заводских условиях»[246].
Это верно даже сейчас, когда ИИ стремительно набирает скорость. К концу 2020 года системы ИИ как в программном обеспечении, так и в роботах не внесли ни малейшего вклада в статистику занятости. Автоматизация по-прежнему применима только для относительно простых, как правило упрощенных, повседневных задач. Например, первые автопилотируемые автомобили ездили в очень размеренных условиях Финикса, штат Аризона, с его широкими, прямыми дорогами и идеальной погодой. Запруженные дождливые автобаны Германии еще некоторое время будут оставаться для них недоступными. Когда появятся самодвижущиеся грузовики, они смогут передвигаться только по прямым шоссе, а не маневрировать в узких улицах лондонского Сити. До полной автоматизации, похоже, еще далеко.
* * *
Однако было бы ошибкой считать, что автоматизация пребывает где-то на периферии экспоненциальной эпохи. Как убедились те же трейдеры с Уолл-стрит, она все-таки существует. Хотя на данный момент ее влияние ограничено конкретными задачами и секторами, у нас нет никаких гарантий, что в скором времени она не затронет более широкий спектр рабочих мест. Как мы видели в главе 3, точные прогнозы в эпоху экспоненциального роста — занятие неблагодарное.
И все же если автоматизация и посягнет на нашу работу, то вряд ли это произойдет так, как пишут в газетных заголовках. Автоматизация не приведет к массовой безработице во всех отраслях, а, напротив, станет инструментом, который компании смогут использовать для повышения конкурентоспособности. Те, кто сможет использовать автоматизацию в полную силу, выиграют за счет менее конкурентоспособных компаний.
Пандемия COVID-19 дала некоторое представление о том, как это будет происходить. На ранних стадиях пандемии много говорили о том, что она станет катализатором перехода к цифровому миру. Люди перестали встречаться за чашечкой кофе, а перешли на Zoom, розничные магазины закрывались, а онлайн-покупки переживали период бума. Естественно, в выигрыше оказались цифровые гиганты — сайты, которые работали не во внезапно заблокированном физическом мире, а в Сети. Лидером, как всегда, оказалась Amazon. Онлайновые продажи калькуляторов, тренажеров, зарядных устройств для телефонов, бумаги для принтеров и многого другого бурно росли. В первые два квартала 2020 года продажи компании выросли на 40%.
Amazon — это агрессивно автоматизированная компания, и она легко может считаться самым технически развитым розничным продавцом в мире. С самого начала ее основатель Джефф Безос помнил о мощи автоматизации. Например, в 2002 году он направил в компанию новаторскую служебную записку, в которой настаивал на том, чтобы все системы компании были спроектированы таким образом, чтобы обеспечить автоматическую, а не «человеческую» координацию. Меморандум заканчивался на оптимистичной ноте: «Любой, кто этого не сделает, будет уволен»[247]. Этот указ заставил «амазоновцев», как называют здесь сотрудников, так спроектировать свои внутренние системы, чтобы облегчить создание автоматизированных связей между ними[248]. Это заложило основу для более масштабной автоматизации. К 2018 году компания Amazon смогла запустить физические магазины, в которых не было ни одного сотрудника. Покупатели заходят в магазины Amazon Go, выбирают то, что им нужно, и деньги за покупки автоматически снимаются с их счета в Amazon[249].
В последнее десятилетие Amazon также стала лидером в области робототехники. В 2012 году она за 775 миллионов долларов приобрела ведущую робототехническую компанию Kiva Systems. По состоянию на 2019 год в компании насчитывалось 200 тысяч роботов, которые неустанно трудились по всему миру, сортируя миллиарды посылок в год[250]. Amazon, возможно, одна из самых роботизированных крупных компаний в мире — на каждых четырех работников приходится один робот. Если вы один из 200 миллионов человек, которые пользуются услугой доставки Amazon Prime в течение одного дня, то благодарить вам следует одного из этих роботов.
Можно подумать, что триумф Amazon приведет к потере тысяч рабочих мест, ведь автоматизация, по всем предположениям, должна привести к массовой безработице! Однако когда в 2020 году разразился COVID-19, Amazon начала набирать сотрудников. И много. За полгода после того, как Всемирная организация здравоохранения объявила вспышку коронавируса пандемией, Amazon провела четыре волны найма, за год создав — и это невероятно! — 308 тысяч новых рабочих мест по всему миру[251].
Пример Amazon показывает, что в отдельных компаниях автоматизация может создать больше рабочих мест, чем уничтожить. И так обстоят дела не только там. Другие компании, сделавшие значительные инвестиции в автоматизацию и ИИ, также продолжают нанимать на работу людей. Netflix — лидер в области ИИ; в конце концов, именно в этом заключена функция Up Next: роль редакторов, определяющих, что вы захотите посмотреть, передана алгоритмам[252]. Но, несмотря на это, Netflix во время пандемии продолжила нанимать новых сотрудников: в 2020 году штат компании увеличился почти на 9,3%[253].
Почему же эти суперавтоматизированные организации продолжают увеличивать штат? В автоматизацию обычно вкладываются амбициозные, быстро растущие, хорошо управляемые компании. Когда компания быстро расширяется, ей требуется больше людей — и это неизменно, сколько бы вы ни инвестировали в автоматизацию. Если мы посмотрим шире, за рамки пандемии, то увидим, что автоматизация, рост компании и увеличение числа сотрудников идут рука об руку. Британская Ocado широко известна как одна из самых сложных розничных сетей по продаже продуктов питания в мире. Ей принадлежат огромные, полностью автоматизированные фабрики, где нет ни одного человека, зато повсюду снуют роботы-кубоиды, собирая упаковки листьев салата, кетчупа и шампуней. Однако с 2016 по 2020 год численность персонала Ocado выросла примерно на 43%. Китайский ретейлер JD.com также вкладывает значительные средства в автоматизацию складов. В 2018 году компания открыла склад, который всего при четырех сотрудниках мог обрабатывать 200 тысяч заказов в день[254]. Однако в следующем году JD.com увеличила штат на 48 тысяч человек.
Все это означает, что у нас складывается несколько иная картина якобы безработного будущего. Чем больше автоматизируются такие суперзвездные компании, как Amazon и Netflix, тем больше они растут; чем больше они растут, тем больше людей они нанимают. Здесь имеет место экспоненциальный процесс, но он не ведет нас к «безлюдным» корпорациям.
Если люди и теряют работу из-за автоматизации, то вовсе не потому, что их заменяет какое-то программное обеспечение. Часто это происходит потому, что компании, в которых эти люди работают, терпят крах. А терпят крах они потому, что их руководство или акционеры не хотят или не могут идти в ногу с новыми возможностями технологий. Эта неспособность часто подразумевает нежелание инвестировать в обучение сотрудников, необходимое для внедрения инноваций.
Другими словами, автоматизация похожа на историю о двух друзьях — назовем их Фред и Индрек, — отправившихся в поход по Западной Канаде. Они останавливаются на привал, снимают обувь, чтобы дать ногам подышать. И тут замечают
