— Сомневаюсь, что отец ставил на него клеймо.
— Так это всё земли твоего отца? — изумленно спросила Аури, оглядывая бескрайние поля.
— Шевалье Генгроя. И шевалье Сатрина. И барона Велингвара. Мой отец лишь арендует землю.
— Так много?
— Благородные отдают землю тому, кто больше платит — пожала плечами Валери — А мой отец умеет зарабатывать деньги.
Айрин запомнила отца Валери как здорового шумного мужчину, простого и прямого в общении. Именно у него Аури впервые увидела татуировку — на руке, в виде рисунка неизвестного морского зверя. Отец Валери в молодости был моряком, выслужился до помощника капитана, и, сколотив небольшое состояние, осел на берегу со своей молодой женой, ещё почти девочкой, которую он привёз с одного из неизведанных островов за Рассветным Королевством. Он купил ферму неподалёку от Плесиля, немного земли и начал работать в поте лица. Нанимая работников на свои земли, Тайрон Мишон — вспомнила Аури его имя — придерживался порядков, заведённых на корабле — полное послушание и железная дисциплина. Время шло, Тайрон упорно трудился, и когда у него родилась дочь, он уже имел солидное состояние в виде нескольких десятин земли, золотых, закопанных в горшке, скота в загонах и крепкого двухэтажного дома в центре своих владений. Сам фермер относился к своей третьей ступени равнодушно, но вот дочери он хотел дать самое лучшее. Он даже пытался устроить её поступление в Академию, но ниже второй ступени туда не брали ни за какие деньги.
В округе Тайрон пользовался уважением. Когда поползли слухи о том, что в городах будут созданы Собрания представителей, в помощь мэру, местные жители заранее решили, что их будет представлять Тайрон Мишон. Но король разогнал Королевский Совет, и надежда на подобные Собрания исчезла. Тайрон так и остался негласным лидером окрестных земель. Вот к такому человеку и везла Валери свою подругу.
— А вот вы, Клермон — внезапно обратилась Валери к возничему — Когда-нибудь слышали о Девочке из Бездны?
Аури в изумлении уставилась на подругу. Та весело подмигнула ей в ответ.
— А как же, слышал — ответил возничий — Вот даже сегодня слышал, пока вас дожидался.
— Вот моя подруга не верит в Девочку — кивнула Валери на Айрин — Говорит, что просто какой-нибудь подросток ходит по канализации, червей давит. А всё остальное — люди себе выдумали.
— Ну, госпожа, ваша подруга мала ещё — усмехнулся Клермон — Но судите сами — разве ж станет обычный человек под землю лезть? Да ещё ночами? И жить там! А всё почему? Она Света боится. Бездна её родила, Бездна и питает! И Бездне она служит. И все дела свои темные во славу Изнанки вершит.
— А что за дела такие? — не удержалась и спросила Аури. Сидящая рядом Валери заходилась в беззвучном смехе.
— Известно какие. Жертвы приносит. Знаки оставляет. Ритуалы там свои творит, чтобы слуг призвать. А ещё — тем, кто хочет Свет предать, даёт силу Изнанки.
— Что же её не схватят, раз она такими вещами занимается?
— Так кто же с ней совладает? Она Света и Сотворённых не боится, куда уж людям с ней тягаться. Одни пытались, так она им всем глотки перерезала и во тьму утащила. Даже благородного, который ей помешать хотел, прям в окна вкинула. И хоть вокруг сотня людей стояла, никто ничего ей сделать не смог.
— Я слышала — возразила Аури — Что никого она не выкидывала. За ней гнались, и один из преследователей сорвался и упал на землю.
— А, чепуха — махнул рукой возничий — Да разве б она от кого побежала? Ещё, говорят, она детей забирает. Раньше в счет долга брала, а потом к крови пристрастилась, и просто так ворует.
Валери сделала гигантское усилие, чтобы на секунду побороть свой смех.
— Вот падлюка! — вскрикнула девочка — И как таких только земля носит! — после чего уткнулась в борт повозки, беззвучно хохоча. Айрин со злостью пихнула подругу локтем в бок, но это не помогло.
— И то верно, госпожа — не оборачиваясь, согласился Клермон — Хотя бывают и пострашнее создания. Лесной дьявол, например, или стрыга.
— Странные сравнения — не выдержала Аури — Эти твари совершенно точно нападают на людей. А о Девочке из Бездны только слухи да разговоры ходят. Вот вы лично видели хоть одного убитого ею?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не видел — спокойно ответил Клермон — Так я и от стрыг с дьяволами мёртвых не видел. Разговоры, говорите? Так-то оно так, да вот люди точно знают, что на кровь её тянет. Говорят, когда наших раненых в Визвотер начали привозить, Девочка-то отсюда пропала. Зуб даю, она там себе добычу искала. И не видели её до самых недавних пор. Аккурат пока война не закончилась. А вот сейчас объявилась — и еще злее стала, каждую ночь промышляет.
Аури шумно втянула воздух. Валери, только начавшая отходить от смеха, при этих словах снова зашлась в беззвучном хохоте, колотя кулаком себя по ноге.
— Что, напугал я вас? — бросил возничий через плечо, не отрывая взгляд от дороги — Да не бойтесь, она лишь в городе промышляет. У нас в полях её ни разу не видели.
За этим разговором они и подъехали к дому Мишон. Это был добротное двухэтажное строение, сияющее свежей побелкой. Неподалеку виднелись сараи, навес и загоны и на секунду перед Аури встал другой двор, давно покинутый. Отгоняя воспоминания, Айрин встряхнула головой и направилась в дом, по дороге ещё раз толкнув в бок улыбающуюся до ушей подругу. На пороге дома их уже встречала мама Валери.
Аделина — Мари до сих пор оставалась молодой и красивой женщиной. Волосы её были чуть темнее, чем у дочери, зато глаза — ровно такими же глубокими и темными. Спокойная, приветливая, она с улыбкой встретила девочек и, услышав просьбу дочери о Аури, ответила, что лишь отец может решать такие вопросы. После чего повела детей ужинать.
Старуха Наргиз, заботясь о своем теле, готовила неплохо. В Визвотере еда была хуже, но её давали от пуза. А в доме Валери сошлись все звезды — еда была вкусной, и давали её без счета. А еще — она была разной. Тушёное мясо. Ветчина. Жареное мясо. Каши — тыквенная и рисовая. Даже хлеба было два вида — буханка и маленькие булочки. А вафли! Аури, попробовав одну, тут же умяла ещё три — они были великолепны. Валери с удовольствием наблюдала, как подруга поглощает еду. Когда та, обильно запив всё съеденное, откинулась на стуле, с трудом переводя дыхание — Валери почувствовала, что не может убрать довольную улыбку с лица.
— Ты чего? — подозрительно спросила Аури, глядя на улыбающуюся подругу.
— А, так. Как придёшь в себя, пойдём у меня посидим.
— Так это я и сейчас могу — Аури с трудом поднялась, держась за спинку стула, и, поблагодарив Аделину за ужин — «Я в жизни не забуду, как у вас тут здорово кормят!» — отправилась за Валентиной на второй этаж. Там, за резными дверьми из светлого дерева жила Валери. Она распахнула перед Аури обе двери, и шутливо поклонившись, жестом пригласила войти.
— Прошу.
Комната Валери по размеру была даже больше той, где жили работницы на фабрике. В дальнем конце стояла словно бы воздушная кровать, на которой можно было спать поперек. На полу лежал пушистый красный ковер с узорами. На потолке висела люстра с несколькими фонарями. Вдоль стен стояли столы и шкафчики, и будто бы их не хватало, две полки крепились у дальней и ближней стены. Всё было выкрашено в светлые тона, голубой вперемежку с белым и розовым, и в лучах солнца, светившего сквозь высокие окна, выглядело поистине волшебно.
— Свет меня забери! — потрясенно прошептала Аури, осторожно ступая по ковру и оглядывая комнату — Да у тебя же тут как у принцессы!
— Да брось — отмахнулась Валери — А ты разве здесь не была? На дне рождения?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Нет — ответила Аури, продолжая оглядываться — Мы же в саду отмечали. Это что, оружие? Это настоящее оружие?!
Перед ней лежало великолепное ружье. Короткое, с прикладом из благородного дерева, украшенное затейливой вязью, оно казалось украшением.
— Ага! Я из него прилично стреляю.
— Здорово! — воскликнула Аури.
— Пустяки — ответила Валери — Какой с этого толк? Отними у меня это ружье — и кто я без него? Что смогу?
