Читаем без скачивания Часовщик - Пётр Макаров

  Нет худа без добра, с этого дозора я поимел по паре сабель и луков с небольшой татарской банды. Наивные люди, думали, если нас весной крепко приложили, так и граница не на замке? Княгиня Елена, конечно, не отличается благонравием и смирением, скорее даже, резка, как пистолетный порох, но в глупости её не уличить. Пополнила тульские вооруженные силы москвичами, есть кому и границу стеречь, и крупное войско встретить. Впрочем, ради этой банды всего лишь заставу и подняли - да и вырезали поголовно.

Глава 19 Зима 1535 - 1536

Зима выдалась, скажем так, насыщенной. Едва успел вернуться - приехал приказчик от Федора Яковлевича, привез заказы и латунь - 'желтую медь' на часы. А у меня станки крутить нечем, мельницы еще не заработали. Плотины и сараи стоят, даже деревянные детали привода есть, но нужны опоры, сборка и регулировка. Вывернулся в стиле позднего капитализма, заняв под будущую оплату на развитие производства. Задолжал, кажется, всем окружающим, кроме воеводы - друзьям-помещикам денег, а крестьянам - всевозможный инструмент. Ну, и впрягся в работу. На старом месте дом, сари и ограду поставили быстро. Сам дом только немного до ума довести пришлось, этим Катерина озаботилась через месяц после налета. А непосредственно после налета же, дед Дмитрий заново организовал заготовку леса. Со строительной древесиной здесь не очень просто - леса в основном лиственные, сосны немного.

  И пошла работа зимой - мельница, часы, домница-блауофен, конвертер, молот. Нужно всё и сразу, плюс тысяча и одна мелочь. Плюс учеба присланных друзьями холопов стрельбе, и своих подручных - работе на станках. И сына - грамоте. Не беглому чтению и письму, конечно, а буквам. Может и рановато, но развивает память. Наделал кубиков с буквицами, хотел было одному деревенскому умельцу отдать, чтоб картинки нарисовал, а тот неграмотный.

  Сам не ожидал, но к Рождеству 'промышленный гигант' заработал. Правда, для этого пришлось припахать всю деревню, считая ребят, кто постарше. Соблазнить мир-общину на ударный труд удалось обещаниями 'легендарного' товара - железных плугов. Не всем, понятно, они достанутся, а по одному на три семьи. Остальным - ножи, топоры и прочий универсальный инструмент. Который еще сделать надо. Сразу скажу - успел к весне. Вообще после Рождества стало полегче, как конвертер заработал. Сталь конечно, не клинковая, и для брони тоже не годится, но для большей части хозяйственного инвентаря вполне приемлема. После Рождества понесся в Москву, сговорил там продаться двоих отчаянных ребят. Вернувшись, принялся за доспех-'обманку' и анализ свойств стали из разных варок и продувок. Пошло с трудом, очень уж непросто контролировать составы присадок, исходники зимой добывают. Вроде и греешь, и сушишь, и руду обжигаешь - всё равно разброс свойств большой. Первую сталь, действительно пригодную для пружин и сабельных клинков, получили перед самым смотром.

  Жаль, Василий в усадьбе остался. Для представления, что на смотре вышло, мы с ним вместе работали. Но у лучшего моего помощника работы по горло. Нужно доводить до ума практически всю кинематику, готовиться к летней стройке, ремонтировать кое-что. Савву бы еще оставить - но тогда воевода может и смотр не зачесть. Пахари, особенно те, кто заполучили вожделенные железные плуги, продаваться не стали. Ну и ладно, будет больше хлеба.

  Собственно, смотром я воспользовался как поводом к представлению небольшой чугунной пушечки. Ствол литой, под картечь, расточен довольно грубо - только литейную корку ободрали. Вес отливки ствола - двенадцать пудов, калибр три английских дюйма, заряд - стакан-корзинка с картечью. Можно было бы и полегче изделие сваять, но очень уж медленно та же сталь пока куется - водяная мельница, прямо скажем, по мощности до Днепрогэса не дотягивает. Так что вместо относительно легкого кованого стального ствола, пришлось лить чугунный.

  Воевода и те помещики, что побогаче, не разъехавшиеся на винопой, поглядывали сначала весьма скептически. Само понятие полевой пушки здесь подразумевает отнюдь не орудие, сопровождающее непосредственно боевые порядки пехоты, и способное открыть огонь в течение десяти секунд с момента выхода на позицию, как гвардейская конная артиллерия XIX века. Скорее, это средство для обороны лагеря и удержания укрепленных позиций. Еще из засад их применяют, но не часто. Причины просты - малая подвижность и высокая цена. Ну и скорострельность невелика, выстрел раз в пять минут - почти фантастика.

  Вот эту фантастику мы с Саввой и продемонстрировали. Выкатили специально облегченный до предела лафет-станок, отцепились от передка с зарядным ящиком, развели станины, расчехлили ствол - и 'погнали наши городских'. Калильная свеча, на которой греется запальный прут, вспыхнула в кованом резном стаканчике, легли в опрокинутый ствол по порядку картуз с порохом, пыж, картечный заряд, и еще один пыж. Поворот ствола... БА-АМ! Пушчонка рявкает громко, благодаря короткому стволу и намалому калибру.

  - Порвет ствол-то, ненадежно железо. - Епифан, местный эксперт по пушкам, пользуется случаем показать свое разумение не только воеводе, но 'лучшим людям'.

  - Твоих же две мерки на пробу заряжал, как отлил, не рвануло. А как обустроюсь получше, так стальную сделаю, еще надежней будет.

  - В пушкари переписаться хочешь, Олег? Поспокойней службы ищешь? - воевода, удрученный малочисленностью вышедшего на смотр ополчения, глядит сурово. Чувствую, немногие летом на легкие направления пойдут, а откупиться и вовсе вряд ли у кого получится.

  - Даже и не думал о том. Уж в крепости сидеть - точно не по мне. Вот ежели кому за тын пищаль нужна, могу сделать. Или для войска княжьего. Ты сам видал, заряжать недолго, может, будет и на походе польза какая. И прислугу под такую пищаль выучить можно, дело недолгое, если не учить зелье готовить. Главное, найти помоложе и с разумением, чтоб без рук в первый год не сотались.

  - Что за пушкарь такой, что зелье сам готовить не умеет? - воевода с Епифаном выразили удивление почти хором.

  - Да сколько того зелья надо-то, для тюфяка затинного? Даже если и быстро палить, всё равно у городского пушкаря купить лучше. Хоть опаски поменьше будет, чем если в поместье зелье мешать.

  - А на полк в походе? Зелья-то много уйдет, как в дело ввяжемся. - воевода, чувствуется, проникся идеей. Еще бы - будь у нас прошлым летом хоть пяток таких скорострелок - еще неизвестно, кто кому накидал бы.

  - Да тем более, посадить одного умельца, лучшего, а остальных войсковых - в науку к нему. И зелье одинаковое будет, кстати, меньше заряд подбирать. Я вот, считай, всё расстрелял, так у Епифана же и прикупить хочу.

  - Вот же поднял тебя, Олег, на свою голову, с кузницы. Прямо змей-искуситель. И пушки в крепость нужны, и от службы, даже и в обмен на них, тебя только дума освободить может. - совещание продолжалось вечером уже в узком кругу, в воеводских покоях. Епифан, метнувшись к себе, выволок еще пороха на пробу, отстреляли тюфячок двойным зарядом, заодно 'авторитет' сам поучаствовал в скоростном заряжании. Отходил от пушки задумчивый.

  - Так на зиму закажи, воевода, к следующему смотру сделаю. Летом, уж извини, надо мельницы ставить, чтобы большие пушки добрые делать.

  - Малую-то неплохо сработал, а с большими что?

  - Воевода, большая пушка, ежели её из чугуна лить, совсем неподъемна будет. Хочу из стали своей сделать. Чтобы за конницей шли, и не отставали. Наверное, и малые так же попробую.

  - И сколь такая пушка стоить будет? Ты за доспех, помню, такую цену называл, что не всякий и поднимет.

  - Доспех-то работы потоньше требует, да и конь под седло нужен непростой. У кого один-два двора, такого коня просто не купит, даже если ему доспех даром сделать.

  - И сколь за пушку хочешь?

  - Тут чугуна дюжина пудов, да работа... думаю, рублей восемь новых, если только жерло брать.

  - Не очумел? Чугун твой только на пушку и годен, а ты как за добрую сталь считаешь!

  - А стальное, думаю, не дороже будет. Работы побольше, но стенки у жерла потоньше получатся, и оно всё полегче выйдет.

  - Как же быть-то? - воевода, виданное ли дело, аж за голову схватился.

  - Сколь тебе времени на один тюфяк потребно?

  - Если заказ на десяток хотя бы, то седмицу, на каждый. Ну и зелье, испытывать. А по одному ежели, так вполовину побольше.

  - Пока снег не сойдет, поставишь два жерла, вместе со станинами и прибором. И не говори, что не успеешь, я тебя знаю, наверняка с запасом говорил. Зелье у Епифана на пробы возьмешь. Ежели из этого хрупкого чугуна добрые пушки получатся, возьму тебя в большой полк. На самом деле будешь у себя работать, чтоб стальные к осени сделал. И еще за до снега в Тулу шесть штук поставишь. Тогда в Москве замолвлю за тебя слово. Идите, с Епифаном о зелье договоритесь.