В старости?
Я потрясла головой, отгоняя эту мысль. Потому что ну никак не могла представить себя старушкой рядом со старичком Костей. Не могла представить, что у нас будут дети, внуки. Я вообще не хотела детей. Но если получится… что делать, попытаюсь полюбить своего ребенка. Чтобы не быть такой матерью, как моя.
Я поморщилась, вспомнив, как она звонила мне полгода назад. Говорила, что была не права. Ну да, Виталик-то от нее ушел. К молодой девке. Я просто нажала на отбой и закинула ее номер в черный список.
Ну уж нет, такой я точно не буду. Никогда.
Выключив свет, я вернулась в комнату и забралась в постель.
Пусть все идет так, как идет.
Сева
— Сев, у меня к тебе серьезный разговор, — сказала Элька, когда вечером мы лежали в постели.
— Уже страшно, — проворчал я. — Может, не надо?
— Сева, ну я серьезно, — она села и посмотрела исподлобья. — А у тебя все хиханьки.
— Надеюсь, ты не беременна? Если да, то это не я. Ты всего-то три дня как приехала.
— Дебил!
Ну спасибо хоть не сволочь. Уже приятно.
— Ладно, извини. Просто ты и «серьезно» как-то не очень монтируется.
— Только не отказывайся сразу, хорошо? Давай поженимся?
— Хрм… — хрюкнул я подушку. — И это ты называешь «серьезно»?
— Да подожди ты! — она шлепнула меня ладонью по спине. — У тебя рабочая виза. А мне туристическую еле-еле дали. Если поженимся, я смогу получить долгосрочную, как член семьи. Ну а потом можно и на гринку замахнуться при благоприятном стечении обстоятельств.
— То есть ты мне предлагаешь фиктивный брак, Эля? — я повернулся к ней. — А ты знаешь, какой пизды за это можно схлопотать, если поймают?
— Да почему поймают-то? Ну да, там, конечно, проверки всякие. На фиктивность. Но мы все-таки не чужие люди. В постели вон одной спим. И не только спим. Снимем квартиру побольше, чтобы друг другу не мешать.
— То есть тебе прямо так хочется в Штатах жить?
— А ты, можно подумать, сейчас в Магадане живешь?
— Эля, я здесь живу, потому что предложили хорошую работу. И не факт, что останусь навсегда.
— Ну так развестись не проблема, если что. Ты уедешь, я останусь.
— Слушай, давай завтра об этом поговорим? Я спать хочу. Вставать рано.
На работу я добирался больше часа. Выйти из дома хотя бы на пятнадцать минуть позже — встать в пробках. А за опоздания нещадно штрафовали.
— Хорошо, — покладисто согласилась Элька, сообразив, что давить в этом вопросе не стоит. — Спокойной ночи.
Она отвернулась, утащила на себя две трети одеяла и засопела. Пристроившись под оставшимся клочком, я пытался уснуть, но не получалось.
Ее предложение для меня особой неожиданностью не стало. Точнее, не стало в той части, что она захотела перебраться в Штаты на ПМЖ. Это сквозило в нашей переписке с самого моего переезда. Легким таким фоном: ох, как я тебе завидую, я бы тоже хотела. Неожиданностью было то, что она выбрала меня средством передвижения. Потому что о каких-то там чувствах между нами вопрос не стоял. Это был тот самый пресловутый onlysex. Вполне годный. Но не более. Весь этот год я не скучал по ней. Отношений после Карлы больше не заводил, встречался с девушками — так, пара-тройка свиданий, легкий перепих. Американки мне вообще не особо нравились. Наверняка и у Эльки кто-то был, вряд ли скучала в одиночестве.
На последнем курсе я сблизился с одногруппником Диего из Мексики. Мы вместе учились по программе и оба остались заканчивать бакалавриат. Как и я, он хотел заниматься играми, а еще — о чудо! — играл в покер. Слабенько, но играл. Мы даже начали вместе писать то самое приложение под айфон, но Диего катастрофически не хватало времени, которое отжирали многочисленные подружки. Он слился, и я понемножку ковырялся сам, если выпадала свободная минутка.
— Сэв, хочешь работать в ЕА? — спросил Диего, когда мы готовились к выпускным экзаменам.
— Пойа, какой дурак хочет работать в ЕА? — рассмеялся я.
— Без стеба. Мой американский дед там не последний человек. Меня место уже ждет. Могу и за тебя замолвить словечко.
— Буду признателен, — сообразив, что он не шутит, я сразу посерьезнел.
— Нужны все твои работы по программе университета, копия диплома, когда получишь, и вообще все, что имеет отношение к IT, вплоть до школьных оценок.
— У меня несколько призовых мест на школьных олимпиадах.
— Все годится.
После выпуска я отправил свое приданое на почтовый адрес, который дал Диего, и через неделю со мной провели виртуальное собеседование. Четверо солидных мужиков в костюмах целый час пытали меня по скайпу, после чего прислали приглашение для американской рабочей визы. К счастью, моя испанская студенческая еще не закончилась, поэтому особых проблем не возникло. В сентябре меня ждали в Калифорнии. Диего, уехавший туда сразу после получения диплома, пообещал подыскать в Редвуд-сити недорогое жилье.
Не успел я расслабленно выдохнуть, как на голову неожиданно свалилась Элька. То есть отец с мачехой, конечно, были в курсе предстоящего визита, но мне сообщить не сочли нужным. Узнал я об этом в формате «а кстати, послезавтра прилетает Эля, придется тебе, Сева, на чердак перебраться».
За два года она повзрослела, похорошела и обзавелась новым эротическим гардеробом. И шепнула мне после ужина:
— Я приду ночью.
Подразумевалось, что мы продолжим с того самого места, на котором закончили. Будто просто встали на паузу. Бурного желания с голодухи, как раньше, я не испытывал, но и особых возражений этот анонс тоже не вызвал. Элька действительно пришла, и мы неплохо покувыркались, а потом, как и в первый раз, продолжали это дело целый месяц при любой возможности.
Уезжая, она сказала, вроде как в шутку:
— Устроишься там, пришли мне приглашение.
— Давай сначала устроюсь, — отмахнулся я.
Забыл сразу же, но она напомнила. Раз, другой. Я плюнул и оформил. И вот пожалуйста… Сева, давай поженимся.
Внутри словно комар зудел, напоминая о том, как я сделал предложение Машке. Бывают такие воспоминания, которые хочется вытряхнуть из головы. Зажмуриться покрепче — и трясти башкой, трясти, пока не высыпется через уши.
Не думать об этом. Не вспоминать…
Я вообще не хотел больше думать о ней. Потому что боль никуда не ушла. Она просто спряталась глубоко — но высовывала морду с острыми зубами всякий раз, когда я о ней вспоминал. Или слышал имя Маша. Мария. Мэри…
Глава 27
Глава 27
Маша
Когда я думала, что у меня все плохо — а такие мысли иногда пробегали, — я напоминала себе, что у Марго все намного хуже, но она держится. Хотя я не представляла как.
Ребенка она потеряла на шестом месяце. Фактически это были уже настоящие роды. Терпеть все эти муки, зная, что рожаешь мертвого младенца… Врагу такого не пожелаешь.
После этого Марго еще почти месяц лежала в больнице с какими-то осложнениями. Муж навещал ее, но она сказала мне, глядя в потолок:
— Маша, я ведь вижу, как он на меня смотрит. Иногда так и хочется помочь: «Иди, Миш, не мучайся». Врачи говорят, что вряд ли я смогу родить сама. Предлагают суррогатное. Или усыновить. Но он не хочет.
Я не знала, как ее утешить. Могла только выслушать и посочувствовать.
Что касается меня… я словно впала в какое-то оцепенение. Как лягушка в анабиозе. Прозрачная, холодная. Ледяная. Такое со мной уже бывало — когда Севка уехал в Испанию. И только, казалось бы, начала приходить в себя, как узнала, что он женится.
Ну и пусть, говорила я себе. Какое мне дело? У него давно своя жизнь, у меня своя. Скоро выйду замуж… — тут я косилась на палец с кольцом, как будто оно одно и подтверждало факт наличия жениха. Косилась и с удвоенной энергией убеждала себя, что мне абсолютно наплевать.
С Костей у нас все шло ровно и гладко. Спокойно. Без страсти, да. Зато без ссор. Встречались, разговаривали, ложились в постель. Планировали какое-то общее будущее. Но в целом учеба для меня стояла на первом месте. В нее я привычно пряталась от всего.
