– Что ж, это его право, – осторожно сказала Алиса.
– Нет – если его прихоть угрожает другим. У нас гостит посланница Службы, миссис Юфимия Маккей. Она говорит, что ваш кузен открыто провозгласил себя Освободителем из пророчества. Он разгуливает из края в край, призывая к религиозной революции.
– Эдвард?
– Похоже, что он.
– Ну, полагаю, у него были на это причины. – В воспоминаниях Алисы ее кузен был совсем еще мальчишкой, хотя в семнадцатом году она видела его весьма волевым молодым человеком. Он не сделал бы ничего необдуманного.
Мисс Пимм вздохнула.
– Я уверена, причины были, и должна признаться, мое присутствие здесь продиктовано по большей части простым любопытством. Мне интересно было бы узнать, что это за причины. Его отец был глубоко убежден, что ввязаться в эту игру было бы чудовищной ошибкой, и из того, что мне известно, я склонна с ним согласиться. Это совершенно неразумно. Миссис Маккей послана сюда, поскольку Служба серьезно обеспокоена. То, что делает Эдвард, может закончиться для всех катастрофой.
– Каким образом? – поинтересовалась Алиса. И почему это должно волновать ее? Более того, почему это должно волновать Эдварда? Служба не сделала для него ничего, только похитила в Соседство, а затем изо всех сил мешала ему вернуться домой. Она не понимала, почему у пего должны быть какие-то обязательства перед Службой. У нее, во всяком случае, – никаких.
– Мне кажется, больше всего они боятся того, что он потерпит крах, – задумчиво проговорила мисс Пимм. – В этом случае все, что они проделали до сих пор, будет дискредитировано. Это вполне обоснованная точка зрения. Я могла бы назвать и менее приятные последствия.
Алиса решила не продолжать эту тему. Ей не нравилось то, какой оборот принимает их беседа.
– Я рада, что он жив. Очень мило с вашей стороны лично сообщить мне эти новости. Спасибо.
И снова улыбка мисс Пимм была почти незаметной, но от этого не менее зловещей.
– Миссис Маккей прибыла в наш мир специально для того, чтобы попросить вас о помощи.
– Меня? Но как? Написать письмо… Нет, это ведь невозможно, верно? Моей помощи… чтобы я помогла Эдварду или попыталась остановить его?
– Второе.
– Но почему я? Не понимаю, какое отношение то, что он задумал, имеет ко мне.
– Или ко мне. Признаюсь, меня несколько раздражает то, что Служба постоянно взывает к нашей помощи в этом деле. Мы же избегали втягивать их в нашу борьбу с Погубителями.
Это замечание было настолько неуместно, что Алиса пропустила его мимо ушей.
– Он уже взрослый человек. Я доверяю ему.
– Я тоже. Именно поэтому мне так любопытно. – Это признание прозвучало трогательно. Мисс Пимм показалась почти… почти человеком… обычным человеком.
С минуту обе молчали. Разумеется, первой отвернулась Алиса. Она обнаружила, что ее чашка пуста, однако дойти до чайника, чтобы снова наполнить ее, было выше ее сил.
– Это совершенно абсурдное предположение. Чтобы я вмешивалась в его дела, пыталась повлиять на него, когда он знает ситуацию, да и весь этот мир гораздо лучше меня… Это совершенно невозможно. Я отказываюсь. Пожалуйста, объясните этой миссис Маккей… кстати, где она, миссис Маккей? – Алиса с опаской покосилась на дверь спальни.
– Я оставила ее лежащей на кровати в «Быке», в Норвиче. Она страдает от недосыпа, так как время суток в Вейлах не совпадает с нашим. Кроме того, она хотела позвонить по телефону. Значит, вы хотите, чтобы я передала Службе ваши извинения?
«Интересно, – подумала Алиса, – может ли хоть что-нибудь смутить эту грозную леди?»
– Передайте, что всем им место на живодерне.
Выражение лица василиска не изменилось.
– Эмоциональная реакция, если так можно выразиться, – именно та, которую я и ожидала.
Снова последовала пауза, на этот раз дольше. Мисс Пимм, казалось, чего-то ждала, хотя Алиса не могла понять, чего именно. Во всяком случае, она ни за что не позволит тащить себя куда-то… да что там говорить – она и пальцем не пошевелит ради каких-то пришельцев. Даже если бы она знала все обстоятельства – чего уж точно никогда не случится – и если бы не одобряла действий Эдварда – почему бы и нет? – она все равно не стала бы вмешиваться. О чем тут еще говорить?
– Какие у вас планы на сегодняшний вечер? – спокойно поинтересовалась мисс Пимм.
Попробовать докрасить при свете парафиновой лампы потолок и полки. Потом вскрыть банку сардин или чего-нибудь в этом роде – что бы это ни было, еда все равно будет пахнуть скипидаром. Потом завалиться в постель со свечой и «Грозовым перевалом» в руках. Она не могла даже завести граммофон – он был погребен под кроватью за стопками книг, картин и прочего хлама. Собственно, если подумать, сама кровать тоже оставалась пока под кухонным столом, прикрытая сверху ковром.
– Ничего особенного, – призналась Алиса.
– Тогда вы можете поужинать с нами в «Быке». Я могу отвезти вас потом домой, если захотите.
А разве может быть иначе?
– При нашей последней встрече вы не водили машину.
– «Не водила» или «не хотела» – не одно и то же, – холодно заметила мисс Пимм. Она встала и потянулась к чайнику. – Ступайте переоденьтесь.
Алиса открыла рот и закрыла его. Она понимала, что спорить с пришельцем бессмысленно. И потом, нормальный ужин в культурном обществе – такого она себе давно не могла позволить. Она оторвалась наконец от кресла и поставила чашку с блюдцем в таз для грязной посуды.
– Не надевайте, – добавила мисс Пимм, – ничего такого, чего вам будет жалко. На случай, если передумаете.
Алиса резко обернулась; чего в ней больше – страха или злости, – она не знала.
– Уж не собираетесь ли вы похитить меня? Не на это ли вы намекаете? То, что…
– Разумеется, нет. Если бы я собиралась похитить вас, миссис Пирсон, я бы не тратила столько времени на разговоры.
18
– Миссис Маккей – миссис Пирсон, – представила их мисс Пимм.
Поначалу Алиса держалась с опаской, не зная, как себя вести. «Надеюсь, путешествие прошло приятно?» было бы слишком банальным вопросом, чтобы задавать его пришельцу из другого мира. Однако загадочная Юфимия оказалась до необычного обычной. Она разочаровывала. Безвкусное платье, бесхитростные манеры и простонародное ирландское произношение. Если она и страдала от усталости, то успела прийти в себя и теперь излучала веселье, открыто подшучивая над мисс Пимм и отпуская довольно-таки легкомысленные замечания по поводу заполнивших бар «Быка» молоденьких солдатиков. На вид ей было чуть больше двадцати, хотя держала она себя с уверенностью зрелой женщины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
