все эти знания, Кселай не заметил, как наступило утро. Но что самое странное, сарином не ощущал усталости. Сна не было ни в одном глазу, и он был готов приступать к своим обязанностям псара в любой момент. И очень скоро это понадобилось. Вызов был в Зактарисе. Говорили, что там бушевали неопределённые формы магии, но их след простыл, как словно их и не было вовсе. На этот раз вместе с Кселаем направился сам Зандр. Как он объяснил, это дело звучит довольно серьёзно и тут может понадобится наибольший опыт и умение. Пока они добирались до земель Зактариса, Кселай поинтересовался, увидят ли они хранителя той страны – Хахо́ра. На что Зандр сказал, что Хахор обычно не вмешивается в дела сенонцев, а лишь защищает земли и проводит испытания ктиоханина. Но Кселай – новый псар. Возможно, Хахор заинтересуется этим и встретит их лично. Так и оказалось. Когда они приблизились к границе между Зентерисом и Зактарисом из-под земли вырвался здоровенный чёрный дракон, облачённый в шипастую чешую, словно в броню. Он вперил свои жуткие глазища в Зандра и произнёс:
- Что это я вижу перед собой. Тебя, Зандр, я знаю, а вот что за самозванец с тобой? Неужто псары кольера не заметили, как в их ряды затесался чужак?
Зандр ответил:
- Пусть Йор и дальше благословляет тебя, Хахор. Ты прав, среди нас чужак, но он не самозванец. Кехенталет одобрил его кандидатуру на роль нового псара. Это Кселай, он бежал из мира, который атаковали ратарды и нашёл тут убежище. Он на деле показал, что способен распутывать сложные загадки и…
Не успел Зандр договорить, как Хахор перебил его:
- Твоя мысль мне ясна, но может быть, пусть этот человек сам расскажет о себе, а я послушаю его рассказ.
- Да будет так, Страж Зактариса.
После этого псар дал слово Кселаю. Сариному пришлось коротко рассказать о себе. Выслушав слова Кселая, дракон произнёс:
- Чувствую я, что не врёшь ты, но и не всю правду рассказал. Знает ли кольер, что не намерен ты тут задерживаться надолго и при первой же возможности покинешь этот мир? Конечно, не знает. Да и не к чему ему это, правда? Ну что ж, вижу я, что ты действительно достоин. Если благодаря тебе эти земли станут спокойнее, мне от этого только польза.
После этого он одним лишь взмахом крыльев вспорхнул высоко в небо, после чего резко развернулся и провалился под землю, оставив за собой лишь груды камней и пыли. А Зандр и Кселай направились дальше.
Если в Октарисе Кселаю был необходим пузырь, чтобы можно было дышать под водой, то в Зактарисе он был вынужден использовать респиратор, который он так предусмотрительно взял с собой. Из-за того, что воздух был перенасыщен пеплом и серой, дышать тут было невозможно. Чародеям легко – они благодаря магии могли обеспечивать своё тело питанием без необходимости вдыхать. Но так они лишали себя возможности наслаждаться запахами и предчувствовать беду благодаря обонянию. Но такова суть сенонцев – они в каждое дело погружаются всей своей сущностью. Когда Кселай и Зандр всё же добрались до места, то смогли приступить к изучению обстановки. Дело, что они тут расследовали, и вправду было сложным. Видны были отголоски действия посторонних сил, но дом, в котором всё это произошло, выглядел так, словно тут десятки лет уже никто не жил. Зандр заметил:
- Теперь понятно, почему они сказали, что след магии быстро исчез. Здесь использовалась не стихийная магия, а сенонцы не очень сильны в этом. Вот, след ещё висит, но для них он уже не так заметен.
Немного помолчав, он продолжил свои слова, размышляя о разных видах воздействия магии, чтобы понять, какая именно могла иметь подобный эффект. Кселай же старался вникнуть во всё своим всепрозревающим взором. Да, следы воздействия тут были, но они будто происходили когда-то давно. Магию манипуляции над временем в Сеноне не практикуют, а пришельцев из других миров в этом районе не наблюдали. После нескольких тщетных попыток что-то понять псары решили провести допрос местных жителей и очевидцев. Все, кого следопыты расспрашивали, были очень недовольны тем, что их отвлекают от их дел. Очевидно, сказывалось агрессивное воспитание зактаров. Хотя все и заявляли, что не знаю об этом происшествии ничего, а лишь видели, как из этого здания выбираются какие-то странные потоки энергии, всё же кое-что Кселай своим даром смог определить. Двое очевидцев хотя и говорили правду, всё же словно что-то не договаривали или о чём-то подозревали. Когда Кселай сообщил об этом Зандру, то этих двоих вызвали на повторный допрос. В ходе разговора всё вновь повторилось – они говорили чистую правду, так что и опыт Зандра и дар Кселая не обнаруживали в них ничего, но всё же что-то странное в них было. Тогда глава псаров пришёл лишь к одному выводу:
- Придётся вызывать монда.
Сообщив навулу всё, что удалось узнать, псары отдали расследование местным и вернулись восвояси.
Кселай не мог дождаться того момента, когда он сможет снять респиратор. Хотя он потратил только половину заряда дыхательной маски, всё же было бы неплохо восполнить запас, ведь неизвестно, сколько ещё раз ему придётся являться в эту страну. Уточнив у Зандра, кто мог бы помочь ему с этим, Кселай выяснил, что проще всего обратиться к Йимиру. Ведь никто не должен быть в курсе, что среди псаров появился новый, да ещё и не обладающий магическими способностями. Сарином именно так и поступил. Объяснив, что ему нужно и зачем, Кселай показал свою маску. Но Йимир сделал даже больше, чем надеялся зомартянин – он зациклил магические потоки внутри маски так, что воздух будет генерироваться там напрямую из эфира, и её никогда не нужно будет восполнять. Это было довольно полезное дополнение респиратора. Йимир предупредил лишь о том, что если вдруг Кселай окажется в зоне нематериализации эфира, то этот эффект перестанет действовать до тех пор, пока он не покинет её. Поэтому, не стоит задерживаться в подобных местах. Кселай принял это к сведенью. Весь оставшийся хаво́р для саринома не было новых дел, поэтому он занялся доработкой чертежей. Одно из устройств, которое было необходимо не обладающему магией жителю – это конечно же прибор для перемещения, чтобы не просить каждый раз очередного чародея быстро доставить его куда-либо. Но даже обычный телепорт размером с человека требует сложнейшей конструкции, которую далеко не все учёные способны понять, а уж тем более как объяснить
