Читаем без скачивания Демонтаж - Олег Кубякин

Группа исследователей, в состав которой вошли И. Петреев, Ф. Преображенский, Ю. Маковецкий, Ю. Амелюшкин, Ф. Шанон, А. Волконская, А. Симплияров, М. Покобатько, С. Копычев, для простоты мы будем называть их «группа Петреева», также не разделяет мнение академиков относительно задач, преследуемых Карпини:

«Перед автором книги стояли вовсе иные задачи. Какие? Отнюдь не секретные, сформулированные в предисловии самим Карпини: «Когда направлялись мы, по поручению апостольского Престола, к Тартарам и к иным народам… чтобы принести чем-нибудь пользу христианам, или, по крайней мере, узнав их (тартар) истинное желание и намерение, открыть это христианам, дабы Тартары своим случайным внезапным вторжением не застигли их врасплох, как это и случилось однажды по грехам людским, и не произвели большого кровопролития среди христианского народа».

Но реально Карпини идет дальше. Он не только вскрывает коварные планы монголов, но и предлагает конкретный ряд контрмер. Восьмая глава так и названа: «Как надлежит встретить Тартар на войне, что они замышляют, об оружии и устройстве войск, как надлежит встретить их хитрости в бою, об укреплении крепостей и городов и что надлежит делать с пленными». Вот именно она и является центром работы, именно ради содержащихся в ней идей работа и написана. Все остальные страницы, предназначены для аргументирования этих предложений и выработке у читателя желательного автору отношения к монголам и всей проблеме.

Карпини, не жалея красок, пугает своих современников монгольскими зверствами и грозящими в скором опасностями предстоящих военных лихолетий. Пытается выработать устойчивую неприязнь к монголам, подготовить к восприятию предлагаемых планов.

Эти главы цитируются куда реже, а то и вовсе замалчиваются».

Естественно, чтобы полностью воспринимать все сказанное группой Петреева, нужно быть знакомым с текстом восьмой главы. По идее, нам бы следовало здесь отослать читателя к самой книге Карпини, написав «см. гл. восьмую «Истории Монгалов». В научных изданиях так и полагается делать. Но наше издание такой вывески не заслуживает, посему для удобства читателя, мы приведем главу восьмую из книги Карпини «История Монгалов, которых нам следует именовать Тартарами». К тому же уверены, что многие услышат о содержании данной главы впервые. И уж простите, не откажем себе в удовольствии изредка комментировать описанное.

Как надлежит встретить Тартар на войне, что они замышляют, об оружии и устройстве войск, как надлежит встретить их хитрости в бою, об укреплении крепостей и городов и что надлежит делать с пленными.

Сказав о землях, которые им повинуются, следует изложить, как нам встретить Тартар на войне.

Параграф 1.

1. Замысел Тартар состоит в том, чтобы покорить себе, если можно, весь мир, и об этом, как сказано выше, они имеют приказ Чингис-кана. Поэтому их император так пишет в своих грамотах: «Храбрость Бога, император всех людей»; и в надписании печати его стоит следующее: «Бог на небе и Куйюк-кан над землею храбрость Божия. Печать императора всех людей». И потому, как сказано, они не заключают мира ни с какими людьми, если только те случайно не предаются в их руки. И так как, за исключением Христианства, нет ни одной страны в мире, которой бы они не владели, то поэтому они приготовляются к бою против нас. Отсюда да знают все, что в бытность нашу в земле Тартар мы присутствовали на торжественном заседании, которое было назначено уже за несколько лет перед сим, где они в нашем присутствии избрали в императоры, который на их языке именуется кан, Куйюка. Этот вышеназванный Куйюк-кан поднял со всеми князьями знамя против Церкви Божией и Римской Империи, против всех царств христиан и против народов Запада, в случае если бы они не исполнили того, что он приказывает Господину Папе, государям и всем народам христиан на Западе. Нам кажется, что этого отнюдь не следует исполнять как по причине чрезмерного и невыносимого рабства, которое доселе не слыхано, которое мы видели своими глазами и в которое они обращают все народы, им подчиненные, так и потому, что к ним нет никакой веры, и ни один народ не может доверять их словам, ибо они не соблюдают всего того, что обещают, когда видят, что обстоятельства им благоприятствуют, коварны во всех своих делах и общениях, замышляют даже, как сказано выше, уничтожить земли всех государей, всех вельмож, всех воинов и благородных мужей и делают это по отношению к своим подданным коварно и искусно. Точно так же недостойно христиан подчиниться им вследствие мерзостей их и потому, что почитание Бога сводится у них ни к чему, души погибают, тела терпят разнообразные мучения больше, чем можно поверить; вначале, правда, они льстивы, а после жалят, как скорпионы, терзают и мучают. Затем они меньше числом и слабее телом, чем христианские народы».

Здесь ненадолго прервемся, дабы представить вам возмущение исследователей группы Петреева разведывательными талантами Карпини:

«С первых строк автор раскрывает неприятельские вожделения о покорении всего мира. Вот так! Ни больше, ни меньше. А Карпини, ну прямо Штирлиц в бункере Гитлера. И татары хороши, допустили на высший военный совет, принимающий стратегическое решение, именно того, от кого это решение надлежало строжайше хранить».

Действительно, не может не вызвать недоумение, каким же образом Карпини удалось поприсутствовать на секретном курултае по объявлению войны папе римскому. Либо татары в это время дружно переживали последствия массового менингита, либо Карпини, переодевшись в монгольский халат и сделав соответствующую прическу, тайно пробрался на засекреченное торжество. В этом случае Карпини, используя опыт Штирлица, наверняка захватил с собой апельсинов, дабы было на что сослаться в случае разоблачения. И понятно, что апельсины он нес не в руках, а рассовал их по карманам. Руками он, очевидно, оттягивал кожу у висков, чтобы глаза казались уже. Представьте, насколько сильно он ее тянул, дабы сойти за своего.

Пожалуй, сравнение Карпини со Штирлицем в данном случае некорректно. Штирлицу никогда не приходилось бывать в столь сложной ситуации. И неизвестно, смог бы он справиться с заданием, которое так «мастерски» выполнил Карпини? Но продолжим.

«2. А в вышеупомянутом собрании были назначены ратники и начальники войска. Со всякой земли их державы из десяти человек они посылают троих с их слугами. Одно войско, как нам говорили, должно вступить через Венгрию, другое — через Польшу; придут же они с тем, чтобы сражаться беспрерывно восемнадцать лет. Им назначен срок похода: в прошлом марте месяце мы нашли войско, набранное у всех Тартар, через область которых мы проезжали, у земли Руссии; в три или четыре года они дойдут до Комании, из Комании же сделают набег на вышеуказанные земли. Однако мы не знаем, придут ли они сразу после третьей зимы или подождут еще до времени, чтобы иметь возможность лучше напасть неожиданно. Все это твердо и истинно, если Господь по Своей Милости, не сделает им какого-либо препятствия, как Он сделал, когда они пришли в Венгрию и Польшу. Именно они должны были подвигаться вперед, воюя тридцать лет, но их император был тогда умерщвлен ядом, и вследствие этого они доныне успокоились от битв. Но теперь, как император избран сызнова, они начинают снова готовиться к бою. Еще надо знать, что император собственными устами сказал, что желает послать свое войско в Ливонию и Пруссию.

3. И так как он замышляет разорить или обратить в рабство всю землю, а это рабство невыносимо для нашего народа, то надлежит, как сказано выше, встретить его на войне. Но если одна область не захочет подать помощь другой, то та земля, против которой они сражаются, будет разорена, и вместе с теми людьми, которых они заберут в плен, они будут сражаться против другой земли, и эти пленники будут первыми в строю. Если они плохо будут сражаться, то будут ими убиты, а если хорошо, то Тартары удерживают их посулами и льстивыми речами, а также, чтобы те не убежали от них, сулят им, что сделают их великими господами, а после того, как могут быть уверенными на их счет, что они не уйдут, обращают в злосчастнейших рабов; точно так же поступают они и с женщинами, которых желают держать в качестве рабынь и наложниц. И таким образом вместе с людьми побежденной области они разоряют другую землю».

Здесь невозможно не сделать оговорку. Описывая привычку татар вооружать людей, чью землю они только что захватили, сожгли их дома, убили родителей, жен, детей, и посылать впереди себя к противнику, Карпини кажется, что он изобрел новый способ покорения мира. На самом деле в истории войн такого никогда не случалось. Вооружать людей, которые тебя смертельно ненавидят, и посылать их практически на воссоединение со своим противником, даже самому тупому полководцу никогда не приходило в голову. Это стопроцентное поражение.