Читаем без скачивания Уникумы Вселенной – 4 - Юрий Иванович

Тут же мелькнувшая из-за спины Тасона дыня с противным скрежетом ударила в меняющий свои очертания сгусток, бывший еще недавно человеком. И в мгновение ока на этом месте образовалась метровая сфера насыщенного пурпурного цвета. Он дергалась как живая, вибрировала, скрипела, но неведомое существо не выпускало.

На всякий случай херувимчик еще и ладонь к ней приложил, и сфера застыла.

– Орел вроде не сильно пострадал, – сообщил Тасон вскочившему на ноги доктору и указал на Пузина: – А вот ему понадобится помощь.

Видя, что женщины поднимаются с пола, эскулап метнулся к археологу. И пока проводил обследование и интенсивную терапию, передал на ментальном уровне все перипетии последнего покушения, когда точно такая же тварь заявилась в облике Михаила Днепрянского в мир адельванов. А также сообщил, что Пеотия сильно пострадала и несколько дней не сможет участвовать ни в каких боевых действиях.

Состояние археолога было тяжелейшим, но врач заявил вполне уверенно:

– Я его вытяну! – И, оглянувшись на сферу, спросил: – Куда эту гадость?

– Забираю с собой, – бросил Сатази и добавил: – Посмотрю, что это такое, более подробно… И постараюсь вернуться очень скоро.

Последнее слово донеслось уже из пустого места.

Женщины бросились к врачу:

– Чем помочь?

– Может, перенесем на кровать?

– Пока не надо его трогать. Лучше этому… Ф-фоте помогите. Он молодец! Если бы не он, неизвестно, что бы это чудовище-перевертыш тут натворило…

Орел лежал на спине и вяло шевелил лапами. Хардийки захлопотали над ним, слыша его ментально:

«Ой! Больно! Крыло-о-о!.. Вы его сейчас доломаете!.. Надо бережно… вот, подтяните теперь, кажется, оно сломано… Как я его наказал! – не удержался от хвастовства пернатый брат по разуму. – Сразу заподозрил, что у него внутри что-то не то. Показалось – болен. Но потом он так странно хотел, чтобы Карл думал об этом строении… Ай! Осторожно!.. Так не толкайте! А то добьете меня… Ох! Спасибо… А когда мы тут оказались, он вообще странный стал. К атаке готовился… Жар в себе копил. Или лед? Я точно не понял…»

Кажется, заботясь о пернатом, Айни получила настолько мощный импульс ответственности, что в ней проснулись некоторые умения. Но если раньше они ей не подчинялись или подчинялись, нанося только вред, то теперь вышло иначе.

Вначале она исчезла, заставив заволноваться Розалию. Но не успела та поднять тревогу, как императрица вернулась с ведром воды:

– Любишь без сахара?

«И без варенья!» – отозвался Ф-фотя.

– А есть что предпочитаешь? Мясо или…

«Мясо я не ем. Люблю печенье и сухофрукты».

Через минуту перед ним стояла громадная корзина с финиками, яблоками, грушами и апельсинами. И где только успела прихватить императрица такую добычу!

Об этих перемещениях и удивительном проворстве Айни Розалия сообщила Бензику ментально. И тот через некоторое время, подозвав женщин к себе, спросил у императрицы:

– Как ты себя чувствуешь?

– Отлично! – она покосилась на висящий у нее за левым плечом балай. – Кажется, он и в самом деле несколько мозги прочищает. Вон, я даже на малые расстояния телепортироваться смогла.

– А крови не побоишься?

Именно во время своего путешествия разума Айни сломалась морально, не выдержала одиночества. Частые наблюдения казней в иных мирах вызвали у нее психическое заболевание. Вид крови доводил ее до истерики.

Но сейчас она ответила твердо:

– Попробую справиться!

– Ну а ты как, подруга боевая? – улыбнулся врач женщине, с которой в глубокой древности пытались отстроить рухнувшую во всемирной катастрофе Хардийскую империю.

– Я лучше всех! – усмехнулась та. – Словно двадцать лет скинула… мм… в смысле стала тридцатилетней! Сын явно хочет отобрать у тебя звание лучшего доктора. Вон как меня за ночь подлечил! До сих пор могу по крышам бегать.

– Ладно, бегунья ты наша… Бери вместе с Айни Карла на плоскость силового поля и неси на кровать… Так!.. Хорошо… Я бы и сам, но держу сразу несколько его разорванных артерий… Пусть хоть чуток срастутся…

Когда уложили мертвенно-бледного, с кровью под носом археолога на кровать, глубоко задышавшая Айни все-таки отошла в сторону. А Розалия постаралась присмотреться своими умениями к действиям доктора:

– Ничего не вижу! И где ты только такому научился?

– Есть один прекрасный мир… Будет время, не только тебя, но и всех наших туда на годик-два отправим на учебу, а потом и на стажировку.

– Голосую «за» двумя руками… А что с этим Михаилом произошло? Неужели с него сняли вот такую копию? Или еще хуже: самого превратили в такое чудовище?

– Два раза превратили? Не получится… Скорей уж копию сняли, хотя даже при своих знаниях ума не приложу, как такое возможно…

– Ничего, – вздернула подбородок Розалия. – Если уж мой сынок этого монстра поймал, то он у него все выпытает! Вот увидишь! Такое больше не повторится.

Старый приятель согласно кивнул. Хотя в душе готовился к чему-то более худшему и страшному.

Глава восемнадцатая

Кормилец

Михаил Днепрянский представил, как скопировавшее его существо обнимает и целует Пеотию, и заметался в цепях. Вырваться ему не удалось, но мозги стали соображать лучше, и он начал обдумывать варианты побега.

Впрочем, вариант был только один: телепортация. Представь точку прибытия – и враз окажешься где надо. Без цепей. На природных телепортеров Михаил в последнее время насмотрелся и верил на все сто: такому можно научиться. Надо только верно ухватить суть перехода. Ну и, конечно же, предварительно слегка изменить некие потоки энергии в организме. Потоки боевая богиня обновила ему еще при первых скитаниях с ним по иным мирам. Когда они предавались коротким минутам отдыха, она частенько твердила, что теперь парню, а чуть позже уже и не просто парню, а самому императору Рилланкара, ничего не стоит научиться телепортации. По крайней мере, на близкие расстояния в пределах планеты. И учила его этому с настойчивостью. Причем настолько ярой, что грозилась его убить за тупость, а то и прожарить до румяной корочки своими убийственными лучами. Правда, он бы скорей обуглился, чем подрумянился, о чем и говорил своей любимой: «Тебе угля не хватает? Тогда давай… жги!»

Пару раз это останавливало богиню, и она успокаивалась. Дескать, бестолковый, но… милый. Как раз для секса… И готовить умеет вкусно… Ну и сильный… Да и добрый… Да и вообще: «Почему ты меня не обнимаешь?!» А потом опять начиналась учеба. Но увы! У Кормильца так ничего и не получалось, сколько он ни пыжился, сколько ни краснел от натуги, доводя себя чуть ли не до обморока.

И теперь он вновь начал пробовать телепортироваться. Желательно сразу домой… Или хотя бы в ближайший лес… А лучше – к местному телепорту, о котором Аника рассказывала и описывала, где он в храме находится и как выглядит. А уже оттуда (если тот сработает!) обратно на планету со скелетами адельванов…

Но все попытки были тщетны, сколько ни тужился, кроме головной боли, ничего не достиг. Ни дороги домой, ни к телепорту, ни в лес, ни по дрова…

«Если бы уметь плавить цепи взглядом… Или руку делать тоньше… Ага! И другую. И ноги тоже! Э-хе-хе…»

Тяжело повздыхав, попробовал стянуть браслет цепи с запястья. Бесполезно… Опять вспомнились слова, который ему твердила при обучении Пеотия: «Чем ближе ты захочешь перенестись, тем легче это сделать».

Ну и подумалось:

«А если я попробую не все тело переместить, а только руку? На несколько сантиметров в сторону…»

Стал пробовать. Двигал руками, замирал, закрывал глаза… И постоянно концентрировал полученные от богини умения на правом запястье. И даже вначале не поверил своему слуху, когда услышал звук падения браслета. Да и рука стала намного легче! Открыл глаза, набрал воздуха для радостного крика, но тут же закрыл рот. Восторг восторгом, а внимание к себе привлекать не надо.

Получилось!

Проделал то же самое с другой рукой, потом – с ногами. С оглядкой выбрался в покои главной жрицы и быстро соорудил набедренную повязку. Затем произвел обыск и обзавелся двумя жезлами, которые оказались электрошокерами, и браслетами для управления цепями. Все остальное, в том числе некие обрядовые предметы, усыпанные драгоценными камнями, и украшения, показалось ненужным.

Первыми от удара электричеством пострадали два мужика, стоявшие в почетном карауле у покоев главной жрицы. Причем один из них оказался довольно массивным, и его одежда, а также шлем с сеточкой на лицо оказался Кормильцу почти в пору. Эту пару плененных он приковал в комнате для допросов за лодыжки. Потому что обратил внимание на дверь: двойная! Если плотно закрыть, в спальне вопли не слышны.

Потом вновь направился к выходу из покоев. Там в недоумении стояли еще три охранника: дежурный привел смену и никак не мог сообразить, поднимать тревогу или нет. Увидев выходящего из покоев жрицы Кормильца, принял его за караульного: