Габриэля? Ты вытащил деньги из его сейфа?
— Да, я… — заторможено повторил за ним сидящий на стуле, пытаясь сфокусировать взгляд на том месте, где стоял Алекс.
Камера снимала только верхнюю часть тела и связанные руки в кадр не попадали.
— Значит отпечаток, оставшийся на месте преступления, был оставлен случайно тем, кто не имеет никакого отношения к ограблению?
— Да, это я специально его там оставил, что замести следы.
— И ты готов признать, что потратил все деньги?
Но если с тем, чтобы сказать правду, проблем не возникло. То чтобы заставить его сказать то, что нужно было Монро, возникали сложности.
— У меня сейчас нет этих денег.
«Черт, придется все-таки монтировать запись», скрипя зубами, подумал Алекс.
— Повтори: «Я потратил все деньги. И денег теперь у меня нет»
— Но я их не тратил. Их выкрал этот мерзавец…
— Так стоп! — остановил своего друга Алекс, — Просто повторяй за мной: «Я потратил все деньги. И денег теперь у меня нет».
— Я потратил все деньги. Денег у меня нет, — с трудом повторил Паоло, еле ворочая языком.
«Ладно, сойдет и так», удовлетворенно кивнул Монро и напоследок решил задать еще один вопрос, который мучил его все это время.
Но не под запись.
Выключив камеру, он подошел к Паоло, поставил напротив него стул и, заглянув в глаза, спросил:
— Зачем? Зачем ты решил меня кинуть?
Но Паоло уже отключился.
Тихо выругавшись, он сходил за нашатырем и снова заставил своего друга прийти в себя.
— Что?.. Что такое?.. — бедняга совсем ничего не соображал и невидящим взглядом смотрел перед собой.
— Паоло, — Монро пощелкал пальцами у него перед лицом, — Смотри на меня.
— Паоло? Где Паоло? — его друг стал озираться.
— Ты — Паоло! — Алекс стал терять терпение, — Зачем ты решил меня кинуть?
— Кого? Ты кто?
— Я — Алекс Монро, твой бывший друг.
— Мы с тобой никогда не были друзьями, — кривая улыбка исказила лицо пленника.
По лицу Алекса пробежала тень.
— Почему ты решил меня кинуть?
— Потому что я люблю деньги… — язык еле шевелился, так что ответ было разобрать очень сложно.
— Но в сейфе на двоих итак было более чем достаточно.
— Для тебя может и да, а для меня нет.
Видя, что тот готов снова отключиться, Алекс заранее подсунул ватку.
— Мы еще не договорили.
— С кем? — тупо переспросил Паоло.
— Наша дружба для тебя хоть когда-то что-то значила?
— У меня никогда не было друзей, — Паоло запрокинул голову и захрапел.
Алекс несколько минут просто сидел и тупо смотрел в одну точку. В душе появлялась огромная черная пустота. Второе жестокое предательство в его жизни оказалось гораздо больнее, чем он думал сначала. Где-то в закоулках души он надеялся, что Паоло честно скажет, что это была минутная слабость, что он просит прощения. Или скажет веский довод, который обоснует его поступок.
Но нет. Все гораздо проще: друзьями они никогда не были.
Хотя для Алекса Паоло был самым близким человеком в жизни, после семьи.
Вскочив, он зарычал от боли и начал бить кулаком в стену. Остановился только тогда, когда за спиной услышал звук падающего тела.
Обернувшись, он увидел, что Паоло вместе со стулом повалился набок.
С презрением он вернул его в вертикальное положение и распутал руки. Затем позвонил администратору отеля и предупредил, что через полчаса приедет их постоялец в невменяемом состоянии.
Освободившись от этого бесчувственного тела, Алекс несколько часов просто колесил по ночному городу.
«Что ж, по крайней мере, у меня есть запись, которая обеспечит мне спокойную жизнь, пока Паоло будет за решеткой. Ну, или им не займется Габриэль со своей сворой»
Подъезжая к дому, он вспомнил про Юлю и тепло улыбнулся. Что бы между ними не происходило, ему это нравилось. Никто и никогда еще не вызывал в нем столько эмоций, как она. И пусть даже их отношения начались немного странно, в этом была какая-то прелесть.
«Хотя есть ли они у нас, эти отношения?», Монро задался этим вопросом и сам не смог дать на него ответ.
Но, вспоминая, каким мерзким он иногда старался перед ней предстать, Алекс помрачнел. Он сам иногда не мог понять, зачем это делает. Зачем обижает ее словами и поступками. Неужели боится привязанностей? Хотя повод для этого есть. Сначала отец, теперь Паоло. Пережить расставание еще с кем-то будет смерти подобно. К тому же, он не собирался задерживаться в России. Как только доделает все свои дела, сразу улетит. Так стоит ли сближаться с ней?
Но на сердце стало тяжело, когда он представил себе жизнь без Юли. Воспоминания о том, как жарко она отзывалась на его ласки, вызывали желание наплевать на все и отправиться к ней прямо сейчас. И неважно, что будет потом: главное здесь и сейчас. Провести невероятные несколько недель рядом с этой потрясающей девушкой. Просыпаться по утрам и будить ее поцелуями, готовить завтрак, получать море любви и нежности… Алекс от злости на обстоятельства заскрипел зубами, понимая, что этой идеальной картинке не суждено было сбыться. Он портит всё и всех рядом с собой.
Хлопнув дверью автомобиля, Монро задумчиво посмотрел наверх. Хотя, что он там хотел увидеть — непонятно. Практически все окна были темные. Дом спал.
Оказавшись в квартире, он просмотрел запись, убрал лишние куски и остался доволен результатом. Устало потер лицо и откинулся на подушку, закинув руки за голову.
Остался последний пункт: отец.
Хотя в первоначальном плане месть отцу была на первом месте. До того, как Паоло стал угрожать его семье.
«Всего-то надо подкинуть взятку и вуаля — его снимают с должности, а я счастливый и довольный улетаю с Анной и Максом, куда только душа пожелает».
С такими мыслями он заснул. Но сон был тревожный. Снились похороны мамы. Бабушки и дедушки. Он помнил, как мучительно они с Анной пережили это время. А затем его собственные похороны. И к нему на прощание на кладбище никто не пришел. Чувство тоски и одиночества настолько сильно поглотили его, что он стал задыхаться во сне.
Спасением стал еле слышный шум, от которого он проснулся. Осторожно поднялся с кровати и прислушался. Было тихо. Но он совершенно определенно что-то слышал.
И тут у входной двери раздалось какое-то царапание. Тихо ступая, он взял на кухне нож и подошел к двери. Посмотрев в глазок, он ничего не увидел. Площадка перед дверью была пуста.
Алекс замер. Было тихо. Прошло несколько минут и снова раздалось шуршание. Но звук шел откуда-то снизу, что было странно.
«Надо резко открыть дверь»,
