Читаем без скачивания Западня Данте - Арно Делаланд

Пьетро перешел в салоны. Положив руку на один из диванов, он прислушался и уловил шепот и вздохи. Заглянув за кресло, он увидел лежащую на толстом ковре женщину, над которой трудился призрак в маске. С порозовевшими от удовольствия щеками женщина улыбалась, поглаживая спину любовника. Пьетро поднял бровь. Чуть дальше возвышался еще один мужчина, спрятав лицо в занавеску, а перед ним на коленях стояла куртизанка.

Посол поднялся на второй этаж, в отведенные ему покои. Пьетро взлетел по лестнице и увидел, как француз исчезает за дверью вместе с венецианками. Устало вздохнув, Виравольта подошел к закрывшейся двери. Ну вот, он опять подслушивает. Промелькнули воспоминания об отце Каффелли в доме Конгарини и стихи из «Менуэта теней». Он снова вздохнул. Вот он стоит, уставясь на носки своих изящных башмаков, изображая стража у дверей посла, которого не слишком уважает. Он, Черная Орхидея! Пьетро Луиджи Виравольта де Лансаль превратился в ливрейного лакея! Так вот на что он время от времени обрекает бедолагу Ландретто! Он вдруг ощутил к слуге глубокое сочувствие, оценив жестокость своего обращения. Виравольта потер затылок.

Скоро придет пора возвращаться домой. Кто-нибудь его тут сменит, и баста.

Все виденные им на завершившемся празднике маски крутились у него в мозгу. «Маски…» Отупляющий маскарад казался ему весьма подходящим аналогом ситуации, в которой он находился в последние дни.

«Карнавал».

Он услышал стоны и нервно дернулся.

Новые стоны и вопли.

Но на сей раз вовсе не удовольствия.

И узнал голос Лучаны.

«О нет!»

Она звала на помощь.

Пьетро мгновенно очнулся, отчаянно пытаясь вычислить, откуда исходит крик. Распахнув настежь какую-то дверь, он увидел оседлавшую любовника женщину. Лицо ее было в маске. Он распахнул еще одну дверь, потом следующую…

И замер.

К нему повернулся какой-то мужчина, стоявший на одном из выходящих на канал балконов. На лице трехцветная маска, черная накидка на голове, спадающая на плечи. Завидев Пьетро, он резко отпрянул. Плащ взметнулся за его спиной, и незнакомец прыгнул, с поразительной ловкостью уцепившись за решетку, а потом за камни фасада. Пьетро бросился вперед и вскрикнул. Лучана висела внизу, привязанная к балкону, и приглушенно стонала. К ее ногам мужчина привязал набитую камнями сетку, которую ей не удавалось сбросить. Она хрипела, судорожно хватаясь за горло, борясь с натяжением веревки и весом камней. Прикрепленная к балкону веревка практически перетерлась, не выдерживая тяжести. Пьетро кинулся на помощь, но опоздал. С сухим щелчком деревянные перила сломались, и веревка выскользнула из рук, до крови разорвав ему ладони. Виравольта вскрикнул от боли, безумными глазами глядя, как Лучана летит вниз. Женщина ударилась головой о край причала и камнем пошла ко дну.

Два человека — наверняка агенты Сорока, тоже привлеченные криками, — нырнули в канал, пытаясь ее спасти.

Взмокший Пьетро выпрямился. Вцепившись в решетку, он стремительно полез на крышу. Сорванная с лица маска упала в канал и поплыла по течению.

Ступив на крышу, Виравольта пошатнулся, но все же обрел равновесие. Он оказался на одной из деревянных террас, на которых венецианки любят греться на солнышке. Немного отдышавшись у трубы, Пьетро огляделся. В свете нарождавшейся зари он увидел тень незнакомца, убегавшего по крышам среди леса труб, в столь ранний час не дымившихся. Пьетро бросился за ним, перелетев на соседнюю крышу. Затем более опасным прыжком перепрыгнул на следующую. Плащ таинственного убийцы — наверняка одного из Огненных птиц — развевался у того за спиной. Внезапно убегающий обернулся и вытянул руку. Раздался хлопок. Убийца выстрелил из пистолета. Пьетро мгновенно упал ничком, едва не свалившись вниз. Именно этот миг и использовал призрак, чтобы спуститься по стене виллы. Пьетро снова кинулся в погоню и, добежав до конца крыши, увидел, как незнакомец без помех приближается к земле.

Откинув полу плаща, он, в свою очередь, достал пистолеты, нацелил на беглеца и окликнул:

— Мессир!

Тот остановился и поднял голову.

Какой-то миг они неподвижно взирали друг на друга. Но незнакомец в спешке промахнулся и попал мимо опоры. В попытке удержаться он взмахнул рукой, окончательно потерял равновесие и с глухим стуком рухнул на землю.

Пьетро, тяжело дыша, осторожно спустился вниз, не желая повторить судьбу незнакомца. Оказавшись на плитах улочки рядом с лежащим беглецом, Виравольта сгреб его за воротник. Изо рта незнакомца в маске текла кровь.

— Имя! — рявкнул Виравольта. — Назови свое имя!

Призрак содрогнулся, губы скривились в слабой улыбке, сверкнувшей в темноте.

— Рамиэль, — ответил он. — Из престолов…

Он снова улыбнулся, затем его рука судорожно сжала плечо Пьетро, тело напряглось и осело. Голова откинулась назад и безвольно повисла. Убийца испустил дух.

Пьетро выпрямился, уронив труп на землю, и вытер пот со лба.

«Они были здесь.

И убили Лучану».

Песнь XII

Скупцы и расточители

Круг четвертый: скупцы и расточители, таскающие каменья и ведущие вечный спор. И богатую вдову Лучану Сальестри выудили из канала агенты Сорока. Место было достаточно глубокое для прохода судов. Лучана ушла на самое дно, и потребовалось время, чтобы ее достать, хотя поиск был организован довольно быстро. Она была мертва еще до того, как упала в воду: мало того, что веревка практически перерезала ей шею, несчастная еще и ударилась головой о причал. Глядя на ее тело, Пьетро подумал, что женщина похожа на Офелию: мокрое платье, белое лицо, рот приоткрыт. Привязанные к ее ногам камни остались на дне.

По каналу сновали черные гондолы, мрачные и тихие. На стене комнаты, где Пьетро застал убийцу, обнаружили очередное послание, на сей раз гласившее:

«Все те, кого здесь видит взгляд,Умом настолько в жизни были кривы,Что в меру не умели делать трат».

Лучана. Лучана, чье состояние уходило на покупку нарядов, необходимых для продажи ее прелестей. Состояние, унаследованное от мужа, торговца тканями, некогда славившегося скупостью. В точности как Панталоне, аллегорический персонаж театральных постановок. Певучий голос молодой женщины все еще звучал в ушах Пьетро.

«Мир его праху! Как вам известно, бедный ангелочек знал толк в деньгах и торговле. И иногда терял всякий разум. Я же совсем другая: у меня безупречный вкус в торговле иного рода, отказаться от которой выше моих сил», — говорила она о мессире Сальестри, своем супруге, чье наследство с таким удовольствием транжирила. Она всегда хотела быть свободной. Лучана, чья свежесть и молодость вскружили голову сенатору Джованни Кампьони и многим другим, скоро окажется в шести футах под землей, и лишь черви составят ей компанию. Тоже своего рода пиршество плоти.

Пьетро, совершенно подавленный, сидел в нескольких метрах от главного входа на виллу Викарио. Ландретто пристроился рядом. Эмилио Виндикати беседовал с хозяином дома, а усталых агентов отрядили на поиски всех приглашенных на банкет. Пьетро был уверен, что это не приведет дальше прежних довольно хилых «ниточек».

Лучана. Эфемерная Домино. Убита. Еще одно убийство.

Пьетро был не в состоянии думать. Он сожалел, что не удержал куртизанку подле себя. Более того: сам же подверг ее опасности, решив завербовать. И при одной лишь мысли, что нечто подобное могло произойти с Анной Сантамарией — и все еще вполне может! — кровь стыла у него в жилах. Необходимо срочно поставить в известность Эмилио Виндикати о том, что было обнаружено в кабинете От-тавио. Пьетро мучила совесть. Лучана не заслужила такой участи. Этой смерти можно было избежать. Если бы Пьетро хватило мужества, если бы он рассказал раньше… Его мутило, и хотелось плакать. Что до посла, то тот, сраженный постельными подвигами и алкоголем, благополучно дрых в объятиях своих венецианок, счастливый, как слон. И совершенно не слышал всей этой суеты. В какой-то момент, малость очухавшись, он возник на крыльце виллы, по-прежнему облаченный в костюм павлина, с заплывшими глазами. И успел увидеть поднятие тела из воды. Он тут же принялся испуганно причитать, пока Эмилио не успокоил его и не отослал в сопровождении слуг и мощного эскорта назад в официальную резиденцию. Какой удар по дипломатическим отношениям! Но Виндикати наверняка подыщет какое-нибудь подходящее объяснение, а посол позволит себя убедить, что все им увиденное не так уж и страшно. Художник же куда-то испарился. Наверное, ушел спать.

Огненные птицы претворяли в жизнь свое обширное предприятие. И пока все следили за Пьером-Франсуа де Вилльдьё, убили Лучану. Судя по тому, как развиваются события, у сенатора Джованни Кампьони есть все шансы оказаться следующим в списке. И пока агенты дожа, включая самого Пьетро, постоянно опаздывают. Дьявол успешно водит их за нос. И того факта, что они сумели разрешить загадку с кругами ада и предусмотренными в этих кругах наказаниями, явно недостаточно, чтобы предугадать, кто станет следующей жертвой. В этой игре Совет десяти рискует быть вечно проигравшим. Черная Орхидея сунул руку в карман плаща, чтобы взглянуть на последнюю находку. Он успел обыскать незнакомца — Рамиэля из престолов. Но ничего не нашел. Ничего, кроме… вот этой карты, которую в данный момент вертел перед глазами.