– Дети, милые, у нас с тем человеком будет очень взрослый разговор. Я бы не хотела втягивать вас в наши дела.
— А мы не будем слушать, — ехидно улыбнулся Семён. — Мы просто хотим поехать с тобой. Правда, Настя?
— Да! Хотим с тобой! С тобой! — радостно повторяла сестрёнка, продолжая весело резвиться перед зеркалом.
Семён решительно стоял на своём. Нелли не понимала того, что творилось в его детской голове. На самом деле мальчику вовсе не хотелось встречаться с незнакомым человеком, но ещё больше он беспокоился за мать, в недавнем времени ставшей обладательницей несметного богатства. Возможно, даже он не понимал этого, но в душе боялся перемен, в одночасье свалившихся на их головы. Боялся за мать, за сестру, а также того, что они так внезапно покинули пределы собственной квартиры, будто беглецы, спасавшиеся от злой напасти.
— Ладно, уговорили, — сдалась она, слабо пожимая плечами. — Поедем все вместе. Когда ещё выдастся возможность вам увидится с американским дядей?
— Ура! — торжественно воскликнула Настя.
— Ура! — поддержал её брат, скинув с плеч невидимый груз беспокойства.
Нелли смеялась вместе с ними. Столько радости за одно утро! Похоже, они выполнили месячный план по смеху всего за пару часов.
Оставив детей дальше резвиться в гостиной, она вышла в спальную комнату и набрала номер, который вчера продиктовал ей Иван.
— Слушаю, — протрещал старый динамик, и она подумала, что не мешало бы поменять телефон.
— Здравствуйте, Иван. Это Нелли. Нелли Долматова, — нерешительно, почти стеснённо произнесла она.
— А-а, Нелли! — Голос тут же оживился. — Всё-таки позвонили. Очень рад.
— Вы приглашали меня составить вам компанию. Кажется, вы собирались посетить могилу Вани Бунина. Надеюсь, приглашение ещё в силе?
— Конечно! Буду рад видеть вас и Веру.
— К сожалению, её телефон не отвечает. Но я буду не одна. — Иван ничего не ответил, и она продолжила: — Мои дети очень хотели с вами познакомиться. Вы не против, если мы присоединимся к вам все втроём? Просто, понимаете, мне не с кем их оставить, а они так просились поехать со мной.
— Отлично! Буду рад познакомиться с племянниками, — без колебаний ответил Иван.
Она облегчённо выдохнула.
— Тогда скажите куда подъехать. Мы готовы хоть сейчас.
— В этом нет необходимости. Мой водитель заберёт вас в любой точке города. Диктуйте адрес.
Всё разрешилось само собой. И чего она так волновалась при разговоре с ним? Вроде ничего особенного, человек как человек. Но нет, она всё ещё не могла почувствовать себя с ним наравне. Статус делового человека из-за границы ни в какое сравнение не шёл со статусом нищей уборщицы. И вряд ли она когда-нибудь почувствует себя в одной тарелке с такими как он. Нет, было слишком поздно. Ей уже не двадцать лет. За плечами оставался огромный горький опыт житейских разочарований, который навсегда отпечатался в её голове, словно клеймо неудачницы, поставленное на самом видном месте. И с этим ей предстояло жить. И надо было как-то с этим справляться.
25 глава. Могила Вани Бунина
Они сели все втроём в остановившийся у самого входа автомобиль. Нелли чувствовала себя в нём вполне комфортно. Дети же с блеском в глазах молча глядели на внутреннее убранство престижного люксового авто, боясь к чему-то прикоснуться. Светлый салон сиял во всей своей красе. Ни пылинки, ни пятнышка. Никогда ещё раньше им не приходилось ехать в таких роскошных апартаментах, иначе и не скажешь.
Мерседес довольно быстро доставил их к месту назначения. Это тоже была гостиница, только намного круче той, в которой жили они. Район Москва-Сити пестрил изобилием деловых высоток. Тут было самое крутое место в столице, бывать в котором им раньше не доводилось. Сначала они не поняли куда их привёз водитель, но небоскрёбы за окном развеяли все их сомнения.
Внезапно кто-то открыл дверцу. На улице стоял высокий статный мужчина в строгом деловом костюме и зализанной причёской. Он приветливо смотрел на них, а они на него.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вот вы и здесь! — улыбался во все зубы человек.
— Вы дядя Иван, верно? — спросил Семён, с прищуром поглядывая на него.
— Верно. А ты, я полагаю, Семён.
Мальчик протянул руку.
— Так точно! Рад знакомству, — по-детски весело сказал он.
Иван пожал руку.
— Я сяду спереди, если вы не против.
— Конечно, Иван. Это ваша машина, — пожала плечами Нелли.
И тут он застыл в восхищении. Он не мог поверить в то, что та самая женщина, которую он вчера подвозил до дома, и эта знатная особа, была его сводная сестра. Преображение налицо. Вчера это был маленький затюканный воробышек с подбитым крылышком, который до нитки промок под проливным дождём. Сегодня же на него смотрела совершенно незнакомая женщина, нет, даже девушка, настолько красивая и совершенная, что он не сразу признал в ней того самого вчерашнего воробышка. От Нелли нельзя было оторвать глаз. Оказывается, и с её лицом, и с фигурой всё было в порядке. Оказывается, она была та ещё красотка.
— Вот так сюрприз, — не смог сдержаться он, с восхищением разглядывая её с ног до головы. — Вам очень идёт это платье. А причёска вообще нечто сакральное. Я поражён.
— Бросьте, Иван. Просто с утра посетила парикмахерскую, — скромно отмахнулась Нелли.
— Скорее стилиста, — подхватил он, всё ещё не в силах от неё оторваться.
— Садитесь уже. Не стойте, — вконец смутилась она.
Он последовал её примеру.
— Всё. Поехали, — сказал водителю.
Тот тут же нажал на газ.
***
Въезд на кладбище был перекрыт раздвижными металлическими воротами, но как только машина к ним подъехала, кто-то невидимый нажал на кнопку, пропуская их внутрь. Бесхозных могилок тут было несколько тысяч. Покорёженные кресты, сделанные на раз-два. Земля была присыпана так, чтобы искусственно созданный бугорок на месте могилок вскоре размылся после парочки дождей. Нигде ни цветов, ни венков. Вокруг только уныние и разруха. Да и кто будет следить за кладбищем, на которое свозили трупы бездомных со свей Москвы?
Дети безмолвно следили за скорбным пейзажем за окном. Пока машина медленно катилась по грунтовой дороге, они не произнесли ни слова. В салоне повисла гробовая тишина.
— Надо бы понять куда ехать, — неожиданно подала голос Нелли. — Здесь столько могил, что можно без проблем заблудиться.
— Не беспокойтесь. Кажется, я вижу то место, куда нам надо.
Она подалась вперёд, вглядываясь через водительское плечо в лобовое стекло. Через секунду она поняла о чём говорил Иван. Среди тысяч одинаковых могил, принадлежавших безымянным мертвецам, стоял огромный монумент, или памятник, выделявшийся в этой серой однородной массе. У неё не было никаких сомнений в том, кому мог принадлежать сей монумент. Сомнения окончательно развеялись когда машина завернула в его сторону. Невероятно!
— Неужели это то, о чём я думаю? — удивлённо произнесла Нелли, рассматривая высокую гранитную плиту, увеличивающуюся в размерах по мере их приближения.
Это была не просто полноценная могила, а настоящий погребальный монумент, похожий на те, какие ставили криминальным авторитетам в суровые девяностые. Всё убранство было ограждено позолоченной чугунной оградой. Внутри отшлифованные пласты каменной плитки приятно играли на полуденном солнце. Гранитные вазоны были заполнены искусственными цветами, лепестки которых ещё не успели потерять цвет, что свидетельствовало о регулярном обновлении. На самой памятной плите, которая, кстати, была в человеческий рост, красовался образ маленького мальчика в клетчатых шортах, приветливо улыбавшегося смотревшим на него зевакам. Нелли попыталась вспомнить был ли образ похож на самого Ваню Бунина, но схожего нашла мало. Скорее всего рисовали не по фотографии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— «Убереги его душу от мучений воздыхателей», — вслух прочитал надпись на монументе Семён, глядя на громадину снизу вверх. И заключил: — Странная надпись.
