будет находиться над горизонтом, — утешил братьев Робинсон.
При последних словах Винс подпрыгнул, налетел всем телом на стол, опрокинул его и выбил пирата из кресла. Кресло с глухим стуком повалилось на застеленный ковром пол. Ваза, стоявшая в стенной нише, закачалась и упала. Ударившись об стоявшую ниже статую, она разбилась на тысячи мелких осколков.
Винс, слегка помятый столкновением со столом, с трудом поднялся на ноги.
Вернон перепрыгнул через стол и исчез за ним. Винс тут же последовал за братом. Вернон и Робинсон сцепились на полу в клубок, из которого на мгновение появлялась то чья-то рука, то нога.
Винс включился в борьбу. Его руки дотянулись до могучей шеи пирата и как тисками сдавили горло.
В коридоре послышался топот ног.
— Быстрее! — крикнул Винс. — Прием, которому учил нас Кан!
Вернон молниеносно вскочил на ноги. Потом резко опустился и, навалившись всей тяжестью своего тела, надавил коленом на поясницу Робинсона. Винс, пальцы которого, как стальные щупальца, все еще обвивали горло врага, дернул тело пирата вверх и назад, вложив всю свою силу в этот решающий рывок. Послышался резкий хруст, позвоночник переломился.
Винс ослабил хватку, и тело рухнуло на пол.
Тут вышибли дверь. Братья одним движением перепрыгнули через стол и оказались в центре круга из дюжины пиратов, прежде чем те успели пустить в ход оружие. Работая кулаками, как поршнями, Винс и Вернон бросились в атаку. Схватка перемещалась по комнате из угла в угол. Пираты боялись использовать оружие в таком тесном помещении.
Винс рассчитался со своим первым противником точным ударом в висок, но следующий удар смазал — кулак неловко скользнул по гранитному подбородку другого пирата. Потом кто-то сильно ударил Винса в грудь, но он достойно ответил, сшибив нападавшего с ног. Следом на голову Винса опустился кулак чудовищного размера, едва не повалив его на пол. Пока он силился прийти в себя, другой удар припечатал его к стене. Перед ним замаячило чье-то лицо, и Винс с размаху поразил цель. По физиономии расплылось красное пятно, и она исчезла из поля зрения. Потом последовала череда кулачных ударов… сильных ударов…
Винс поймал взглядом Вернона, которого окружили посередине комнаты со всех сторон; увидел, как отключился один из пиратов, когда брат попал ему кулаком в горло; потом заметил, как брат упал — кто-то ударил его сзади. И снова на Винса посыпались удары, от которых он не мог уклониться, как ни старался… тупая боль, вспышки света в голове и потом… ничего.
Винс очнулся, и глаза ему резанул яркий свет электрических лампочек, голову пронзала пульсирующая боль. Собравшись с силами, он сел и огляделся вокруг.
Все члены экипажа «Звездного скитальца» толпились в комнате, сжимая в руках оружие. В нескольких шагах от него Вернон пытался подняться с пола.
Потом, неуверенно переставляя ноги, брат направился к нему. Винс, превозмогая боль, заставил себя встать и встретился взглядом с Верноном.
— Неплохая была потасовка… пока она продолжалась, — криво усмехнувшись, сказал Вернон.
Винс заметил, что у него недостает одного из передних зубов, а вокруг рта запеклась кровь.
— Наша последняя добрая драка, братишка, — произнес он.
Пираты взяли пленников в плотное кольцо и с тревогой следили за ними.
— Почему они не разделались с нами, братишка? — спросил Винс.
— Распоряжение Робинсона, — объяснил Вернон, — он жив.
— Как это?!
— Робинсон жив.
— Что ты несешь?! — возмутился Винс, — Впервые слышу, чтобы человек остался в живых после приема Кана.
— Его так просто не убьешь. Робинсону на роду написано быть повешенным.
Среди пиратов, окружавших Дрейков, возникло какое-то движение. Они разомкнули круг, чтобы дать пройти в центр еще двум головорезам. Эти двое несли на сцепленных руках покалеченного человека.
Робинсон взглянул на братьев взглядом, полным страдания. Ноги его беспомощно болтались, будто отчаянно, но без всякой надежды стремились дотянуться до пола. Лицо пирата превратилось в перекошенную болью и злостью маску.
— Вы собирались убить меня! — взвизгнул он.
— Мне очень жаль, — сказал Винс.
— Жаль?!
— Жаль, что не удалось.
Робинсон пробормотал что-то себе под нос.
— Бредит, — прокомментировал Вернон, а Винс кивнул.
Но они ошибались.
— Крепкие орешки, — бормотал Робинсон, — но ничего, одни на астероиде, без корабля, вы быстро сломаетесь. Плохо, что меня здесь не будет, когда вы станете драться из-за третьего баллона с кислородом, что я не смогу услышать, как вы будете жалобно скулить, видя свой корабль так близко… и в то же время так далеко. Да, очень плохо, что я не могу подождать, чтобы увидеть вас сломленными, уничтоженными.
Руки Винса, хоть и опущенные вдоль туловища, непроизвольно сжались в кулаки, и он сделал шаг вперед по направлению к пирату.
— Слушай, Робинсон, тебя самого уже больше не будет. Ты просто жалкий калека. Ты никогда снова не встанешь на ноги. Нет на свете человека, который сможет вылечить тебя. У тебя сломан позвоночник… жизнь твоя висит на волоске. Каждую оставшуюся минуту ты будешь сознавать, что всего один неудачный поворот, одно неловкое движение могут отправить тебя в вечность. Надеюсь, с божьей помощью ты проживешь до ста лет, ежесекундно испытывая страх смерти.
— Это ты сломленный человек… бесполезная, выпотрошенная ракушка, — поддержал брата Вернон. — Эти руки переломали тебе кости… сломали тебя… И я чертовски рад, что нам удалось это сделать… Ты глумливая, низкая свинья!
— Уведите их, — распорядился Робинсон.
Пираты подскочили к Винсу и Вернону, скрутили им руки за спиной и поволокли к выходу.
Близнец показался над горизонтом кувыркающегося мира.
Два человека сидели на гребне каменистой гряды, обняв друг друга за плечи, и смотрели на астероид. На фоне его тусклого свечения серебристым пятнышком выделялся знакомый силуэт — «Орленок».
— Посмотрим на него в последний раз, — сказал Винс, — Вряд ли у нас хватит кислорода, чтобы дождаться, когда астероиды снова обернутся друг вокруг друга.
— А что нам делать с этим? — Вернон ткнул носком ботинка запасной баллон с кислородом.
— Ты сам знаешь, что нам с этим делать.
Вернон кивнул.
— Однажды о нас напишут в газетах, и наша история потрясет мир, — сказал он, — если, конечно, нас когда-нибудь найдут. Два мертвых человека в космических скафандрах с полным кислородным баллоном у ног. Загадка: почему ни один из них не воспользовался кислородом?
— Я должен что-то сказать, — прервал брата Винс, — Трудно подобрать слова. Стоит ли вообще говорить об этом своему брату… ну, ты понимаешь, каково это.
— Конечно. Лучше ничего не говорить. Я чувствую то же самое.
— На тебя можно положиться, — сказал Винс.
— На тебя тоже, — ответил Вернон.
— С тобой и умереть не страшно, братишка. Я всегда представлял себе, что
