пальцы. Затем вновь посмотрела на его лицо. Джун одарил меня своей привычной задорной улыбкой, готовый отмахнуться от моих тревог с той же лёгкостью, с какой балансировал на ветвях дерева, когда мастера заставляли его отрабатывать равновесие. Джун ждал ответа, а я продолжала безмолвствовать, разглядывая его лицо.
– Конечно, ты не заметил. Потому что не слушал, занятый другими разговорами, – сухо ответила я.
Не хотелось заводить эту тему, но я не смогла сдержаться, обида распирала изнутри. Улыбка Джуна стала натянутой, вначале она исчезла из глаз, а потом и его губы расслабились.
– Я слушал, Аша. Честно. Просто некоторым гостям было интересно узнать про храм и Священный Клён. Они побоялись заговорить с Ришей из-за Шина, а Раян играл, поэтому, заметив подвеску, подошли ко мне.
– С каких пор ты так быстро становишься близок с незнакомыми людьми?
Мне бы стоило помолчать. Все внутри говорило, что я затеваю ссору на пустом месте. Я чувствовала, что так оно и есть, но почему-то продолжала возмущённым тоном озвучивать свои мысли.
– Что ты под этим подразумеваешь, Аша?
– То, что ты позволяешь девушкам целовать себя в щёку, хотя сам сказал, что особо с ними не знаком.
Джун не отпустил мою ладонь, но его пальцы прекратили поглаживания. Я была не права. Мой тон был слишком холоден, и я не имела права высказывать ему из-за близкого общения с кем-либо. В конце концов, это не моё дело, и Раян сказал Эилю правду. У нас в храме не запрещены отношения, если они не приносят проблем.
– Это праздник лжи, – напомнил Джун. – Сегодня многие пользуются возможностью, чтобы уединиться с кем-нибудь без лишних обязательств, а ты сердишься даже не за настоящий поцелуй, а в щёку. И то, я его не хотел, но отклониться было бы грубо.
Друг попытался вернуть улыбку на лицо, но она вышла фальшивой. Возможно, он тоже разозлился. И если так, то я это заслужила. Праздник близнецов создан ради развлечения. Взрослые в основном беседуют, в то время как молодежь, прикрываясь фальшивыми именами, позволяет себе немного вольностей, скрываясь в тёмных уголках. Все в курсе, что несколько павильонов специально приготовлены ради желающих уединиться. Несмотря на окружающую прохладу, мне стало жарко, моё раздражение уже не просто горело, а полыхало, угрожая сжечь меня изнутри.
– Я же здесь, с тобой, – добавил Джун, пытаясь смягчить разговор, но алкоголь циркулировал по моему телу вместе с кровью, и его слова на меня никак не подействовали.
– Почему?
– Потому что я твой охранник, – выдал Джун очевидный ответ.
– И всё?
– Нет, конечно! Ещё я твой друг и…
– Поцелуй меня, – просьба вырвалась не громче шёпота, но Джун сразу умолк.
Я часто заморгала, застигнутая сказанным врасплох. Мне потребовались секунды, чтобы понять смысл своей же просьбы, а вместе с этим пришло осознание, что эта мысль застряла в моей голове с того момента, как Риша и Раян пытались узнать, как далеко зашли наши отношения. Я смотрела на Джуна в следующие дни, следила за движениями, не замечая, как узел напряжения всё сильнее затягивался в груди.
Тора и Наён уже прекрасно знают, что такое мужские объятия и поцелуи. Риша и Раян точно знают куда больше и не раз проводили ночи с кем-то. Мне известно, что и у Джуна были мимолётные связи. Но у меня не было ничего, кроме ограничений, и сегодня это разозлило сильнее, чем когда-либо.
– Поцелуй меня, – чуть увереннее повторила я. – Пожалуйста.
Джун судорожно вздохнул, услышав последнее слово. Я не могла прочитать его мысли, он каким-то образом умело сохранял спокойное выражение лица. Лишь мимолётно в глазах отразилось сомнение. Джун не сказал ни «да», ни «нет», но придвинулся ближе. Неуверенно протянул руку к моей шее, провёл по ней пальцами, помешкал, прежде чем обхватить её сбоку и притянуть меня чуть ближе. Он оттягивал сам момент поцелуя, поглаживая мою щёку большим пальцем. Сердце начало бешено колотиться, я задержала дыхание в предвкушении и страхе из-за незнания, что должна делать.
Джун наклонился и несмело коснулся моих губ своими. Они были мягкие и тёплые, но он задержался в этом невинном положении только на несколько секунд и отстранился. Джун был излишне серьёзным и даже хмурым, отчего мои руки покрылись мурашками. Я наконец поняла, что не смела просить друга о таком. Ему мог кто-то нравиться, может, у него есть чувства к другой, а я потребовала то, что никто требовать не вправе. Я открыла рот, чтобы объясниться и попросить прощения, но Джун подался вперёд и вновь накрыл мои губы своими. Этот поцелуй вышел настойчивее и приятнее. Я судорожно вдохнула, ощутив прикосновение его языка, Джун воспользовался моей растерянностью и углубил поцелуй. Его ладони спустились по моим рукам на талию, он обнял меня, требовательно придвигая к себе вплотную, давая ощутить его сердцебиение.
В груди разлилось незнакомое тепло, превращающееся в жар. Кажется, сердце никогда не билось так быстро. Я неумело отвечала на ласку и движения чужих губ и языка, но не знала, как правильно. В голове звенело, мне перестало хватать воздуха, но вместо того, чтобы отстраниться, я прижалась к Джуну, желая продлить приятное чувство. Я запустила пальцы в его волосы и сжала, а он сильнее стиснул меня в объятиях.
Джун первым прервал поцелуй, немного отодвинулся, шумно втягивая воздух, словно вынырнул из-под воды. Он дышал прерывисто и быстро, а когда дыхание немного пришло в норму, Джун опустил на меня взгляд тёмных глаз. Они казались почти чёрными, а выражение его лица стало каким-то незнакомым, пугающе серьёзным. На его губах осталось немного моего макияжа, и щёки мне обожгло смущением.
– Об этом ты просила, Аша? – Его хриплый голос вызвал у меня дрожь.
– Да, – призналась я, ни капли не сожалея. – Сделай это ещё раз.
Глаза Джуна распахнулись от изумления, но он замешкался лишь на пару секунд и снова приник к моим губам, а я подалась ему навстречу. Я попросила поцеловать меня ещё раз, но за вторым поцелуем пришел третий, а потом, кажется, и четвёртый.
Только посторонние звуки и приближающиеся голоса напомнили о том, где мы находимся, и заставили отодвинуться друг от друга.
Глава 13
Вероятно, каждый рассвет на этой неделе решил приносить мне сюрпризы. На следующее же утро, когда первые лучи солнца начали медленно освещать спальню, воодушевлённая Наён запрыгнула на мою постель, отчего я подскочила в испуге и торопливо заморгала, пытаясь сконцентрировать внимание.
– Что случилось?! – Моё сердце колотилось как
