и краже дневника. Я, конечно, не поверил сначала, но подумав хорошенько, пришёл к выводу что причины у них действительно не было.
С сестрой пытался поговорить, но безрезультатно, она улыбается, кивает, но утверждает что ни про какой дневник не знает.
— Нет, не скучаю. Мне книги приносят, вот, посмотри… — на столе действительно лежали две тоненькие брошюрки и одна потолще, с яркой картинкой на обложке.
— А терминал твой где?
— Доктор забрал, сказал что сейчас для меня лучшее лекарство — бумажные книги.
Наверное это странно, ведь ещё вчера терминал был при ней и мы пару раз даже разговаривали. Но сомневаться в решении врачей повода нет, поэтому только улыбнулся и ещё раз напомнил о скорой выписке.
Хотел еще что-то спросить, но тут пришла медсестра с таблетками, поэтому пришлось закругляться. И я, оставив пакет с апельсинами, прикрыл за собой дверь.
— Постойте, Аркадий Афанасьевич! — откуда-то сбоку выскочил доктор.
Среднего роста, немолодой, в очках и с бородкой, этот человек был одним из лучших психиатров города, и как мне казалось, вообще жил в больнице.
— Добрый день Алексей Валерьевич, — остановившись, я протянул ему руку.
— Здравствуйте, здравствуйте Аркадий Афанасьевич! Как хорошо что вы зашли! Дело, знаете-ли, вот в чём…Сегодня ночью с вашей сестрой был приступ, и боюсь, всё гораздо хуже, чем показалось вначале…Вот.
— В каком смысле хуже?
— В самом прямом. Пока наверняка сказать не могу, надо проводить дополнительное обследование, но, думаю, недельки через три, может быть месяц, что-то и прояснится.
Тему обследований и вообще проводимого лечения мы обсуждали не раз, но в таком ключе впервые.
— А что за приступ? Это серьёзно?
— Всё что связано с психикой человека — серьёзно! А приступ, — да обычный. К чему вам медицинские подробности?
— Подробности, может, и ни к чему, но хотя бы в общих чертах вы можете объяснить?
— Аркадий Афанасьевич… Дорогой вы мой… Какие, простите, общие черты вы хотите услышать? Это же не перелом лодыжки и не травма глаза, человеческая психика — материя тонкая, и до сих пор толком не изученная. Вот вы например, можете мне в общих чертах рассказать про конкретно ваши способности? Откуда они взялись и по какому принципу работают?
— Нет, не смогу, наверное. Не знаю потому-что…
— Ну так и я не знаю! Говорю же, обследование дополнительное нужно, а пока на воде вилами… Увольте!
В общем, из больницы уходил в смешанных чувствах. И так забот полон рот, а тут ещё и это. Нет, никаких родственных чувств я по-прежнему не испытывал, но очень надеялся что эта женщина прояснит историю «моего» рождения. Тем более что то время она была уже достаточно взрослой, поэтому должна что-то знать.
Следующим местом куда мне нужно попасть, был заброшенный док. Сегодня там работали оценщики из одной московской конторы, их задачей было просчитать варианты восстановления, указать их стоимость, и назвать приблизительные сроки.
Такси ждало у входа, и когда добравшись до машины я сел на заднее сиденье, в кармане завибрировал терминал.
Это был управляющий, требовалось подписать доверенность на проведение сделки с недвижимостью от моего имени. Можно было бы выписать сразу общую, на проведение вообще всех сделок, но полностью я никому не доверял, стараясь контролировать каждое значимое, в финансовом плане, событие.
Маршрут менялся, перед тем как ехать в доки, нужно было заехать в банк, а до этого ещё и домой забежать, забрать кое-какие документы.
Сообщив он смене пункта назначения водителю, я снова достал терминал, задумав проверить почту.
Оплаченные счета, список необходимого для ремонта в доме, рекламные рассылки, и коротенький отчёт из банка.
Вовлеченный в бумажный водоворот, я не всегда разбирался в этих самых бумажках. Вроде бы что сложного, — обычные цифры, но в контексте бухгалтерских заморочек, порой они приобретали совсем непонятные смыслы.
Не можешь сделать сам? — Найди специалиста. Поэтому многие вещи, — такие как процесс передачи от Варта транспортной компании, приходилось вверять в руки профессионалов. А отчёты которые они мне слали, пересылал другим профессионалам. Двойной контроль лишним не будет, тем более что почти каждый раз в отчётах находились неточности и ошибки.
Вот только замкнув на себя основную часть значимых решений, я приобрел целую кучу проблем.
Например с утра говорил с заместителем директора по транспорту, и он мне он сообщил что идущий из Индии сухогруз не сможет зайти в порт Сингапура, а задержавшийся в какой-то дыре танкер задержится там ещё на некоторое время.
И вот что я должен был ответить? Я солдат, моё призвание война, а не вот это вот всё.
Мария, после назначения на должность столкнулась с целым рядом проблем, и первое что требовалось сделать, заменить тех кто воспринял ее появление в штыки. Привыкшие к определённым стандартам, руководители высшего звена не воспринимали ее всерьез, и всячески противодействовали. Поначалу думал что просто заменю руководство компании на лояльное, но оказалось что найти подготовленные кадры такого уровня не так-то и просто. Нет, желающих хоть отбавляй, но вот таких чтобы соответствовали сразу целому ряду условий, тут проблема. Да, я подал заявки сразу в целую сеть агентств по найму, но мне сразу объяснили что задача сложная, если не сказать невыполнимая. Во всяком случае в установлено мной самим же сроки. Это не садовника нанимать, тут совсем другие нюансы.
В общем, действительность сильно отличалась от того что должно идти по плану.
А дома уже ждала Клавдия.
— Вот, посмотрите, сегодня наткнулась на такую заметку. — встретила она у порога, и с ходу принялась что-то объяснять.
— Не сейчас, Клава. Сейчас я очень занят, а вот вечером, когда вернусь, ты мне всё и расскажешь. Договорились?
Девушка кивнула. Несмотря на то что почти каждую ночь мы проводили вместе, она не прекращала мне выкать. Не знаю по какой блажи она делала это, но меня такое обращение подбешивало.
Вот и сейчас.
— Как скажете, Аркадий Афанасьевич…
Покачав головой — а я так понял что бороться с этой болезнью бесполезно, поднялся наверх, достал из сейфа необходимые документы и вскоре снова подходил к машине.
Доехали быстро, и уже через двадцать минут я сидел за столом в кабинете управляющего.
— Вот здесь и здесь. — показывал где поставить подпись он.
— Что это за здание? — цифры и кадастровые номера мне ни о чем не говорили.
— Бывший научный центр, стоит в таком виде уже лет десять, никак покупатель
