Сколько хочешь за товар? – не стала заморачиваться политесом Брайд, с некой угрозой посматривая на румяного продавца.
Тот, нимало не печалясь невежливым общением, сообщил цену в пять гольденов. Лучше бы он молчал, ей Богу! Несмотря на то, что непосредственно сама Брайд не собиралась оплачивать мои покупки, она переживала так, словно продавцы намеревались вытащить последний коин у неё из кошеля. Во всяком случае, девушка с яростью стала наступать на бедного продавца, сообщая что-то о его матери и других родственниках. В ином случае я бы, вне всякого сомнения, порадовалась за расширение словарного запаса Брайд, но не сейчас, особенно, когда она голосила:
- Да чтобы ты провалился на этом месте, и чтобы язык у тебя отсох! Надо же, подлюка какая, решил нажиться, и на ком? На леди, которая цен не знает? Она у нас, конечно, нежная фиалка, цветок роза, только один раз и вышвырнула кузнеца с башни, а вы…
Я подняла руки в примиряющем жесте, объясняя зевакам, что всё в порядке, все останутся в живых, просто моя горничная что-то напутала. Но для Брайд это был не аргумент, она окончательно расстроилась и уселась в коляску, бормоча себе что-то под нос. Я сумела расслышать отдельные слова, что-то вроде: «ох, и окрепчает гнев», «орлята учатся летать» и «лишь бы суков на всех хватило».
Я только покачала головой. Но вообще, цены на пиломатериалы были совершенно непристойными. Это я уже успела понять, сравнивая с другими товарами. Впрочем, оно и немудрено – в равнинной части Дейтона лес, конечно, имелся, только не слишком хорошего качества, да и не хватало его.
Я была занята собственным мыслями, когда у меня под ухом раздался вопль, от которого я невольно вздрогнула и отпрянула назад. Голосила Брайд, она встала в коляске и бурно жестикулировала руками, пытаясь привлечь внимание молодого парня, который сидел на пустой телеге и с хрустом жевал яблоко. Оказывается, ничего особенного не произошло – ни убийства, ни землетрясения, просто радость от того, что увидела земляка.
- Великий! Да уймись же ты, наконец! – не выдержала я и приструнила девушку.
Горничная успокоилась, замолчала. Но лишь не секунду, потому что тут же открыла рот и сообщила, что увиденный парень – не кто иной, как Иона, сын Бринна. Они имеют домик на папенькиной земле и живут тем, что валят и продают лес.
- Иона! – Брайд грозила свалиться на землю, но это её не волновало – Доски нам нужны, вишь, леди, удобства требует.
- Так нету. Домой собираемся, и продавали мы доски дубовые не меньше чем по десять гольденов за телегу.
Завидя, что Брайд раздувается, как шар, опасливо покосился на меня, на мощные плечи моей горничной и торопливо и жарко забормотал:
- Дерево – его же не просто спилить и привезти сюда, его ещё на лесопилку нужно, чтобы распилили, а она одна на всю округу, и там цены ломят, не дай Боже! Опять же, за торговое место на тракте лордам местным заплочено, и мало они не просят…
Я вздохнула – есть вероятность, что мне придётся надевать чувачки. Ну, или залезать в кошель к Якобу. Других вариантов просто не было. Я улыбнулась печальному Ионе, заверила, что всё в порядке, и мы отправились домой. Как говориться, первый блин комом.
Пусть полы пока отменяются, но ведь ничто не мешает мне заштукатурить стены и утеплить окна, не так ли? Собственно говоря, чем я и думала заняться в ближайшее время – и делом занята, и время до нашей «вылазки в стан врага» быстрее пройдёт. Поэтому я сейчас быстро прошмыгну к нам наверх, упаси Бог мне попасться на глаза Ричарду, поскольку он стал сомневаться во всём – и в желании лорда Анндры выдать за него замуж свою дочь, и в том, что он вообще её достоин, и в том, что родители не спешат устраивать радостную встречу будущей невестки.
Но хуже всего было то, что бедняга Ричард горел желанием поделиться этими сомнениями со всеми, кто хотел его слушать. Затем со всеми, кому вежливость не позволяла назвать его дурачком. А сейчас – со всеми, кто просто медленно бегает!
Якоб с каждым днём становился мрачнее, он переживал за брата и даже старался лишний раз не покидать замка, словно ожидая чего-то…
Но чего? Этого я не знала, хоть и перебрала в голове уйму вариантов, пока мы с Брайд и двумя горничными шпаклевали стены инструментами, больше походившими на маленькие плоские топорики (просто местный кузнец не умел делать шпатели, зато мог изготовить оружие).
- Леди Полли! – в нашу гостиную осторожно внедрилась горничная Кейтлин – Там… гости к вам приехали!
О, как? Но отчего же так испуганно?
Глава 22
Глава 22
Как выяснилось позже – опасения обслуживающего персонала были не напрасны. Я сейчас я была крайне заинтригована, торопливо спускаясь вниз по лестнице., да так, что едва не растянулась от неожиданности, когда под ноги мне кинулся напуганный ремонтом Кот. Уже подходя к входной двери, я услышала многоголосый гомон, лошадиное ржание и приказы, отданные резким тоном.
- Да нет… ну, нет… - тихо бормотала я, с усилием толкая тяжёлую, окованную металлическими полосами, дверь.
«Но, не с моим еврейским счастьем» - как говорила девочка Лика из нашей общаги. Вот и с моим тоже… счастьем… На меня, стоящую на крыльце, смотрел дядюшка Эйлбарт, который уже успел спешиться и теперь дарил мне своё хорошее настроение. За его спиной элегантно и утомлённо выплывает из коляски кузина Айлин, и, как апофеоз – во внутренний двор медленно втягиваются два воза, накрытые рогожей.
- Дядюшка Эйб? – поразился Якоб, который тоже узнал о приезде гостя.
- Нет, глаза тебя не обманывают! – похлопав моего мужа по плечу, словно выбивая из того пыль, ответил дядя, который жадно осматривал дом.
Судя по всему, внешний вид замка его не слишком порадовал – ни тебе высоких бастионов, ни толстых стен, даже донжонов, и тех, судя по всему, уже пару сотен лет как нет.
Дядя надул щёки и подмигнул.
- Слыхал я, что ты, Полина, кой-какой ремонтишко затеяла в доме мужа? Оно и верно, конечно…
- Простите, милорд? – не очень понял его мысль Якоб, а я уже мысленно застонала – я поняла, что находится в тех возах, заботливо укрытых рогожей.
- Да вот – высокомерно задрав
