подсыпав песка из ручья и обернув всё остатками плёнки. Затем не меньше полутора часов ушло вспомнить и наложить нужные плетения. Наконец, Михаил отошёл на всякий случай на пару метров в сторону и запустил триггер активации. По конструкции забегали сначала синие и зелёные огоньки, дальше на секунду образовался кокон из настоящих молний. Остро запахло озоном. И всё рассеялось.
Михаил подошёл и взял результат в руки. Древко теперь было похоже на пластиковое, лёгкое, но крепкое. На конце напоминающее лавровый лист широкое лезвие, заточенное до бритвенной остроты. И по прочности не уступает титану, потому что это отныне сталь, армированная кремниевыми нитями. У обычной рогатины ещё должна была появиться поперечина сразу после лезвия, но тут Михаил решил отступить от канона: поперечину он будет создавать с помощью магии и при нужде, это позволит сделать оружие более универсальным.
Специалисты — и те, кто пришёл с Энрикетом, и те, кто попросился под руку Михаила, желая создавать свой род, а не работать на чужого дядю — свой хлеб ели не зря. Пускай это пока штучное изделие. Пускай каждый раз ещё приходится выполнять индивидуальные расчёты, а заготовки делать вручную под конкретную задачу. Пусть даже пока стоила такая вот рогатина как новенький автомобиль «шурале». Всё равно принцип, идея, которую в самом начале придумали Михаил и сёстры для бронежилета, оказалась золотой. Да, сработал взгляд чужой инженерной школы, когда Михаил, как выпускник принципиально иной системы образования, смог заметить некоторые моменты, которые прошли мимо местных. Но дальше идею модульной магической конструкции подхватили десятки сотрудников специально для этого созданного на территории московского поместья конструкторско-исследовательского бюро. По их заказам работали уже тысячи людей торгово-промышленной империи семьи Тёмниковых. Вроде бы закономерный итог… Всё равно можно было восхититься упорству и старанию магов и инженеров, всего три месяца — а у Михаила в руках готовый материальный результат.
С оружием Михаил почувствовал себя намного увереннее. Сунул рогатину в специальное крепление на рюкзаке, чтобы при ходьбе не мешало, но можно сдёрнуть за мгновение. На поясе обычный нож и пара метательных, куда можно наложить фугасные или зажигательные боевые плетения. Можно идти дальше, и желательно поторопиться: светлого времени осталось не больше пяти-шести часов.
Михаил бодро зашагал вперёд. Невидимые стены довольно скоро пропали, видимо, дальше игрока ничего не ограничивало. Но одновременно довольно быстро местность вокруг понемногу стала меняться. Исчезли высокие лиственницы и сверкающие жёлтым золотом осенние липы. Куда ни бросишь взгляд, лес теперь состоял из незнакомой породы кустарников с мелкой зелёно-красной листвой и низко склонившихся кривых деревьев — у некоторых с ветвей свисало что-то неприятного вида. Не лианы, а скорее тёмно-зелёная бахрома, напоминающая речную тину. И кто-то неприятным голосом завыл. Похоже, рогатиной Михаил обзавёлся донельзя вовремя.
Глава 14
Первая локация
Вариантов идти назад не было, поэтому Михаил осторожно двинулся вперёд. Какое-то время он продирался через кустарник, вроде бы невысокий, но цепкий. И даже закралась мысль всё-таки рискнуть, вернуться и поискать другой путь, так как через кусты он будет идти слишком долго, не успеет до вечера. Но похоже, разработчики этот вариант предусмотрели. Удачно буквально через километр — полтора обнаружилась небольшая прогалина, где и кустарники росли не очень часто, и деревьев почти не было. Что сразу привлекло внимание — деревья, покрытые бахромой, прогалина обходила. Ещё через километр воздух заметно отсырел, потянуло чем-то гнилостным, а влажная почва теперь слегка проминалась под ногами. Оставалось надеяться, что это близко от поверхности расположены грунтовые воды, и это именно они начали проступать, когда мшаник продавливался под подошвами берцев. А лес тут — просто такой вид деревьев, а не измельчал и зачах, потому что скоро начнётся болото.
— Ой-ё, — невольно вскрикнул Михаил, когда, испуганный шагами человека, через дорогу перебежал и нырнул в заросли чёрный жук размером с крысу.
Создание отвратительно чем-то воняло — возможно, какая-то защитная реакция, и шустро семенило на длинных тонких ножках. Дальше забралось на ствол дерева и слилось с тёмной, влажной корой. Зато стоило пройти ещё с полсотни метров, как чего-то зашуршало и затрещало, на дорогу из кустов выскочила облезлая помесь гиены и собаки. При этом челюсти у неё — без зубов, скорее что-то вроде жвал насекомых. Тварь громко тявкнула, Михаил замер. И сразу же «собака» растерянно замотала головой в разные стороны, будто чего-то выискивая. Михаил сорвал рогатину и сделал несколько шагов назад. Псина радостно упёрла в него взгляд и тонко завыла — похоже, она реагировала на движение.
Михаил бросил вокруг несколько следящих плетений, но даже и без этого ощутил движение за спиной. Вливая ману в мышцы, и отсюда, словно за спиной не висел груз на сорок килограммов, Михаил резко повернулся назад, встречая натиск хищников. На него бросились сразу двое, а за ними, но пока сильно далеко, подбирались ещё четыре твари — краем сознания Михаил отметил, что бегут они медленно, с чего-то припадая на передние лапы. И видимо, «собаки» как-то могли определять, на кого сейчас направлен взгляд человека — та, на кого Михаил смотрел прямо, притормозилась, зато вторая, оттолкнувшись задними лапами, прыгнула вперёд.
Похоже, местная живность не понимала, что такое копьё, у собак не было нужных инстинктов. Ухватив рогатину в последней трети древка, Михаил поймал тварь на лезвие. Собака оказалась на удивление лёгкой, не больше пятнадцати килограммов живого веса — хотя если судить по размеру, нормальное животное должно было быть вдвое-втрое тяжелее. И ещё у «собак» оказалась тонкая шкура, лезвие распороло её брюхо от шеи до паха. В это время вторая тварь тоже попыталась кинуться, но Михаил уже шагнул чуть в сторону, одновременно пиная «собаку» в морду со всем усилением ноги магией. Череп лопнул, как раздавленный помидор. Немедленно Михаил развернулся обратно к первой «собаке»-загонщику, но все твари уже потеряли к нему всякий интерес, устремившись обратно в чащу. Добыча оказалась не по зубам, от такой лучше самому уносить ноги. Михаил же остался стоять, тяжело дыша и опираясь на рогатину: просто так форсирование мышц магией не проходит, чем дольше и сильнее накачиваешься — тем мощнее и дольше потом откат в виде слабости и дрожи в ногах. А ещё, вспомнив гигантского жука, Михаил решил, что «собаки» всё-таки ближе к насекомым, чем к зверям, и это было плохо. У насекомых инстинкт самосохранения у отдельной особи заметно слабее, чем у зверя.
Сразу, как нормализовалось самочувствие, Михаил кинул в разные стороны следяще-поисковые плетения дальнего радиуса. И
