Кателла, как и свойственно ревнивым, забыла, кто все это говорит, и не разглядела подвоха — она тотчас всему поверила, сопоставила с этим некоторые случаи, имевшие место в прошлом, и, воспылав гневом, ответила, что так и сделает, и так его устыдит, что он будет вспоминать о том всякий раз, когда ему захочется поглядеть на женщину.
Тогда Ричардо отправился к одной женщине, державшей бани, и та приготовила одну темную комнатку без окон.
Меж тем Кателла, выслушав Ричардо и слепо ему поверив, вне себя от возмущения возвратилась вечером домой, а Филиппелло в тот день был занят своими мыслями и случайно не обнаружил той радости при ее появлении, которую обычно проявлял. Это и вовсе показалось ей подозрительным. «Уж верно, на уме у него та женщина, с которой предстоит ему завтра веселиться и наслаждаться, — сказала она себе. — Ну да не бывать же этому!» И всю ночь Кателла думала только о том, что она ему скажет после того, как побудет с ним.
На следующий день она отправилась в бани, и хозяйка провела ее в ту темную комнатку, где ее уже поджидал Ричардо. При виде Кателлы Ричардо заключил ее в объятия. Она, войдя в роль, обняла его и поцеловала, и все это молча, чтобы не выдать себя. Ричардо подвел даму к кровати, и на ней они весьма долго пребывали, от коего пребывания одна сторона получила больше удовольствия и наслаждения, нежели другая.
Когда же Кателла решила, что пора ей излить свое тайное негодование, то в порыве ярости воскликнула: «Как ты думаешь, с кем ты провел время? Я Кателла, а не жена Ричардо, бессовестный изменщик! Бедная я! Кого же я столько лет любила? Вот этого окаянного пса, который, полагая, что держит в объятиях другую, за короткое время подарил мне больше ласк и любви, нежели за все годы, что я принадлежала ему. Нынче ты был в ударе, шелудивый пес, а дома ты немощный, истощенный и слабосильный.
Тогда Ричардо, сдавив ее в объятиях так, чтобы она не смогла вырваться, обратился к ней с такими словами: «Не гневайтесь, душенька! Амур научил меня добыть хитростью то, чего я не мог добиться обычным путем: я ваш Ричардо».
Услышав эти слова и узнав голос, Кателла хотела было вскочить с постели и закричать, но Ричардо зажал ей рот рукой. «Сударыня, — снова заговорил он. — Что между нами было, того не поправишь. Если вы закричите, то ваша честь будет опорочена, так как люди скорее поверят мне, что вы прельстились на деньги и подарки, которые я вам предложил в обмен на это свидание. А во-вторых, скандал приведет к тому, что мы с вашим мужем будем драться, и или он убьет меня, или я — его, от чего вам не будет ни радости, ни пользы. Итак, моя ненаглядная, смиритесь, ибо на этот дерзкий поступок меня толкнула только любовь к вам, которую я готов подтвердить всеми возможными способами». И он принялся ее всячески улещать и умасливать и так просил, заклинал и ласкал, что через некоторое время она сдалась и помирилась с ним. Как скоро она познала, насколько поцелуи любовника слаще поцелуев мужа, ее суровость по отношению к Ричардо уступила место нежной любви. С того дня они еще не раз встречались, получая от этих встреч взаимное удовольствие».
По-видимому, самой старой историей, где ревность служит поводом для обмана, является легенда о гибели могучего Геракла. Ведь этого богатыря, полубога, победившего много страшных чудовищ, сразила, пусть и случайно, женская ревность.
Дело было так. У него была жена Деянира и возлюбленная Иола. Однажды кентавр Несс попытался посягнуть на честь Деяниры, но был убит Гераклом при помощи отравленной стрелы. Умирая, он дал Деянире коварный совет: собрать его кровь, которая якобы поможет ей удержать любовь Геракла. Та, мучимая ревностью и боясь, чтобы Геракл не ушел к Иоле, пропитала кровью Несса хитон и послала его мужу.
Она не знала, что для своих стрел Геракл пользовался сильнейшим ядом Лернейской гидры, который очень долго сохранял свою разрушительную силу. Надев на себя присланный женой хитон, великий Геракл умер, а Деянира в отчаянии пронзила себя мечом.
Использование благородных мотивов для обмана
Как утверждают психологи, каждый из нас в глубине души считает себя благородным человеком, способным на возвышенные поступки. Правда, жизнь, не всегда дает нам возможность проявить эти глубоко скрытые черты, но тем хуже для нее… Впрочем, жулики иногда предоставляют такой шанс, не бесплатно, естественно. Вот один из примеров, как это делается.
К прилично одетому мужчине, идущему вдоль дома, обращается милая молодая женщина в коротком халатике, с мусорным ведром в руке и в домашних шлепанцах на босу ногу. Она, мол, вышла вынести мусор, но дверь захлопнулась, и очаровательная незнакомка просит помочь ей ее открыть. В настоящее время она живет одна, так как муж в командировке. И ей не к кому обратиться за помощью, кроме как к такому благородному и сильному мужчине.
При этом она протягивает отвертку или стамеску, позаимствованную якобы у соседки.
Понятное дело, что мало кто из джентльменов может устоять против столь деликатной просьбы. Если, поковырявшись в замке, мужчина откроет дверь, то дальнейший сценарий обычно следующий.
Женщина начинает шумно выражать свою благодарность, причем выдает авансы, от которых мозги джентльмена слегка затуманиваются, а сердце начинает работать с удвоенной частотой. Дистанция между спасенной и спасителем постепенно сокращается до минимума, когда в квартиру влетает внезапно вернувшийся из командировки муж хозяйки с двумя объемистыми чемоданами. Следует короткая, но энергичная сцена, после которой джентльмен кувырком вылетает на лестницу. А дальше начинается самое интересное.
Любящие «супруги» быстро очищают квартиру, набивают те самые чемоданы и скрываются в неизвестном направлении. А милиция по отпечаткам пальцев на двери и описанию свидетелей ищет того самого случайного прохожего, который так некстати захотел помочь очаровательной незнакомке.
Какой же вывод можно сделать из данного случая? Автор не предлагает отказаться от помощи ближним и дальним, попавшим в беду, а только советует честно и пристально вглядеться в собственную душу в момент принятия решения. Джон Пирпонт Морган говорил, что у человека, как правило, бывают два мотива для всякого поступка: один — который красиво выглядит, и второй — подлинный. Подспудно мы всегда осознаем подлинный мотив, но не всегда открыто в нем признаемся себе и тем более окружающим. Ведь, будучи в душе идеалистами, большинство людей любят думать о тех мотивах, которые красиво выглядят, и здесь расчет мошенников безупречен: они предлагают совершить поступок, который удовлетворяет подсознательные низменные желания (познакомиться поближе с очаровательной дамой, муж которой в командировке) и в то же время облачен в одеяние благородного действия (помощь попавшей в беду женщине). Комбинация поистине сногсшибательная. Итог — незаслуженное обвинение по статье 158/2 — не менее впечатляющий. Особенно если настоящих жуликов так и не найдут, а хозяева ограбленной квартиры решат во что бы то ни стало получить от вас компенсацию за утраченное ценное имущество.
Использование сильных эмоций для обмана
Иногда для обмана человека достаточно его хорошенько разозлить, и он уже будет готов выполнить то, что хочется вам. Такой способ незаметно заставить человека сделать что-либо описан в древнекитайской притче с длинным названием «Приобретение наложницы путем измерения земли». Ее приводит X. фон Зенгер в своей книге «Стратагемы».
Рассказ повествует о юноше, который жил под опекой своего дяди. Дядя хотел иметь наследника, но по причине преклонного возраста своей жены не мог надеяться на это. По китайским обычаям того времени дядя имел право взять в дом наложницу и завести от нее ребенка, но такому варианту противилась тетя юноши, не желавшая видеть в доме молодую женщину. Видя печаль своего любимого дяди, юноша взялся ему помочь.
На следующий день с утра юноша взял портновскую линейку и стал мерить ею землю, начиная от дверей дядиного дома, и занимался этим так упорно, что тетка выглянула из дома.
— Что это ты тут делаешь? — спросила она.
— Я обмеряю участок, — спокойно отвечал юноша и продолжал свое занятие.
— Чего это ты вздумал обмерять наш участок? — поинтересовалась тетка.
— Тетушка, я готовлюсь к будущему, — уверенно пояснил парень. — Вы с дядей немолоды, сыновей у вас нет и, видимо, не будет. Значит, дом останется мне, вот я и хочу его обмерить, потому что собираюсь впоследствии перестраивать.
Разгневанная тетка не смогла ни слова вымолвить от такой наглости. Она побежала в дом, разбудила мужа и начала умолять его, чтобы он как можно скорее взял наложницу.
Другой сильнейшей эмоцией, пригодной для манипулирования человеком, является страх.
