Читаем без скачивания Правитель мертв - Роман Папсуев

Я вежливо его слушал, кивая в наиболее значимых местах его рассказа, сам же параллельно строил планы на ближайшее будущее. Мне нужно срочно провести Сеанс, чтобы найти Дженни. Сделать это надо тихо и незаметно для окружающих.

Поэтому я и сидел сейчас в одноместном номере местной гостиницы и готовился к Сеансу. На самом деле «готовился» – это слишком громко сказано. Энергия во мне так и бурлила. Мне следовало только направить ее в нужное русло и обуздать, чтобы избежать ненужного ни мне, ни местному населению выброса Силы. Подобный выброс мог закончиться весьма печально для многострадального Гуадалканала, а это не входило в мои планы.

Обычным способом связаться с Дженни мне не удалось. Совершенно логично предположить, что она либо заблокировалась, чтобы ее не засек Белый Ферзь, либо же просто находится очень далеко от меня. Именно поэтому я решил попробовать найти ее новым способом. Честно сказать, я совершенно не представлял, правильно ли все делаю. Мне подобная процедура в новинку, никогда не пытался найти кого-нибудь, не прибегая к определяющим элементам и огню.

Я, сосредоточившись, сидел на кровати, сложив руки на коленях, и вскоре прямо передо мной воздух стал густеть, обретая материальность. Сначала за густеющим воздухом исчезла тумбочка с телефоном, потом расплылась зеленая стена, и в тонких дымчатых разводах возник овал, края которого постоянно меняли форму.

Ага, получилось. Я попробовал пустить внутрь овала немного энергии. Овал вспыхнул бледно-оранжевым светом, края запульсировали, словно внутри билось сердце. Откорректировав поступающую в «окно» энергию, я стал прощупывать пространство по ту сторону, пытаясь отыскать Дженни.

В данный момент овал являлся своего рода моим «проводником» в земном пространстве, мгновенно преодолевая расстояния в многие сотни километров. Мой вызов метался над Землей, я увеличил нагрузку и практически тут же ощутил присутствие Дженни.

Я наклонился вперед, пристально вглядываясь в овал. Да, она заблокировалась, но мой «проводник» одолел ее защиту, и вскоре из овала стали поступать сигналы в форме мысленных сообщений.

«Что это такое?»

Для Дженни такого рода контакт, конечно, тоже в новинку.

«Дженни, это я. Где ты?» – «Толя?» – «Да, черт возьми! Где ты находишься?» – «Я в аэропорту Хониары. Прорыв завершен?» – «Да. Мы победили». – «Не совсем. Ферзь от меня ушел. Как ты и предполагал, он спер наш глиссер и умчался, я не смогла его догнать. Но в Хониаре я вышла на его след. В пятницу, то есть позавчера, он вылетел в Брисбон. Я буквально наступала ему на пятки, но теперь он покинул Гуадалканал, и я не знаю, где он». – «Что ты делаешь в аэропорту?» – «Жду самолета, конечно. Рейс на Брисбон через час. Ты где?» – «В отеле. Жди меня, я сейчас буду».

Я оборвал связь и, вздохнув, выпрямился. Итак, ситуация осложнилась. Жаль, что не удалось перехватить Ферзя здесь, на Соломоновых островах, теперь он может оказаться где угодно. Надо ехать в аэропорт.

Я быстренько наколдовал местной валюты, брюки и рубашку цвета хаки, переоделся и выбежал из номера. Сдав ключ портье (у которого был на плохом счету после того, как заявился в отель в гидрокостюме), я расплатился и выбежал на улицу, глазами лихорадочно отыскивая такси. Такси нет, зато прямо перед гостиницей я увидел припаркованный мотороллер. Не бог весть какое средство передвижения, но все-таки лучше, чем ничего.

Я одним резким движением оторвал парковочную цепь, пустил немного энергии в стартер, завелся и с пробуксовкой рванул с места, заставив прохожих обернуться на резкий звук резины, трущейся об асфальт. Через десять минут тряски по разбитым дорогам я доехал до аэропорта Хендерсон Филд, бросил мотороллер у дороги, и, не обращая внимания на гневные крики местного полицейского, бросился ко входу. Ворвавшись в прохладное помещение, я тут же почувствовал, что Дженни где-то рядом.

Она стояла спиной ко мне в очереди возле стойки таможни и, почувствовав меня, обернулась. Черт возьми, как же я соскучился по ее очаровательному лицу и еще более очаровательной улыбке! Она показала мне два билета и, когда я подошел, сказала:

– Ты очень вовремя. Регистрация заканчивается.

В ту же секунду диктор аэропорта заявил, что регистрация на посадку авиакомпании «Соломон Эйрлайнз» и «Эйр Куантос» до Брисбона завершена. Мы с Дженни протиснулись сквозь ряды японских туристов и оказались прямо перед таможенником, сурово зыркнувшим на нас и на ломаном английском потребовавшим паспорта и билеты.

Не тратя времени на объяснения, я внушил таможеннику, что у нас все в порядке и вообще досматривать нас не надо, мы опаздываем на рейс и, наоборот, нам нужно помочь. Таможенник, словно зомби, отошел от своего «телевизора» и стойки, поманив нас пальцем. Мы, вежливо улыбаясь, отправились за ним, миновав и стойку регистрации, и пограничный контроль, и открытое летное поле. Таможенник довел нас прямо до трапа, улыбаясь и подобострастно кланяясь.

Через минуту мы уже сидели в тесных креслах «Боинга-737» и молча разглядывали друг друга. В ее глазах горело пламя, которое я никогда раньше не замечал, и в эту минуту она казалась мне воплощением любви, настоящей Афродитой во плоти. Гормоны все-таки сделали свое дело, и удержаться я попросту не смог. Поэтому я обнял ее и притянул к себе. Поцелуй оказался долгим, прекрасным и сладким. В чудесном небытие, которое поглотило меня без остатка, существовали только сладкие губы Дженни, нежно касающиеся моих...

Вообще-то поцелуй мог продлиться намного дольше, если бы не вмешательство улыбающейся стюардессы, заявившей, что мы обязаны пристегнуться, так как самолет вот-вот взлетит. Мы нехотя разомкнули объятия и пристегнулись.

Дженни положила голову мне на плечо, а я улыбнулся и сказал:

– Надеюсь, полет не слишком затянется. Я уверен, что в Брисбоне есть отличные гостиницы, с двухместными номерами и с кроватями кингсайз...

Дженни, отстранившись, фыркнула и ткнула меня кулачком в плечо.

– О чем ты думаешь? Нам нужно срочно определить местонахождение Ферзя.

– А чего его определять? Вот он, Ферзь, сидит рядом со мной.

Дженни покачала головой.

– Я серьезно.

Я кивнул.

– Понятно. Ну что ж, прилетим в Австралию, возьмем двухместный номер в хорошей гостинице...

– Толя, – предупреждающе сказала Дженни, но в ее голосе я услышал смешок.

– ...и проведем сеанс определения, – невозмутимо закончил я фразу.

– Ты неисправим, – вздохнула Дженни.

– О да, – подтвердил я. – Исправить меня не удавалось еще никому.

Дженни задумчиво посмотрела на меня и медленно проговорила:

– Да неужели?

Я улыбнулся.

Капитан самолета предупредил нас, что курить во время взлета запрещается, что также нужно воздержаться от применения электроники, типа сотовых телефонов, ноутбуков и компакт-дисков плееров, так как их излучения могут повлиять на электронику бортовых систем.

– Интересно, – произнес я задумчиво. – А почему он ничего не сказал по поводу магии?

Дженни засмеялась.

Мы уже час находились в воздухе, когда я внезапно понял: что-то пошло не так. Дженни нахмурилась и заозиралась – она тоже почувствовала смутную угрозу. Самолет тряхнуло.

Впереди вскрикнул ребенок, я услышал женский голос, его успокаивающий. Зажглись надписи «Не курить» и «Пристегнуть ремни». Стюардессы спокойно, но все-таки довольно быстро засновали туда-сюда, и я понял, что происходит что-то экстраординарное. Я встал с кресла.

– Ты куда? – спросила Дженни.

– Сейчас приду, – бросил я не оборачиваясь.

Я прошел уже почти полсалона, когда прямо передо мной появилась стюардесса, загородив проход. На ее груди висела табличка, уведомляющая всех, что ее имя – Сьюзан.

– Сэр, пожалуйста, вернитесь на свое место и пристегнитесь.

Сказано спокойно и сухо. Я не стал тратить время, только чуть коснулся ее руки, и Сьюзан посторонилась, освобождая проход. В бизнес-классе люди волновались намного больше, чем в экономическом. Седовласые джентльмены громко вопрошали, что происходит. Молоденький стюард пытался объяснить, что ничего страшного не случилось, что это всего лишь турбулентные потоки, что скоро все будет хорошо, но джентльмены не успокаивались, требуя более детальных объяснений и грозя подать в суд на авиакомпанию.

Пока я пробирался по бизнес-классу, мне очень надоели все эти вопли, поэтому я быстро всех усыпил, включая и молодого стюарда, который, как и Сьюзан, попытался меня остановить. Я приближался к кабине пилотов, когда самолет тряхнуло так, что на мгновение все почувствовали состояние невесомости. Сзади раздались испуганные крики. Я распахнул дверцу...

Впереди бурлила стена облаков. Именно стена, просветов нет ни внизу, ни вверху, ни справа, ни слева. По сути, облака представляли собой одну тучу, огромную, грозовую, клубящуюся зелеными переливами. Внутри нее плясали молнии, вспыхивающие каждую секунду, высвечивая ломаные рисунки.