затем ушел в комнату для того, чтобы поговорить.
— Кто там, милый? — с интересом спросила супруга.
— Мне нужно отлучиться на время, я приеду к вечеру, — сказал грубо Джон и хлопнул дверью.
— «И что только его снова задело?» — подумала про себя Кэрол и отвернулась в сторону окна.
Джон уже спешил в больницу и по приезде выдохнул. Через некоторое время, зайдя в кабинет, он снова увидел результаты, но не смотрел, потому что знал очевидный факт.
— Давай же, огорчи меня снова, приятель, — ответил тяжело Джон.
— Прошу прощения за такой ответ, но, кажется, жена и вправду изменила тебе, — ответил врач.
Джон выпучил глаза и застыл. Друг рассмеялся.
— Да расслабься, дружище, результаты положительные! — ответил с улыбкой врач.
— Не может быть, — Джон смотрел на друга и от потери речи не верил в это, — спасибо, Грег! — Джон обнял друга и будто уже увидел своего ребенка. Он сиял от счастья.
— Давай, не переживай, поезжай к жене и крепко-крепко обними, — врач так же улыбался и хлопал по спине друга. Джон выбежал из кабинета и поехал домой.
Двумя неделями ранее.
— Сделай все, как я скажу, он придет к тебе, и ты сообщишь ему о том, что все получилось, — говорил Денни другу Джона, положив конверт на стол.
— Этот конверт все скажет за меня, — отвечал врач и улыбался от новой прибыли.
— Только ни слова ему, Грег, мы ведь давние знакомые, — пожал руку Денни и вышел из кабинета.
Джон в радости спешил домой, взяв с собой букет пионов. Она их очень любила.
Из дневника Кэрол Грант:
Беременность…, это, пожалуй, самый положительный период в моей жизни. Конечно, бывает нелегко, но это не отменяет моей искренней радости и того, что я с нетерпением жду мою доченьку. Если говорить про мужа, то он тоже счастлив всему происходящему, но, знаете, бывает какое-то сомнение в его глазах…Джон становится агрессивным и злым, а я уже и не знаю, что думать…Недавно…, кажется, месяц назад он снова обвинил меня в неверности, а я ведь знала всю правду, но для Джона не открывала такую страшную тайну и попусту обижалась, закрывая дверь перед его глазами. Мне нравилось то, что он бегает за мной, стараясь угодить, хоть и делает совсем неправильно. Виновата только я. Я даже обсуждала ситуацию с Эмили, своим психологом, и она говорит, что это временно…мужчины с беременными женщинами становятся другими людьми. Сегодня он и вовсе ушел из родительского дома, ничего не объяснив…надеюсь, вечером он не будет унижаться передо мной с букетом пионов…Я очень не люблю, когда он тошно стоит и молит о прощении…это так по-детски. Остался месяц, и я хочу вернуть всю любовь и ласку в наши отношения, потому что Джон стал меньше смотреть на меня…только так, когда он в хорошем расцвете сил, но таких моментов бывает очень мало…Хочу сказать еще одно. Я не хочу портить себе жизнь, поэтому оставлю тест ДНК на…никогда…он ни к чему. Ребенок мой и Джона и этим все сказано. Я даже сейчас пишу глупый текст, потому что в моей голове играет что-то непонятное…а вот, кажется, пришел мой дорогой Джон.
— Любимая, — Джон снял куртку и прошел в зал, — это тебе, я спешил, как можно скорее…чтобы снова насладиться твоими чудными глазами.
Джон протянул букет пионов, а затем аккуратно прикоснулся к щечке Кэрол и двумя руками поправил волосы, начал смотреть в глаза.
— Я так мало уделял тебе внимание и прошу у тебя прощения…хоть ты и не считаешь меня виноватым, но это все так, моя нежная! — говорил Джон и умоляюще закрывал глаза.
— Джон…спасибо тебе за такое тепло, но прошу, не извиняйся, я не люблю это, — Кэрол отошла и села на диван.
— Зато я…я люблю безмерно, только перед тобой я позволяю себе так унижаться…ты моя единственная и любимая женщина, а больше и не нужно объяснений, — говорил Джон и гладил руки Кэрол.
— Тогда и я позволю спросить: почему ты так ярко улыбаешься? — спросила с интересом супруга.
— Как почему… — Джон задумался и опустил ухо к животу Кэрол, — потому что скоро появится чудо, твое и мое!
Кэрол уже не стала мучить мужа и позволила ему немного поговорить с ребенком. Это выглядело так умилительно.
Мэриет сидела в своей маленькой, но уютной квартире и наблюдала за опавшей листвой, которая закручивалась в вихре. Она много размышляла и пришла к тому, что такая жизнь скучна и неинтересна: хочется чего-то нового, такого загадочного. Возле окна она заметила знакомый силуэт. Это был Денни. Она немного подумала и решила выйти на улицу, чтобы встретить гостя. Но на удивление, он не поздоровался с ней, а просто помахал, и тогда Мэриет спустилась с крыльца к нему. Мгновенье и…появилась страшная и темная туча, от которой вдали показался дождь.
— Денни, — улыбнулась девушка, — что ты делаешь здесь в такое время, сырое и темное?
— Идем, — сказал Денни и как-то странно посмотрел на девушку.
Они пошли по тропинке, а затем начали сворачивать куда-то в незнакомое место.
— Куда мы идем? — спросила Мэриет и смотрела на то, как Денни шел прямо и не поворачивался.
— Там… — и Денни как-то странно поднял руку вверх и резко опустил.
Мэриет пришла в ужас…на улице стало темно, а напротив, вдали, показалась черная тень, стоящая на одном месте.
— Конечно, прости меня, Денни, — с опаской сказала Мэриет, — но я хочу вернуться домой.
Тогда Денни так сильно сжал запястье Мэриет, отчего она крикнула на всю улицу, но никого не было рядом. Девушка увидела яму, похожую на ту, которую выкапывают для умерших. Внезапно Мэриет сбилась с ног и упала на землю и не смогла больше встать, как бы не пыталась. По улице раздался ужасный крик, режущий уши и тогда, девушка посмотрела на вверх, чтобы понять, что происходит. Но она не успела, и тяжелая сила унесла ее в огромную яму, которая глубоко затягивала ее юное тело.
Глубокая ночь. Мэриет просыпается в поту и точно понимает: это был кошмар. Она тяжело выдохнула и прошла на кухню для того, чтобы выпить воды.
В эту ночь и Денни долго думал о разных вещах. В его голове блуждали то дурные, то здравые мысли — разрушающая и разумная личность. Он был не в силах противоречить своему брату и Кэрол, но в то же время желал разорвать их крепкие отношения, чтобы оставить их ни с чем. Воспоминания начали блуждать в его голове.
2001 год.
— С ума сойти, — отвечал Денни и сидел в машине, которую угнал из
