– Послушайте!
– Я ни на что не намекаю. Проблема в том, что полиция доказала и будет стоять на своем: когда отключилась аппаратура, мисс Гилмор была одна с миссис Дымов в запертом изнутри помещении. Отпечатки ее пальцев есть везде. Еще, конечно, отпечатки второй медсестры, мисс Лихтер, но ее в тот день не то что в палате – в городе не было, ездила к брату в Милуоки, это проверено. У полиции проблема – не нашли пока предмет, с помощью которого был разрушен системный блок. Голыми руками это сделать невозможно, и на этом можно построить защиту, если полиция так и не найдет орудие убий… Да. Но я бы не стал на это рассчитывать, искать они умеют. К сожалению.
– Какую линию защиты вы предлагаете? – выдавил из себя Виталий.
Адвокат наклонился вперед и принялся рассматривать туфли Виталия – да, не чищенные, а чего он ожидал?
– Конечно, буду говорить о репутации. О том, что мисс Гилмор и вы – умные люди и не стали бы поступать так глупо, даже если бы хотели… э-э… нанести ущерб миссис Дымов. Но все это слабая аргументация. Мистер Дымов, я не ваш адвокат, я защищаю интересы мисс Гилмор, и, если в ходе дознания мне придется нанести вам ущерб…
– О чем вы? – не понял Виталий.
– Видите ли, прокурор считает, что все произошло из-за вас. Движущая сила в этом деле – вы. И мозговой центр – вы. У вас есть план, о котором вы не говорите, и мисс Гилмор тоже помалкивает. Если я смогу убедить в этом судью…
– Бред!
– Материалы дела свидетельствуют об обратном.
– Я могу нанять вас?
– Нет, к сожалению, – огорченно сказал адвокат. – Я не могу одновременно представлять и ваши интересы, поскольку они могут прийти в противоречие с интересами мисс Гилмор.
– Не могут, – резко сказал Виталий. – Ни в коем случае. Никогда.
– Это ваше слово…
– Хорошо, – сдался Виталий. – Поступайте, как считаете нужным. Если для того, чтобы спасти Айшу, нужно оговорить меня, сделайте это. О своей защите я позабочусь сам.
– Могу рекомендовать хорошего адвоката.
– Спасибо, мне не нужна защита.
– Вы в этом уверены? – ирония сочилась из каждого слова Спенсера.
– Господи! – воскликнул Виталий. – Конечно, не уверен. Но у меня нет выбора.
– Почему? – удивился Спенсер. – Послушайте, мистер Дымов, у меня такое впечатление, что вы знаете больше, чем говорите. Гораздо больше.
– Детектив Мэнтаг сказал то же самое.
– Вот видите. Кстати, Мэнтаг – очень умный и опытный полицейский. Если он пришел к такому же мнению… Может, со мной вы будете более откровенны?
– Я не могу. Не потому, что не хочу. Вы не поверите. Мне нужны доказательства. Я надеюсь, что смогу их найти.
– Доказательства чего? Спасти мисс Гилмор может только алиби, которого у нее нет в принципе.
– Господи… – пробормотал Виталий. – Пустой разговор.
– Жаль, но это так, – согласился Спенсер.
Руки они друг другу не пожали.
* * *
Дина… Диночка… Он сидел в машине, ноутбук лежал на коленях, он думал о жене, ждал, когда появится знакомое ощущение, покалывание в пальцах, ломота в суставах, туман в голове… Ничего. Дина действительно ушла – не только из этого мира, но и из того, где они продолжали быть вместе. Или ушел он, а она осталась?
Вообще-то, этого следовало ожидать. Разве нет? Никто до него не думал, что это возможно. Нет опыта. Он воображал, что все получится, но знал – подсознательно, – что вероятность успеха очень невелика. И только отчаяние могло служить ему оправданием…
Ноги затекли. Он переложил компьютер на сиденье рядом и включил двигатель. Домой. Он не хотел домой. Дома он окажется в слишком знакомой обстановке и не сможет справиться с воспоминаниями. Нужно все обдумать – каждый шаг. Обе линии. Теоретическую – не сделал ли он ошибки в постановке задачи, в начальных и граничных условиях. И реальную – линию собственной жизни, линии жизни всех троих: его, Дины и Айши.
Айша понимала… понимает все. Ей он все рассказывал. «Вит, это слишком сложно для меня, слишком невероятно, неужели это действительно возможно?». Оказывается, да. Теперь-то наверняка – да. Потому, что так захотела Дина? Или законы природы, действовали совершенно от его желаний независимо, как, наверно, и должны действовать законы природы, к какой бы системе они ни были привязаны? Законы инвариантны. Но абсолютно ли?
Он медленно ехал сначала по улице Притчард с односторонним движением, здесь можно было и не очень внимательно смотреть на дорогу, лишь бы не пропускать светофоры и вовремя перестраиваться из ряда в ряд. Сзади неотступно следовал зеленый седан, но Виталий не смотрел в зеркало заднего вида, только вперед, на разделительную линию. Улица кончилась, плавно перейдя в пригородное шоссе, началась промышленная зона, Виталий съехал на обочину, встал у длинного серого забора, за которым что-то урчало, ухало и со звоном то ли падало, что ли во что-то врезалось. Зеленый седан проехал мимо, Виталий не обратил на машину внимания. Он сидел, закрыв глаза, и чувствовал, как распрямляется какой-то стержень внутри, нужно еще подождать, и Дина…
Нет, отчетливо понял он, Дина не вернется. Их мир не вернется. С этим нужно смириться. Он этого не хотел. Он хотел иначе. Но получилось так.
Господи… Дина, почему ты так поступила с нами?
Он вспомнил их последний разговор. «…И женишься на ней, когда все кончится». Дина все знала? Она все продумала и сделала так, как хотела?
Все когда-нибудь кончится, и мы с Айшей…
Виталий сидел, сжимая руль, и смотрел перед собой. Он видел строки последней записи в ноутбуке – ясные для него и абсолютно бессмысленные для любого судьи или адвоката, или детектива. «Мистер Дымов, это ваш дневник? Ваше сочинение, вы сами говорите, что писали это сами? Вам сказала ваша жена? Как? Это похоже на галлюцинацию, верно? Не хотите ли вы пройти психиатрическую экспертизу, это позволит суду отделить»…
Никому нельзя говорить об их с Диной мире, переставшем для него существовать, когда она ушла.
Виталий тряхнул головой, отгоняя бесполезные мысли, и с удивлением обнаружил, что машина стоит не на обочине у забора, а на университетской стоянке, на своем обычном месте, второй ряд от главного входа. Слева был пустой квадрат – профессор Янг давно уехал, одиннадцатый час, он никогда не задерживался на работе. Дальше склонился над капотом своего «форда» доктор Арсман с химического, Виталий плохо его знал, только «здрасьте-до свиданья».
– Добрый вечер, – сказал Виталий, открыв окно и махнув Арсману рукой.
Арсман обернулся и приветливо кивнул.
– Вит, вы вернулись, – сказал он, сделал шаг к машине Виталия, но, будто натолкнувшись на препятствие, остановился и спрятал руки в карманы джинсов. – Доклад прошел удачно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
