Значит, разговор о рекламе — это тонкая ирония книги? Похоже на то. Примеры того же жанра следуют и дальше, поскольку Чебурашка сразу получает жилье: старую телефонную будку у входа в магазин. И хотя домик маленький, но это собственная и отдельная квартира, что само по себе большое чудо. Ибо одинокий человек собственную квартиру не получал, если только не был любимчиком партии.
В сказке, однако, все возможно. А что было внутри домика, в котором жил наш герой?
«Безусловно, этот дом был не самый лучший в городе. Но зато под рукой у Чебурашки всегда находился телефон-автомат, и он мог звонить кому хочешь, никуда не выходя из собственного дома».
Так скрытая сатира возводится уже в третью степень.
Ведь добиться установки телефона в Советском Союзе было очень и очень трудно, когда — или правильнее «если» — квартира вообще была получена. Только живущий в телефонной будке мог при этом быть уверенным в наличии телефона…
Ход сюжета еще не совсем раскрылся, но первый намек на будущие события сообщается в самом конце главы: «Правда, пока ему (Чебурашке) некому было звонить, но это его нисколько не огорчало». Телефонных книг не было, но на углах улиц здесь и там попадались справочные киоски, в которых можно было все-таки хотя бы осведомиться о возможных номерах людей.
Только теперь, когда Чебурашка обеспечен жильем, может наконец появиться и представиться сам герой, давший имя книге, — Гена. У крокодила уже наготове и имя, и профессия, что само по себе совсем неудивительно. Зато удивительно то, что и у Гены была собственная квартира: «Каждое утро он просыпался в своей маленькой квартире, умывался, завтракал и отправлялся на работу в зоопарк». Зачем? И ответ следует незамедлительно: «А работал он в зоопарке крокодилом».
Гениально! Хочется сказать по-русски: просто гениально. Не указывает ли имя «Гена» и на эту характеристику — а вообще это просто одна из уменьшительно-ласкательных форм имени Геннадий: Генка, Гена.
В зоопарк Гена ходит как солидный гражданин, с тросточкой, в собственной одежде. Только придя на место, он облачается в рабочую униформу, то есть раздевается. И затем начинает работать: идет в вольер и ложится на краешке бассейна.
На его клетке висит табличка с надписью: «АФРИКАНСКИЙ КРОКОДИЛ ГЕНА. ВОЗРАСТ ПЯТЬДЕСЯТ ЛЕТ. СМОТРЕТЬ РАЗРЕШАЕТСЯ».
Вот так. А когда рабочий день заканчивается, Гена одевается и идет обратно домой, как все остальные граждане. А чем наш крокодил занимается дома? Читает газету, пускает мыльные пузыри из курительной трубки и играет сам с собой в крестики-нолики.
Теперь начинают разворачиваться события. Когда в крестики-нолики слишком долго играешь один, когда других соперников нет, игра в крестики-нолики начинает надоедать. И Гена понимает, чего ему не хватает. Так Гена пишет на листке объявление, и не одно, а много. Ключевая фраза объявления такая: «МОЛОДОЙ КРОКОДИЛ ПЯТИДЕСЯТИ ЛЕТ ХОЧЕТ ЗАВЕСТИ СЕБЕ ДРУЗЕЙ». Потом Гена развешивает объявления по городу и начинает ждать, что за этим последует.
3
Откуда взялся образ Гены? Крокодилы встречаются в любимой еще отцом Успенского книге Брема, еще и с картинками, а резиновый игрушечный крокодил мог быть родом из детства Успенского. Хотя когда я об этом спрашиваю, выясняется, что дело обстояло не так: «У меня в детстве не было крокодила. И других игрушек вообще». Значит, превращению персонажа в игрушку помогла чистая фантазия. Да и образ Чебурашки продиктован случайностью. Эдуард рассказывал, что увидел однажды, бродя по Одессе, в ящике с бананами хамелеона, который, повидав мир, оказался в России. Или же это было какое-то другое, местное существо, просто нашедшее дорогу к пище. Это не имеет значения. Именно хамелеон лучше всего вписывается в эту историю: ведь это создание обладает особенной способностью к трансформациям.
Любая сказка нуждается в таком. Успенский просто пошел дальше, он начал обдумывать и развивать впечатление от увиденного им существа. Чебурашка получил новую форму и большие уши, а с их помощью — беспомощность и ласковость, и тихий нежный голосок; таким он был и в мультфильмах, и во всех театральных постановках, вплоть до замечательного спектакля Unga Teatem в эспооском районе Кило в 2006 году; это самый последний спектакль из увиденных мной. Таким образом, из хамелеона вырос гибрид медвежонка, коалы (сравнить хотя бы с австралийским Блинки Биллом), панды и пушистого сурка. Исходя из этого, он был особенным существом, хотя науке этот зверь по-прежнему совершенно не известен.
Имя подыскать помогла маленькая дочь Успенского Таня, которую позабавило, что зверек неуклюже падает. Теперь в России Чебурашка знаком всем, даже тем, кто ничего не знает о самом Успенском (если таковые еще есть). Чебу, как его называю я, стал естественной частью мира детей, и когда дети вырастают, персонаж передается по наследству, в свою очередь, новым детям. Не потому ли классические образы детской литературы (Винни-Пух, муми-тролли, Пеппи Длинныйчулок, Маленький принц и другие подобные) даже в современном развлекательном хаосе держат марку еще крепче, чем соответствующие герои литературы для взрослых.
Финскому читателю книга кажется, на первый взгляд, безобидным, маленьким и трогательным рассказом, в котором присутствует важнейшее качество хорошей истории — вводящий в повествование персонаж.
Гена одинок, но когда крокодил сам это замечает, он начинает с надеждой искать друзей. Для этой цели составлено объявление — все еще очень русское (да и финское, почему бы нет) средство: колонки персональных объявлений, правда, начинают в журналах пропадать, но доля их в интернетных поисковиках растет. А одиночество Чебурашки еще беспомощнее, чем у Гены: Чебурашка из тех, кто просто дрейфует от события к событию, от человека к человеку, кажется, будто он доволен всем. Ему достаточно, что по телефону можно звонить; и особенно, что есть квартира, работа и еда. Это три центральных столпа и в жизни человека.
Человек нуждается в них, получив, однако, и другое — общение. И именно этим отличается человек от животного.
Итак, «Гена» — это рассказ не только об одиночестве, но и в особенности о том, как это одиночество преодолеть. Если ты одинок и нет друзей, их можно попытаться завести. И когда пытаешься, попытка всегда вознаграждается. Сказка это обещает.
Взрослый знает, что так бывает далеко не всегда. Но об этом ребенку рассказывать не стоит. Без надежды нет стремления вперед, желания стать лучше. Когда падаешь духом, цепенеешь. А когда цепенеешь, деградируешь.
Образ Гены во всяком случае положительный: полный надежд, предприимчивый, оптимистичный. А еще Гена — главная движущая сила книги, именно он выстраивает действие, и одновременно связывает новых персонажей с прежними.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
