— Я спать.
Никто из них не стал его останавливать. Нил закрылся в спальне, переоделся и завалился на кровать. Мысли упорно затягивали его на самое дно, поэтому он считал в уме так долго, как только мог, на всех известных ему языках. Это не помогло заснуть, но, по крайней мере, помогло на время успокоить внутренних демонов.
Глава девятая
С восходом солнца Нил бросил все попытки заснуть и выбрался из кровати. Он вышел на пробежку по окружной, а на повороте свернул к стадиону. Служба охраны как обычно патрулировала территорию. Сегодня Нил доверял им ещё меньше, чем вчера: теперь он знал, насколько легко можно мимо них проскользнуть, что, собственно, и сделал. Открыв дверь собственными ключами, он щёлкнул выключателем по дороге в раздевалку.
Джостен толкнул дверь нараспашку, попутно закатывая рукава толстовки, и замер на пороге. Весь бардак исчез – на полу ни пятнышка. Нил невольно обернулся через плечо, но, когда он пришёл, в помещении было темно. Он здесь один. Нил пересёк комнату к своему шкафчику, потянул дверцу. Пусто и чисто.
На часах была половина восьмого, что означало, что Ваймак уже проснулся. Нил опустился на скамейку и набрал его номер. Тренер ответил со второго гудка.
— Не знаю, что удивляет меня больше: то, что твой телефон включен, или то, что ты проснулся субботним утром в такую рань, — вместо приветствия выдал Ваймак.
— Тренер, в раздевалке чисто.
— Да, я знаю. Мы с Эбби позаботились об этом ещё вчера, после вашего ухода.
— Извините, — выдохнул Нил. — Собирался убраться сегодня утром.
— Разве я не говорил тебе не волноваться об этом?
— Вы сказали, что этим можно заняться позже.
— Неважно, — отмахнулся Ваймак. — Будешь должен. Кстати, учитывая, что я обломал твои утренние планы, чем собираешься заняться? Ничем? — получив утвердительный ответ, тренер продолжил. — А можешь помочь мне разобрать бумаги? Притащу их и захвачу по дороге завтрак. Или ты уже поел?
— Ещё нет, — отозвался Нил. — Жду вас.
Ваймак повесил трубку. Нил снова взглянул на свой приоткрытый шкафчик, а затем в ожидании тренера перебрался в зону отдыха. Он медленно прогулялся вдоль стен, изучая фотографии, которые Дэниэль снимала и вывешивала годами. Нил никогда не видел, чтобы Дэн добавляла новые снимки, но с начала года коллекция незаметно выросла на несколько десятков кадров. На большинстве из них были запечатлены старшекурсники, учитывая, что Вайлдс редко представлялась возможность отловить братьев вне стадиона, однако Нил заметил несколько фотографий с Хэллоуина и пару случайных снимков с командных посиделок в ноябре и декабре.
В самом конце, практически на углу, висела фотография, которую Нил и вовсе не узнал: снимок, на котором они с Эндрю были вдвоём. Оба укутанные в свои одинаковые пальто, они стояли на расстоянии вдоха и неотрывно смотрели друг на друга. Потребовалось время, чтобы наконец узнать это место – люди на заднем плане мало напоминали толпу болельщиков. Окна на фоне внесли ясность. Дэн сфотографировала их в аэропорту, когда они летели на выездную игру против Техаса. Тогда Нил даже не замечал, что на них кто-то смотрит.
Джостен нашёл себя и на паре групповых снимков, но этот кадр был единственным, где он выглядел самим собой. Дэн даже сфотографировала его с правой стороны так, что повязку, прикрывающую татуировку, не было видно. Это фотография Натаниэля Веснински; это момент, когда он назвал Эндрю своё имя. Нил потянулся к снимку, чтобы сорвать его, но остановился, едва пальцы коснулись края бумаги.
Он приехал в Пальметто, чтобы играть, отчасти также потому, что Кевин был единственным доказательством его существования. Единственным, кто знал, что под всей этой ложью существует реальный человек. Уже в мае и Натаниэль, и Нил исчезнут навсегда, но в июне этот снимок всё ещё будет здесь. Он годами будет оставаться частичкой Лисьей норы. Это утешало, по крайней мере, должно было. Но Нил верил, что утешение не должно отзываться таким тугим, тяжёлым узлом где-то в груди.
К счастью, вскоре объявился Ваймак. В одной руке он нёс бежевый бумажный пакет, другой прижимал к себе коробку, набитую бумагами. Нил придержал и закрыл за ним дверь, чтобы тренер мог спокойно поставить свою ношу. Ваймак окинул быстрым взглядом комнату, затем переставил телевизор на пол и передвинул тумбу из-под него поближе к диванам, делая из неё временный импровизированный стол. Нил проследил за тем, как тренер достал бумаги и разложил их на четыре небольших стопки. Когда Ваймак закончил и откинул пустую коробку в сторону, Нил приоткрыл одну из папок на столе. Стандартная анкета с прикреплённой фотографией незнакомца.
— Потенциальные новобранцы, — коротко пояснил Ваймак, — нужно минимум шесть.
— Шесть, — эхом отозвался Нил, опускаясь на колени напротив тренера. — Вы удваиваете состав?
— Не по собственному желанию, — подтвердил Ваймак, доставая из пакета сэндвичи и сок и протягивая их Нилу. — Это было одним из условий, чтобы нас оставили в игре после временного отстранения Эндрю. Оргкомитет озабочен тем, как далеко нам удалось пройти в этом году, и они не хотят нарушать правила ради нас. Я пообещал, что подобного больше не повторится. Это означает, что в следующем году придётся расширить состав.
Ваймак пролистал стопки и пододвинул одну из них Нилу.
— Девушки переходят на пятый курс, надо отобрать как минимум троих новичков, чтобы успеть хотя бы немного потренировать их до выпускного. В общем, мы ищем двух нападающих, двух подающих, защитника и вратаря. Отбери кандидатов, а потом мы сузим круг.
— А разве не Кевин должен этим с вами заниматься? — уточнил Нил.
— Ты сделаешь первый отбор, — кивнул Ваймак, — Кевин второй, а я уже приму конкретное решение.
Нил снова посмотрел на стопку папок перед собой. Наконец он открыл одну из верхних и пробежался взглядом по основной информации: физические данные, средняя результативность по очкам, нормативы и всё такое. Нил не очень понимал, что он ищет, пока не добрался до третьего нападающего. Третий был последовательно хорош, но четвёртый оказался ещё интереснее, потому что в его игре был заметен значительный прогресс. К обложке каждой папки с внутренней стороны крепился диск, по всей видимости, содержащий нарезку самых ярких моментов выступлений.
Нил разложил папки ещё на две стопки: многообещающие и под вопросом. Закончив, он повторно отсмотрел обе группы. Нил думал, что второй обход пройдет быстрее, учитывая, что он уже ознакомился со всей личной информацией игроков, однако он всё равно подолгу задумывался каждый раз. К тому моменту, как Нил наконец определится, Ваймак, наверное, уже успеет разобрать все остальные досье. Однако, когда Джостен покосился на тренера, выяснилось, что тот успел отсмотреть не больше, чем он сам. Взгляд Ваймака даже не скользил по странице. Он не читал статистику; он внимательно изучал фотографию игрока, будто та могла рассказать всё, что ему необходимо было знать.
Нил вернулся к раскрытой папке и попытался увидеть то, что видел Ваймак. Возможно, тренер умел различать боль в людях так же, как Нил мог замечать их гнев; там, где Нил видел лишь непоколебимое спокойствие девушки, Ваймак видел пустой взгляд и поникшие плечи. Нил задумался, заметил ли Ваймак нечто подобное и в его фотографиях или же он просто доверился заверениям Эрнандеза о том, что что-то не так. Хотелось верить, что ему хорошо удавалось сохранять непроницаемое выражение лица, однако Ваймак вёлся на это всё реже.
— Всё нормально? — неожиданно уточнил тренер.
— Да, — без колебаний соврал Нил и снова сосредоточился на задании.
Поиски потенциальных нападающих заняли добрую половину утра, но у Нила наконец образовалась стопка, которую можно было смело отдать на суд Кевину и Ваймаку. Тренер положил Её на пол, рядом с коленом, и сложил отвергнутые досье обратно в коробку.
— Могу ещё чем-нибудь помочь? — поинтересовался Джостен.
— Можешь идти, — отозвался Ваймак. — Тебя подвезти?
