— Шутишь!
— Это правда. Я влюбилась в тебя с первого же взгляда и никогда не переставала любить.
Он покачал головой.
— Когда у меня были основания надеяться на это, я спросил тебя, любишь ли ты меня, и ты ответила, помнишь: «Люблю тебя? Да я тебя ненавижу! Если бы тебя по самую шею завалило песком, я бы пальцем не шевельнула, чтобы тебя спасти, наоборот, стояла бы и радовалась».
— Это все ерунда. Я говорила это несерьезно. Просто я не могла согласиться с тем, что люблю мужчину, который хочет всего-навсего использовать меня. — Она поднялась и направилась к нему. — Когда ты висел над ручьем, я почувствовала: если ты погибнешь, то и я не останусь жить и погибну вместе с тобой, — прошептала Одри, заглянув в его лицо.
Сомневаться в искренности сказанного было невозможно. Дэн хотел было что-то произнести, но передумал и лишь прижал ее голову к своей груди с такой невыразимой нежностью, что из-под прикрытых век Одри выкатились слезинки и потекли по щекам. Слегка отстранив ее от себя, Дэн осторожно вытер их указательным пальцем.
— Для меня была ненавистна мысль, что ты станешь женой Кросби. Если бы на его месте был другой человек и я был бы уверен, что ты по-настоящему любишь его, я бы никогда не вмешался в твою жизнь. А я вот вмешался, но слишком поздно… Меня все время мучил страх: а вдруг я ошибся? Не в том, что заставил тебя порвать помолвку, а в том, что принудил выйти за меня замуж. Ты столько раз говорила, что ненавидишь меня! Я пытался уверить себя в том, что это не так, но…
— Это действительно не так. Я пыталась, я хотела заставить себя чувствовать к тебе ненависть за то, что ты занимался со мной любовью, будучи обрученным с другой женщиной.
— Бедная Ава, — грустно произнес Дэн. — Она была…
Одри прикрыла его рот пальцем.
— Я не хочу ничего знать об Аве. Это все в прошлом. Единственное, что мне сейчас необходимо, — это знать, что ты любишь меня.
Дэн поцеловал лежавший на его губах палец, а вслед за ним и всю ладонь.
— Я люблю тебя, моя дорогая, и я всегда любил тебя, даже тогда, когда…
Он сел, увлекая ее за собой.
— Спасибо, что отказалась говорить об Аве, но мне надо тебе кое-что рассказать. Ава — сестра Шона. — Так вот почему его улыбка казалась ей такой знакомой! — Она была на три года моложе его, мы выросли вместе. Я всегда относился к ней как к сестре, но вот лет в шестнадцать она вдруг начала меня избегать, стесняться. Шон сказал, что она просто навоображала себе всякой ерунды, и посоветовал не обращать внимания. К тому моменту, когда я закончил колледж, все прошло, или мне хотелось думать, что все прошло. Лишь через несколько лет я заметил, что она влюблена в меня, просто научилась лучше скрывать свои чувства. Я ведь говорил тебе, что родители Шона погибли в автомобильной катастрофе?
Одри кивнула.
— Ну так вот, вскоре после этого Ава и заболела. Обследование показало очень редкую и неизлечимую форму рака. Шон старался сохранить это в тайне от нее. Ждали последующих анализов. В случае подтверждения диагноза врачи могли предложить только симптоматическое лечение. Гибель родителей сломила Аву. Шон знал о ее чувствах ко мне и попросил помочь ей, вернуть стимул к жизни. В тот момент в моей жизни не было женщины, которая что-то значила для меня, и я сделал Аве предложение. Если бы ты видела, как она была счастлива! Я подарил ей обручальное кольцо, а на следующий день она уехала в Чикаго со своей школьной подругой. Судьба распорядилась так, что спустя несколько дней приехали вы с отцом, и я сразу понял, что встретил ту, которую искал всю жизнь. Тебя, милая. Я решил, что, если результат анализов Авы будет отрицательным, я расскажу ей о тебе и попрошу отпустить меня. Я боялся даже подумать о том, что произойдет, если результат будет положительным. Когда я пригласил тебя сюда, в Вермонт, клянусь, у меня и в мыслях не было соблазнять тебя, но ты обладаешь способностью сводить меня с ума, терять над собой контроль. Я понимал, что должен рассказать тебе правду, но боялся твоей реакции и до последнего откладывал объяснение… Ава вернулась на день раньше, поэтому ты и застала ее в доме. Я приехал в аэропорт через десять минут после того, как взлетел твой самолет. Втайне от Шона и от меня Ава сделала анализы в одной из чикагских клиник. Когда она сообщила мне об этом, я пожалел, что не был рядом с ней, но она специально так все спланировала: не хотела никому причинять беспокойство.
Дэн говорил тихо, голос его был каким-то бесцветным, лишенным всяких эмоций.
— Я не мог ничего ей сказать: результаты анализов были неизвестны. Оставалось только ждать. Увы, диагноз подтвердился. Понимая, что это значит, Ава хотела вернуть мне кольцо. Я отказался. Ты не представляешь, в каком я был отчаянии. Хотел ехать за тобой в Англию, во всем признаться, сделать тебе предложение… Но оставить Аву было слишком жестоко. Через месяц ее положили в больницу. И хотя она упорно боролась за жизнь, из больницы так и не вышла. Но мы с Шоном ни разу не видели ее отчаявшейся и сломленной. Церемония нашего бракосочетания состоялась прямо в больничной палате, а спустя неделю Ава умерла. Последние ее слова, обращенные ко мне, были такими: «Я благодарю бога за то счастье, что он подарил мне в этой жизни. Любящая семья, чудесный брат, и ты… Спасибо, что сделал эти последние месяцы моей жизни такими светлыми и радостными. Я хочу, чтобы после моей смерти ты встретил женщину, которая сделает тебя счастливым». И, подумав, добавила: «Такую, как твоя кузина». Когда прошло некоторое время, и я мог вернуться к тебе, ты была обручена, и я понимал, что не имею права ломать твою жизнь.
Он обнял Одри еще крепче.
— Не плачь, любимая… Шон был бы взбешен твоими слезами. Он верит в то, что жизнь — это салют в честь любви и мужества, чудесный праздник, в который и я намеревался превратить нашу с тобой жизнь. Жаль, что я сейчас не в самой лучшей форме, а то я бы с удовольствием продемонстрировал тебе, как все могло бы быть.
— Может, с моей помощью тебе это удастся? — робко предложила Одри.
— Если я смогу доплестись до кровати, — пошутил Дэн.
Когда они уже лежали рядом, Одри, лаская ладонью немного колючую щеку Дэна, наклонилась поцеловать его.
— Одри…
— Что, милый?
— Будь со мной всегда такой нежной, как сейчас, ладно? — В ответ Одри крепко обняла его. — А сейчас, если позволишь, я докажу: что касается выполнения супружеских обязанностей, я не так уж беспомощен, как может тебе показаться!
И он доказал это. К их общей радости.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
