Она коротко улыбнулась ему. Ханна не привыкла работать с ним, и они еще не распределили роли в своей маленькой команде. Но когда она работала с Бернардом, звонить в морг и криминалистам было ее задачей.
— Не стоит, — отозвалась она. — Сама позвоню. Ты лучше начни с…
Тут Ханна замешкалась. Не покажется ли Митчеллу, что она пытается взять бразды правления на себя, раз уж говорит ему, что надо делать? Кто тут вообще старший?
— Гм…
— Тогда я загляну на ту ветку в «Реддите», в которой участвовал Хейни, — решил Митчелл, уже усаживаясь за компьютер. — Посмотрим, нет ли там какого намека на то, что он делал в Гленмор-Парке.
— Хорошо, — с облегчением произнесла она.
Лонни вел себя так непринужденно и хладнокровно… Может, это только она переживает из-за их ролей в этом расследовании? Обычно возглавлял расследование наиболее опытный из детективов. Это означало, что до сих пор старшим для нее был Бернард, а для Митчелла — Джейкоб. Но они с Митчеллом закончили полицейскую академию одновременно. Ее повысили до детектива всего на шесть недель раньше его.
Может, выбор старшего в паре определяется самим делом? В деле о похищении командовать наверняка следовало бы ей… но вызов на место убийства получил Митчелл. И как бы там ни было, похищением теперь в основном занимается ФБР. Так что наверняка старшим должен быть Митчелл.
Беспокоили бы ее такие тонкости, если б это был кто-то другой — тот, кто не вызывал бы у нее како-го-то непонятного чувства, когда бы ни вошел в комнату?
Ханна раздраженно скрипнула зубами. Все это неврастеническое зацикливание на всякой чепухе никуда ее не приведет. Митчелл уже целиком и полностью сосредоточился на своих мониторах, а она прохлаждается… Схватив распечатки снимков с места обнаружения трупа, Ханна принялась яростно прикреплять их к доске.
Покончив с этим делом, она села за свой письменный стол и подхватила телефон. Набрала номер Энни и стала ждать. Из трубки слышались лишь длинные гудки, и Ханна была уже готова отключиться, когда Энни наконец ответила.
— Алло? — Голос у той был запыхавшийся.
— Энни? Это Ханна. Неудачное время? Я не оторвала тебя от работы?
— Нет, все нормально… В смысле, время удачное. Уф… Я могу разговаривать.
— Хорошо, — нерешительно произнесла Ханна. — Я насчет отчета о вскрытии Глена Хейни.
— Да?
— Ты его мне так и не отправила. И обычно мы встречаемся в морге, чтобы обсудить результаты, так что…
— Точно! Прости, что-то я не в фокусе на этой неделе… Извини. Нет смысла приезжать в морг. Причина смерти — обширная кровопотеря. Потерпевшему нанесли четыре колющих удара ножом. Первые два удара попали в грудь. Первый пробил правое легкое, второй относительно неглубокий — лезвие задело ребро, оставив поверхностный порез. Третий и четвертый были нанесены в брюшную полость; один пробил почку, второй — печень.
— Ладно, — произнесла Ханна, задумавшись. — А какой рост у потерпевшего?
— Около шести футов, — ответила Энни.
— Так что, убийца был высокого роста, если наносил удары в грудь, так?
— Так я поначалу и подумала, — сказала медэксперт. — Но вообще-то угол направления первых двух ударов указывает на то, что он должен быть чуть ли не семи футов ростом.
— Это уж слишком.
— Ну да. Думаю, куда вероятней, что убийца располагался заметно выше жертвы. Третья и четвертая раны не так глубоки, как первая. Похоже, это свидетельствует о том, что убийце было трудней попасть в живот с того места, где он стоял, что также указывает на какое-то возвышение. Вдобавок у потерпевшего серьезные ссадины по всему телу, указывающие на очень грубое
